Когда придёт весна - Татьяна Серганова

— Нейми, — потрясённо ахнул Снежный, а маг лишь сильнее стиснул зубы.

— Я подам инструменты, — тут же засуетилась повитуха.

«Надо что-то делать. Надо…»

— Подождите. Я попробую развернуть её.

Киан сел между ног роженицы и тяжело сглотнул. Он ведь никогда не делал этого. Да, в силу своего дара и особенностей, он несколько раз присутствовал на родах, но всегда ребёнка принимала Миа, а он лишь помогал уменьшить боль роженицы.

— Потерпи, — прошептал он и принялся за дело.

Ему надо было постараться рукой перевернуть плод, чтобы малышка смогла сама родиться. Ощущения были не из приятных.

Нейми стонала, хрипела, смотрела на него дикими глазами и вот-вот была готова перекинуться. Лишь приказ Вейна и его воля вожака не давала ей это сделать. Но и он был не вечен, силы уходили и время шло на секунды.

Девочка сопротивлялась. И не просто сопротивлялась, она магически отпихивала его, не желая появляться на свет.

«Ну же, детка. Я понимаю, что тебе страшно. Но ты должна быть сильной. Здесь тебя любят и ждут… поверь мне».

Киан и сам не понял, когда вдруг всё резко изменилось. Но внезапно малышка подалась к нему, открылась и перестала убивать себя и мать. Женщина напряглась всем телом, словно пытаясь сесть и у него в руках оказался мокрый тёплый комочек, который почти сразу жалобно запищал.

— Живая. Не может этого быть, — ахнула повитуха, принимая у него ребёнка.

И Киан её прекрасно понимал. Обычный ребёнок бы не выжил в таких условиях, но эта малышка… Она уж точно не простая девочка.

Теперь он смотрел лишь на Нейми, которая бледнела прямо на глазах, её губы синели, а глаза медленно закатывались.

— Нейми! — встречал Вейн. — Нейми, не смей! Не смей бросать меня.

Сердце Золотова вспыхнуло от застарелой боли, что ножом резанула по старым шрамам. Как же знакомы были эти слова. Усилием воли он загнал их далеко в сознание и сосредоточился на происходящем.

Лужица крови на кровати всё увеличивалась.

Кровотечение. У неё кровотечение.

Теоретически он знал, что надо делать, зашить, но… Киан растерялся. И в этот момент в спальню вбежала мама.

— Боги, девочка моя, — ахнула Снежная, моментально оценив обстановку. — Киан, как же хорошо, что ты успел вовремя. Ксандер, — она повернулась к отцу, который застыл в дверях, не решаясь войти, — немедленно уведи Вейна отсюда. Запритесь в кабинете и выпейте за здоровье мальчика.

— У меня дочь, — рассеяно ответил тот.

— Еще лучше. За первую внучку тем более стоит выпить.

— Я не оставлю Нейми одну, — покачал мужчина головой. — Я нужен ей.

— Ты мешаешь нам её спасти! — рявкнула Миа, тщательно обмывая руки с мылом. — Вейн, ты должен уйти. Тебе здесь не место. Не переживай, я позабочусь о ней.

Младший Снежный застыл, не зная, что делать и как быть. Плечи опустились, и он пошёл к двери, прошептав едва слышно:

— Мама, не дай ей уйти.

— Не дам, — так же тихо ответила женщина.

Киан уступил место матери и закрыл за мужчинами дверь.

— Мам, Нейми потеряла слишком много крови, скорее всего, у неё разрыв, надо зашивать… Её не спасти, — тихо произнёс он, сам еще до конца не веря, что это действительно конец.

В углу жалобно заплакала малышка.

— Это ты так думаешь, — сказала мама и дёрнула с груди свой старый амулет. — Мне нужна живительная настойка. Быстро, пока есть шанс вернуть её.

— Она не спасёт Нейми.

— Она нет, а я да. Мы еще поборемся за тебя, милая, — Миа нежно провела рукой по лицу невестки. — Ты только держись.

На обескровленном лице не дрогнул ни один мускул, дыхание было слабым. Её могло спасти только чудо.

Настойка нашлась в одной из бутылок, что в ряд стояли на столике. Снежная осторожно взяла её и капнула одну единственную каплю из своего амулета. Жидкость засверкала, над стаканом взвилось облачко и почти сразу пропало.

Киан знал, что это такое. Величайшее сокровище — слёзы Хейдов.

— Пей, милая, пей.

С трудом заставив её выпить, Миа принялась лечить с помощью магии разрыв. Киан же остался следить за общим состоянием и с помощью магии поддерживал в невестке силы для того, чтобы продержаться, пока мамино зелье не подействует.

— Ты сильная, — вытирая руки о полотенце, произнесла женщина, когда всё было кончено. — Сильная и храбрая. Ты справишься.

Именно в этот момент вскрикнула повитуха и отшатнулась от люльки. Киан обернулся, призывая магическую сеть и застыл. Пять маминых питомцев, уменьшившись в десятки раз, медленно кружили над малышкой.

— Боги, — ахнула Миа и медленно опустилась на кровать.

— Мам, отзови их. Они заморозят малышку.

Но она его будто не слышала, расширенными от ужаса глазами наблюдая за Хейдами.

— Не может быть…

— Мам! Отзови Хейдов! — крикнул он, а повитуха сжалась от страха и еще громче зашептала охранительную молитву.

— Они не причинят ей вреда, — тяжело поднимаясь, ответила женщина и будто стала на десяток лет старше. — Только не ей. Плоть от плоти моей, кровь от крови моей. Она ведь ведьма, да, Киан?

— Да.

— Крошка моя, сколько же тебе придётся пережить, — женщина подошла ближе к люльке, призывая Хейдов к себе, и осторожно коснулась внучки. В её глазах застыли слёзы.

— Мам, ты о чём сейчас?

— Ни о чём. Всё хорошо, главное они живы. Нам сейчас надо сосредоточиться на Нейми, кризис еще не миновал. Работы много, — Миа вновь взглянула на старшего сына и тихо произнесла. — Я очень рада, что ты успел, Киан.

Молодая женщина пришла в себя на вторые сутки и сразу же потребовала принести ей дочку.

— Алика, — осторожно касаясь ослабевшими пальцами розовой щечки, сказала она. — Тебя будут звать Алика, что означает защитница.

Алика Снежная мирно спала на руках у матери и даже не подозревала, что с самого рождения за её спиной незримой тенью ходят ледяные монстры. Маленькая девочка, единственная внучка Мии Снежной и единственная ведьма в их роду… Та, которой предстояло участвовать в изменении этого мира.