Мой ядовитый шеф - Марина Дарман

Он выглядел куда менее уверенным, чем тогда на троне. Вблизи больше всего походил на уставшего и запуганного старика. Не знаю, как определила возраст. Ни морщин, ни трясущихся рук у него нет. И походка твердая и уверенная. Но глядя на него, почему-то, вспоминаешь целителей и снадобья.

Его мокрейшество брезгливо изучил мерзкое кресло и удалился в соседнюю комнату, чтобы вернуться с белой накидкой. Только тщательно укрыв всю грязь, он с тяжелым вздохом уселся и вытянул ноги. Вот так раз. Странный какой-то. Жаль, изучить поближе не получится. Я, едва дыша, на цыпочках развернулась к сейфу и вытащила печать в форме змейки в короне и три гербовых листа. Это же ненадолго! К вечеру, когда его мокрейшество снова уйдет, верну. А как иначе? А пока пора уходить.

Листать страницы реальности, скрючившись в три погибели, очень неудобно. А уж вползла в прокол я исключительно из упрямства. Не знаю, смогла бы выбраться сама, но на той стороне меня поджидал обеспокоенный Ортегас. Он нагнулся, крепко схватил подмышками, и с одного рывка выдернул из опасных покоев. Уф, получилось, но как же я устала! А ведь еще обратно улику возвращать…

Шеф не торопился выпускать меня из объятий, а я и не настаивала. Умаялась ужас. Вроде всего тридцать капель прошло, а устала, словно в одиночку вычерпывала море. Он не спрашивал меня об успехах, чужие документы его похоже вовсе не интересовали. Он задал всего один вопрос, и я зашмыгала носом: неужели это волнует не только меня?!

–Ты не пострадала? – Он аккуратно стянул мой парик.

– Нет. Его мокрейшество слышит не так здорово, как видит. Повезло, в общем.

– Вы столкнулись? – Заклинание с моего лица тоже стер самостоятельно.

– Не совсем. Я с ним столкнулась, а он со мной – нет.

Идиллию разрушил раздраженный голос Хрума, который судя по хлопку двери, только что вошел:

– А может, вы потом будете обниматься?

Я послала ему взгляд, в который вложила все недовольство, но от Ортегаса отлипла, хотя и не отодвинулась.

– Мог бы и обо мне побеспокоиться, – проворчала я, не сумев скрыть обиду.

– Зачем? – искренне удивился приятель, что я тут же вспомнила о совместных безумных заказах. Дельце-то плевое, если подумать. – Я знаю, что ты справишься. Это же ты! – закончил он, странно поглядывая на меня.

Подобная вера в мою увертливость позабавила. Я себя такой беспомощной представляю, а оно вон как.

В добычу Бас вцепился как крюконос¹⁷ в полевого шмыгрика. Глаза его лихорадочно блестели, а змейки выплясывали безумный танец. Горгон перебрал вещички и на миг замер, словно не верил в то, что видел. А затем поднял на меня круглые глаза. Змейки разинули рты и прекратили шипеть. Что не так-то?

– А как тебе удалось вскрыть сейф? Он же надежно защищен и спрятан.

– Да? – я глянула на руки принца. Подозрительного кольца с голубым жемчугом нет. Рискну, пожалуй: – Искать и вскрывать не пришлось. Его мокрейшество вернулся раньше времени. Признаюсь, я чуть не попалась. – тут я состроила виноватое лицо. Полюбовалась покровительственной улыбкой и жалобно продолжила: – Зато, я успела спрятаться. Пока я выжидала удобный момент для побега, Его мокрейшество сам открыл сейф. А потом отвлекся на пришедшего Ирию. Я умница?

– Еще какая! – змейки принца расслабленно поникли и тут же взвились снова. Ну, что еще? – Так они знают, что печать исчезла?

Хватайка на его прозорливую голову, об этом я не подумала.

– Я кусочек коралла зачаровала. Выглядит не так круто, как у ваших магов, но до вечера продержится. Главное, чтобы прямо сейчас печать не понадобилась.

– До вечера, – эхом повторил Бас и круто развернулся: – Тогда нужно спешить. – И милостиво бросил вместо прощанье: – Отдыхай, пока есть время.

Хрум увязался следом, сообщив, что раз уж мы тут главные действующие лица, то он обязан проконтролировать. Шмыг уехал на его плече с таким видом, точно контролировать будет лично он. Ортегас замешкался. Первый порыв сменился рассеянностью. Он явно жалел о несдержанности и не знал, как теперь реагировать. Да и вел себя слишком адекватно для привороженного. Я даже спала сегодня на лежанке, а не в уборной.

– Я настолько тебя раздражаю, что даже приворот не берет?

Он изумленно уставился в ответ. Даже хвост онемел от возмущения.