Эффект искажения - Диана Удовиченко

Несколько минут спустя во дворе зажегся фонарь и из дома вышел мужчина. Всмотрелся в темноту, сбежал с крыльца. Автомобиль въехал во двор.

– Андрюха, привет! – Вовка выскочил, дружески обнялся с хозяином.

– Заходите, заходите. Давно уже вас ждем. Анюта ужин два раза разогревала.

Андрей был невысок и широкоплеч. Круглое простоватое лицо лучилось приветливой улыбкой. Он провел гостей в дом, где их встретила милая женщина – кудрявая, пухленькая, вся какая-то уютная.

– Идемте скорее за стол, – засуетилась она. – С дороги проголодались, наверное. А я свои фирменные пирожки испекла…

В просторной чистой кухне пахло корицей, борщом и свежей выпечкой. Сергей с Вовкой уписывали все, что подала хозяйка. Даша, не притронувшись к пирожкам, неохотно ковыряла вилкой в своей тарелке.

– Ну, за встречу? – Андрей жестом фокусника достал из шкафчика фигурную бутылку, наполненную рубиновой жидкостью. – Наша домашняя, «андреевка». Сами на бруснике настаиваем.

Вовка отрицательно покачал головой:

– Нам ехать надо.

– Что, так-таки прямо сейчас? – изумилась Анна.

– Завтра на службу…

Даша бросила на брата испуганный взгляд, губы ее задрожали. Ей было страшно и тоскливо. Пока Сергей был рядом, она еще как-то держалась, но, представив, что сейчас останется в незнакомом доме, с чужими людьми, девушка едва сдерживала слезы.

– Ну что ты, милая. – Анна, чутко отреагировав на состояние гостьи, обняла ее за плечи, приговаривая: – Это же ненадолго. А тебе у нас будет хорошо.

Даша выглядела такой испуганной и несчастной, что у Сергея заныло сердце.

– Ты не переживай, – произнес Андрей. – Присмотрим за твоей сестренкой, как за родной. Я для капитана наизнанку вывернусь. Должок у меня перед ним…

– Пора прощаться, – сказал Вовка, взглянув на часы и вставая.

Сергей расцеловал Дашу, шепнул на ухо:

– Держись. Все будет хорошо. Я скоро за тобой приеду.

Девушка не выдержала и расплакалась.

– Ты осторожнее там, – сквозь слезы выговорила она. – Береги себя.

– Ну долгие проводы – лишние слезы. – Хозяйка потянула Дашу за руку. – Пойдем, я тебе комнату покажу. Она большая, с видом на море. Там и телевизор есть и компьютер…

Ощущая искреннюю благодарность Анне за поддержку, Сергей вышел вслед за хозяином.

– У вас Интернет есть? – спросил он уже на улице.

– В Дашиной комнате комп к сети не подключен, – ответил хозяин.

– Это хорошо…

По дороге сюда Сергей не раз повторил сестре: она не должна ни с кем связываться. Ни по телефону, ни по Интернету. Дашка была разумной девчонкой, но все же перестраховаться не мешало. Вдруг не выдержит разлуки с любимым и решит перемолвиться словечком? Мало ли кто услышит их разговор… Лучше уж не искушать ее.

В том, что сестра влюблена, Сергей после ее рассказа не сомневался. Нет, он не подозревал Дашиного парня – вернее, подозревал не больше, чем всех остальных. Вроде бы выходило, что Денис тоже стал жертвой маньяка. Но в этом Сергею еще предстояло разобраться.

Над дорогой клубился густой туман, растекался по ночи, словно молочный кисель по черничному варенью. Лип к фарам, бесформенными комками катился под колеса. Вскоре к туману добавился еще мокрый снег. Крупные, напитанные влагой хлопья не желали опускаться по-новогоднему мягко, торжественно и с размаху шлепались на стекло. Дорога быстро покрылась тонким слоем ледяной каши, а видимость стала почти нулевой.

Ехали медленно, часто сменяя друг друга за рулем. Под утро Вовка задремал на пассажирском кресле и проспал свою очередь. Сергей не стал его будить, дал другу возможность отдохнуть перед работой.

К восьми утра «камри» въехала во Владивосток и медленно поползла в пробке к центру. На это ушло еще два часа. Наконец Сергей остановил машину возле входа в Пушкинский РОВД.

– Вов, просыпайся, прибыли…

Друг яростно всхрапнул, дернулся и открыл глаза. Ошалело покрутил головой, поскреб в затылке:

– Ой-ё! Опоздал…

Он выбрался из машины.

– Спасибо, Володя, – произнес Сергей в его ссутуленную спину.

– Да не за что, – хрипловато ответил друг. – Звони!

Скользя ботинками по ледяной каше на тротуаре, капитан Пермяков направился, как он часто выражался, «службу служить». Навстречу ему из здания вышла молодая блондинка в белой шубке и зашагала по обочине, неуверенно балансируя на тонких каблуках. «Сейчас домой, посплю пару часиков, – подумал Сергей, рассеянно наблюдая за девушкой, – и созвонюсь с отцом Дашкиного распрекрасного Дениса. Надо познакомиться».

Он развернулся и медленно двинулся в сторону главной дороги. Девушка в белой шубке, видимо, решила остановиться, чтобы пропустить машину, но вдруг поскользнулась и, нелепо замахав руками, упала в какой-то паре метров от капота.

Сергей ударил по тормозам, молясь, чтобы машину не занесло на мокром асфальте. «Камри», молодец, справилась. Выскочил, внутренне холодея, склонился над лежащей навзничь посреди лужи девушкой:

– Цела?

Та, не открывая зажмуренных от страха глаз, молча кивнула. Сергей поднял ее, оглядел, не нашел видимых повреждений и спросил:

– Двигаться можешь? Нигде не болит?

Девушка распахнула огромные голубые глазищи и уставилась на него. Потом неуверенно пошевелилась, оперлась на асфальт и села.

– Все в порядке… наверное.

Сергей подал ей руку, помог подняться. Мех шубки, пропитавшийся талой водой, сделался серым и клочковатым, кокетливый лиловый шарф, накинутый на плечи, уныло обвис. На колготках расползались дыры, каблук на правом сапоге сломался пополам. Оценив потери, блондинка горестно вздохнула, глаза ее налились слезами.

– Садитесь, я вас отвезу, – сказал Сергей, переходя на «вы», и распахнул дверцу. – Куда вам?

– На Тополиную аллею, здесь недалеко…

Потрясенная девушка опустилась на переднее сиденье, зябко съежилась, пытаясь крошечным носовым платочком вытереть изуродованную шубу.

– Вы лучше не трогайте, – посоветовал Сергей. – Давайте сейчас поедем к вам домой, вы переоденетесь, а потом отвезем шубу в химчистку. Я оплачу.

Блондинка хотела что-то ответить, но сумела издать только гортанный стон. Схватившись за горло, вдруг разразилась отчаянными рыданиями.

– Ну не плачьте! – принялся утешать Сергей. – Сейчас, говорят, химчистки хорошие, что угодно в порядок приводят! Да и вообще, черт с нею, с шубой, – главное, все обошлось!

– Я… не из-за этого… – захлебываясь слезами, выдавила блондинка. – Просто… все и так плохо… а тут еще и это вот…

– Успокойтесь, – талдычил Сергей, не зная, что сказать. Он всегда терялся при виде женских слез. – Как вас зовут?