К нам едет инквизитор - Ханна Хаимович

— Все, что найдется, — мрачно сказала Кристина. — Не было никаких, я не знаю… провалов? Чтобы они исчезали на несколько лет или десятилетий? Или странностей каких-нибудь? Ты проверяла, точно ли они учились там, где записано? Написать что угодно можно!

— Вы меня пугаете, — после паузы проговорила Лера. — Они что, шпионы какие-то или сектанты замаскированные?

— Все может быть. Так проверяла или нет?

— Ну, — неуверенно ответила Лера, — ездить по учебным заведениям всяким уже поздно, но я могу еще позвонить людям, которые указаны в досье, детям этих музейных смотрительниц, мужьям, коллегам с прошлой работы. Однокурсников могу поискать… Только их же много! Там в штате музея двадцать человек!

Голос стал паническим. Кристина задумалась. Звонить детям? Интересно, несуществующие люди могут рожать настоящих реальных детей? Звонить мужьям… Да здесь до роддомов надо добираться. И проверять, действительно ли старушки-смотрительницы и молодящаяся директриса Ольга Кириченко некогда появились на свет. Потому что если появились, останется только признать, что все это время в мире существовали не только обычные люди, но и люди ненаходимые, которых не определяла магия. Просто иной вид. Ничего подозрительного.

«Ты сама-то в это веришь?» — подумала Кристина.

— Возьми директора музея. Ольгу Ивановну Кириченко. Посмотри документы роддома, в котором она родилась, если найдешь, — сказала она. — Состряпай какой-нибудь официальный запрос, завтра утром свяжемся с этим роддомом и проверим. А сегодня позвони ее мужу, детям, коллегам и однокурсникам, кому сможешь. Сочини там какое-нибудь объяснение, зачем ты их расспрашиваешь. Главная задача — убедиться, что она нормальный человек, а не магическое существо.

— Но… но как она может быть существом? — осторожно поинтересовалась Лера. — Это же легко вычисляется.

— Да вот я подозреваю, что иногда не очень-то легко, — вздохнула Кристина. — Я потом тебе не по телефону расскажу, что с ней. Все, до завтра. Я буду утром.

— А что такое с директором музея? — спросила Катарина. — А инквизиторы завтра утром в офис приедут?

— Любопытная ты, Катя, прямо как ведьма, — фыркнула Кристина. — В музей ведет след сектантов, но в самом музее мы не видим никаких чар. Вообще ничего необычного. Только стандартные проверочные чары показывают, что там нет людей. Директрису и смотрительниц в упор не видят. Да, инквизиторы еще заявятся, они же заглотов не переловили.

— А… а, — Катя раскрыла рот. — Но как директриса может быть не человеком? Такого не бывает, чтобы чары… И кто такие заглоты?

— Твари с зубастой пушкой. Лучше тебе и не знать, — рассеянно сообщила Кристина и провела пальцем по дисплею телефона, собираясь позвонить Лещинскому. Но тут телефон разразился трелью сам.

— Вы там где? — бодро спросил Лещинский. — Домой едете? А то мне, знаете, будет не по себе хозяйничать у вас в квартире в одиночку. Вдруг какие-нибудь ложечки пропадут.

— Мультиварку, главное, не украдите, — проворчала Кристина. — Помните, где я оставила машину? Встречаемся возле нее.

На дорогах было спокойно — ни пробок, ни аварий. Кое-где к обочинам жались автомобили, но сложно было понять, сломались они или их просто там припарковали. Почти во всех домах горел свет, хотя Кристина увидела несколько обесточенных. Проезжая мимо в маршрутке, она не успела рассмотреть номера.

Лучше бы, конечно, нашла что-то подходящее и полетела, а не тряслась в переполненном микроавтобусе. Но она слишком устала. Магия отзывалась, но так слабо и с таким запозданием, что Кристина могла бы просто свалиться, как сбитый самолет.

Лещинский уже ждал возле машины. Окинув Кристину цепким взглядом, он предложил сесть за руль. Она отмахнулась. Навигатором не пользовалась, а постоянно подсказывать дорогу не знающему города инквизитору… Проще было ехать самой. Дальнобойщики вон иногда сутками за рулем, и ничего.

— Что там с заглотами? — спросила она, вливаясь в поток машин. — И как поживают инквизиторы? Там же Дина и Богдан Сергеевич, правильно?

— Они, — кивнул спутник. — Такие же. Слегка не в себе, но колдуют, кажется, на своем обычном уровне. Нужно только их постоянно направлять и не давать отвлекаться. Мы расставили ловушки-приманки. Днем в каждой ловушке работал портал в заповедник. В заповеднике дежурили сотрудники. На ночь я погасил порталы, завтра отправим в столицу тех, кто остался.

— И тогда инквизиторы тоже уберутся? — с надеждой спросила Кристина.

— Увы, вряд ли, — Лещинский пытался говорить с сочувствием, но посмеивался. — Они все-таки хотят провести инспекцию. Но мы дадим им в помощь Семена Никитича и не будем обращать внимания.

— А так можно? — усомнилась Кристина.

— Можно, — заверил Лещинский. — Кстати, ваша помощница говорила, что нашла информацию о сотрудницах музея…

— Да, и о том, что они не отличаются от людей. Она вам все рассказала? — оживилась Кристина. — Вы собирались побеседовать с директором музея, помните?

— Помню. Я не знаю, когда мы завтра закончим с заглотами. Если утром окажется, что директор на самом деле существует и о ее рождении есть запись в архивах роддома… Побеседуйте с ней сами, только в одиночку не ходите. Возьмите Дину, я оставлю ее в офисе. Только перед тем, как войти в музей, напомните ей, что вы идете в зачарованное место, что там, возможно, действует секта, и так далее. Высшие в целом вменяемы, просто представьте, что разговариваете с пьяными.

Кристина, рассмеявшись, кивнула.

…В ловушке, оставленной в ее квартире, не обнаружилось никого опасного. В сетях трепыхался лишь безобидный домашний всеядец. Это вечно голодное животное, похожее на откормленного до шарообразной формы енота, питалось всем подряд. Проникнув в квартиру, оно заглатывало оставленные на виду ключи, мобильные телефоны, одежду, посуду и вообще все, что видело. Даже секта вряд ли сумела бы использовать его, чтобы навредить Кристине, потому что зверек был непроходимо глуп. Он мог думать исключительно о еде. Скорее всего, он просто пролез в квартиру, ища, чем поживиться.

Держа существо за загривок, Лещинский на всякий случай наложил на него проверочные чары. Те предсказуемо ничего не выявили.

— А может, в музей его запустить? — пробормотала Кристина, зевая. — Пусть переполошит там всех, может, что-то и всплывет…

— Даже не знаю. А если он никого не переполошит, а только съест пару десятков редких экспонатов?

— М-да, загвоздка… Ну выпустите его, если считаете, что можно.

— Можно. Я сотру ему память, у таких существ она легко стирается.

Кристина пожала плечами и поплелась на кухню.

Они поужинали привычной яичницей с сосисками. После еды спать захотелось еще сильнее. Кристина вяло махнула рукой в сторону шкафа, предлагая Лещинскому постелить себе на диване самому. Потом зашла в свою спальню.

И нервозность набросилась на нее с новой силой.