Клык. Хвост. Луна. Том I - Лин Возовски

Мешок стал первым человеком, кто посетил это место в качестве пленника за очень долгое время. Он был связан по рукам и ногам к массивному стулу, а его голова все еще находилась в мешке. Фуро и Дорр грозно нависли над пленником с обеих сторон. Крысодав с блеском исполнял свою роль удивленного и разъяренного вождя. Цейла прогуливалась вдоль темницы, любуясь пустыми камерами, словно королевскими палатами. Мико прижимался плечом к стене, стоя на лестнице. Вытянутый Вармис расчесывал пальцами свою рыжую бороду, глядя на загадочного взломщика. Надсмотрщик игриво подкидывал в печку дрова, радуясь своему первому заключенному, как ребенок игрушке.

– Трусливый слизняк. Боишься показать свое лицо? – начал Вармис, захватывая инициативу допроса на себя. – Даже лучшие наемники трех королевств не прячут своих лиц за масками.

Вармис надменно плюнул в ноги южанина. Мешок сдержался, чтобы не сострить ему в ответ.

– Предлагаю, наконец, посмотреть нашему воришке в лицо, – произнес Дорр и, не дождавшись согласия окружающих, снял с головы южанина пыльный мешок.

Темные густые волосы каскадом взлетели в воздух, затем опустились и разлились по лицу пленника. Южанин мотнул головой, скидывая со своего лица длинную челку, и с довольной улыбкой набрал полную грудь тюремного воздуха.

– Не свежий горный воздух, но все же лучше, чем пыль.

Смуглое лицо южанина покрывала колючая, словно металлическая стружка, недельная щетина. Обжигающие карие глаза безумно прыгали от одного северянина, к другому. Слащавое, приторное лицо рассекал неглубокий шрам, тянущийся со лба к подбородку, который, вероятно, в свое время отпугнул не одну дюжину прекрасных девиц.

– Южанин, я так и думал, – сердито произнес Дорр, сжимая в своей руке холщовый мешок.

В этот момент к компании вернулась Цейла Гойл, которая скрестила на своей груди руки и с улыбкой уставилась на пленника. Фуро Росслер с головы обливался подозрительным потом, представляя, как Дорр Винтер разрывает его, Мико и Цейлу в клочья за смерть Фьерда. Мико же с любопытством всматривался в загорелое лицо Мешка.

– Как твое имя? Что ты забыл на Севере?! Отвечай!

Ладонь Дорра мощно хлестанула южанина по смуглой щеке, от чего тот сплюнул в сторону кровавую слюну.

Мешок злобно уставился на Цейлу, которая обрушивала на него раздирающий взгляд. Южанин понимал, что он в любом случае уже покойник: вряд ли эти северяне станут долго разбираться. Но Цейла Гойл могла причинить ему массу неудобств и в загробном мире.

Определенно могла. Он читал это в ее холодных глазах.

– Позвольте мне, – вежливо попросил Вармис, приближаясь к связанному пленнику.

Мужчина схватил своими клешнями перевязанную руку Мешка и стал сильно, с наслаждением, выдавливать из раны свежую кровь. Лицо южанина скривилось от невыносимой боли, а сквозь его зубы проступало шипение. Спустя несколько секунд повязка на его руке полностью пропиталась багряной краской. Кровь выступала из незажившей раны, пачкая пальцы Вармиса и стекая на пол тонкой струйкой.

– Риколиус… Риколиус Вонтэ, – простонал Мешок, не в силах больше терпеть боль.

Имя засело во рту Дорра. Он пробовал его языком и ощущал привкус Юга. Слова дарили вождю ощущение изнуряющей духоты и городской суматохи. Букет различных запахов: от пыльных каменистых дорог, до раскрывающихся цветов в парках, – на мгновение ударил в снежноволосую голову вождя.

Вармис отпустил кровоточащую руку пленника, затем отошел на один шаг и громко расхохотался, придерживая свою бороду. Его звонкое гоготание отскакивало от стен темницы, создавая пронзительное эхо. Дорр вернулся обратно на Север. Мико и Фуро удивленно обернулись на Вармиса.

– Тот самый наемник из Рауса, который пробрался ночью в роскошную опочивальню юного принца и получил от мальчишки нехилую взбучку?! – выдавил сквозь смех Вармис, после чего его хохот лишь усилился.

– Юный принц – двукратный чемпион Турнира Трех Королевств. Лучший мечник на всем Юге! – Вармис указал пальцем на Мешка. – А ты, обычная дворовая шпана, решил подло заколоть его во сне? И как ты, вообще, умудрился избежать виселицы?

Южанин стыдливо опустил свою голову. Дорр достал из-за пазухи причудливый кинжал.

– Это – твое? – спросил белокурый вождь, показывая пленнику оружие.

Фуро рассерженно перевел взгляд на уверенно стоящую Цейлу, которая наслаждалась представлением.

Вармис нагло выхватил кинжал из рук Дорра и начал с интересом его рассматривать.

– Кинжал Раздора, – отметил Вармис, затем добрался взглядом до конца ручки и добавил: – Серебряный кленовый лист – герб Рауса.

Вармис поднял озадаченные глаза на южанина.

– Что это все значит? – вспылил Дорр, но в глубине души начинал догадываться.

Мешок осторожно взглянул на Цейлу, безнадежно обвел глазами Фуро, с печалью нырнул в глаза Мико.

– Привет от короля Унри, гребаные северяне, – с яростью прошипел Мешок и плюнул кровью в бледное лицо Дорра.

Лед скололся с глаз снежноволосого вождя, выпуская наружу неукротимую ярость. Он налетел на пленника и начал забивать его голову кулаками, как гвозди. Фуро и Вармис оттащили разъяренного вождя, но лицо южанина успело превратиться в кровавую кашу.

– Убью! Убью! Убью! – безумно выкрикивал Дорр, пока двое вождей выводили его из темницы по лестнице. Его душераздирающие крики некоторое время еще продолжали блуждать по голым камерам.

Мико поднял стул вместе с обмякшим телом Мешка.

Цейла обратилась к надсмотрщику, который игрался со связкой ключей:

– Уважаемый, не могли бы вы покинуть это помещение? – вежливо попросила Мать Стаи.

– Мне велено находиться здесь, пока меня не сменят. Такова служба – уважаемая… – колко ответил обросший северянин.

Цейла Гойл, не отличавшаяся безграничным терпением, обрушилась на мужчину:

– Выйди, или я прикажу стае волков загрызть тебя и всю твою семью, щенок!

Мужчина сорвался с табуретки и бросился к лестнице, испуганно оборачиваясь на грозную женщину. Затем Цейла перевела пронзающий взгляд на Мико. Юноша без слов принял ее приказ и послушно покинул помещение вслед за надсмотрщиком.

Мешок начал приходить в чувство. Вокруг его глаз набухли синие шишки, разбитый нос раздулся до размеров куриного яйца, а с его рта тянулась длинная кровавая слюна.

– Чувствуешь запах, южанин? Запах тюремных палат в предсмертном ожидании, – произнесла Цейла. – Тебе-то этот аромат должен быть знаком.

Мешок хотел взглянуть на женщину, но его заплывшие глаза отказывались раскрываться; голова под своей тяжестью беспомощно свисала на шее.

– Вы специально заманили меня в эту общину, не так ли, леди Цейла? Вы изначально не собирались меня отпускать.

– Куда тебя нужно было отпустить, южанин? На Севере тебе негде прятаться, а на Юге твои же друзья – наемники – вынюхивают каждый угол в поисках твоей головы. Знал бы ты, какую награду Совет назначил за твой труп… ты столько золота и представить себе не можешь.