Холодные звезды - Влада Южная

– Что? – проворчала я и подвинула к себе тарелку. – Давай уже поедим, пока дают.

Присела на один из колченогих табуретов, стоявших вокруг стола. К еде прилагалась двузубая вилка. Поначалу я никак не могла приловчиться, чтобы подцеплять ей кусочки пищи, но потом все-таки справилась и закинула теплый слипшийся комок в рот. Особого вкуса или аромата не ощутила, хотя в целом угощение было вполне съедобным. А главное, его было много – наедайся до отвала.

С неодобрительным видом Кай снял куртку и отцепил от пояса связку кольев, сложил вещи в сторонке, устроился рядом и взялся за свою миску.

– Сейчас бы соуса. – Я мечтательно прикрыла глаза.

– Протурбийцы ничего не едят с соусом, – буркнул он, все еще сердитый на меня, – и вообще они не стараются искусственно улучшить пищу. Вместо этого добавляют к гарниру либо мясо, либо зелень. Только ее здесь, видимо, нет. Придется есть так.

– Ладно, и без соуса сойдет, – пробубнила я с полным ртом. – Все лучше, чем крыса.

Но Кай на шутку не поддался и продолжать тему не стал. Принялся ковырять свою порцию. Протурбиец тем временем заинтересовался его вещами. Потыкал пальцем в куртку, осмелел, понюхал ее. Тихонько ахнул при виде заточенных кольев. Схватил их, как ребенок – желанную игрушку, сверкнул глазами, заговорил. Кай ответил что-то.

– Хочет забрать себе? – догадалась я.

– Говорит, что они как раз нужны ему, чтобы вырыть яму и утыкать днище, – он пожал плечами, – да пусть берет. Будет проще взять взамен что-то полезное.

Он покосился на меня, очевидно, намекая на мою просьбу не брать ничего без спроса.

– Зачем ему яма? – насторожилась я.

Кай спросил и затем перевел:

– Он бредит. Говорит, что борется против ашров – демонов, которые уносят проклятые души своей королеве.

– Что?! – Таких сказок я, пожалуй, не слыхивала с самого детства, когда увлекалась всякими легендами и мифами. – И что, ашры попадутся в яму и напорются на колья?

Кай внимательно слушал ответы старика и, в отличие от меня, воспринимал их серьезно.

– Нет. Это помощь для тех, за кем гонятся ашры. Лучше броситься на острия, чем попасться в их власть, когда они настигают. Ашры будут очень злы, что не смогли сами растерзать добычу.

– Постой-ка… – я даже жевать перестала, – а ты спроси, эти, как их, ашры, они случайно не черного цвета? – Я отбросила вилку и принялась показывать старику жестами. – И у них рта нет? И носа? И двигаются они вот так? Вот это ашры?

Протурбиец ахнул и закивал с такой силой, что показалось – голова оторвется. Я повернулась к Каю.

– Ты понимаешь, кто хозяин всех ловушек?

– Да, – вздохнул он.

– Я-то думала, что он предупреждал об опасности, рисуя знаки. Но он предупреждал о другом, – я чувствовала, как у самой кровь стынет в жилах от догадок, – помнишь колодец? «Легкая смерть»? Я-то считала, что он спасает других! А он лишь предлагает способы самоубийства! Попей отравленной воды, чтобы тебя черные тени не настигли. Только непонятно, почему капкан не со смертельным ядом и что значит «запретная зона» в новом понимании.

– Яд не смертелен, если организм здоров, – задумчиво проговорил Кай, – но если организм ослаблен болезнью… сердце может просто не выдержать шока.

Это походило на правду. Судя по тому, какие мучения перенес он сам, другой человек на его месте: старик, ребенок, слабая женщина, к примеру, – мог бы просто погибнуть. Или… тот протурбиец, пораженный пузырчатой болезнью. Вдруг он бы тоже не выжил?!

– Он предлагает убить себя тем, кто уже заразился вирусом… – прошептала я.

Внезапно старик посмотрел в угол и зашипел. Когда повернулся к нам, от прежнего добродушного выражения не осталось и следа.

– Что еще случилось?.. – простонала я.

– А теперь к нему явился воображаемый друг, – сообщил Кай, тоже поглядывая в пустой угол, – и говорит, что нас надо убить, потому что ашры придут сюда за нами и тогда убьют всех.

– Опять убить?!

– Не волнуйся, автомат разряжен. Я проверил, когда его убирал.

Значит, Кай убедился, что оружие не опасно, но не стал разубеждать полоумного старика. Хитро. Вот только резкие перепады настроения безумца все равно пугали.

– Похоже, «запретная зона» – это просто страшилка, чтобы сюда никто не приходил, – приуныла я. Почему-то слегка кольнуло разочарование оттого, что доброжелатель, оставлявший предупреждения, на поверку оказался выжившим из ума затерянным в глуши одиночкой. – Скажи ему, что ашры уже встречали нас и не тронули! Скажи, что если бы хотели, они бы давно были тут!

Протурбиец отчаянно затряс головой.

– Он не верит, – подвел итог Кай. – Ашры не оставляют в живых никого. Такого не может быть.

– Но нас же почему-то оставили!

Кай вдруг прищурился. Я сразу поняла: что-то задумал. Так и получилось. Он продолжил беседу с протурбийцем, и тот заметно успокоился. Покачивая головой, сложил колья в кучу остального хлама, подошел, подсел к нам за стол.

– Что ты ему сказал? – удивилась я.

– Я сказал, что мы – друзья его вымышленного друга, просто тот сразу нас не признал.

– И он поверил?

Протурбиец подвинул свою тарелку с остатками еды и принялся жевать. Улыбнулся мне миролюбивой улыбкой.

– Как видишь, – вздохнул Кай.

Я покачала головой. Разум старика вряд ли отличался от разума ребенка. Но вместе с тем это делало его опасным. Сколько путников он сгубил своими ловушками? Чутье подсказывало, что мы напоролись не на все западни. И сгубил-то из-за чего? От боязни черных существ? Хотя… поживи я тут столько лет в одиночестве, может, тоже бы свихнулась.

Кая, похоже, волновали иные мысли. Он потянулся, взял из груды барахла голографическую карту. Повертел в руках, провел кончиками пальцев по запыленной боковой панели с кнопками.

– Старая… тысячу лет таких не встречал.

– Ровесница твоего звездолета, – не удержалась я от черного юмора.

– Старше, – не поддержал шутку Кай, – космический флот землян уже давно использует более современное оборудование.

Он сказал это уверенным голосом, будто только и делал, что стоял на капитанском мостике какого-нибудь космического линкора наподобие тех, которые отправлялись покорять новые галактические просторы, а не бороздил звездное полотно на развалюхе, не выдержавшей гиперпрыжка. Но удивиться я не успела. Кай положил карту на стол между тарелками и нажал кнопку.

По экрану разлилось слабое свечение. Сначала ничего не происходило, подсветка то усиливалась, то почти угасала. Но затем все же набрала полную силу, и над столом развернулась трехмерная проекция местности. Кай двинул рукой, уменьшая масштаб, чтобы охватить большую площадь для просмотра. Прежде я могла лишь догадываться об окружающем ландшафте, но теперь уставилась во все глаза на изображение.