Семь грехов лорда Кроули - Диана Соул

– Так продолжайте быстрее, – нетерпеливо бросил король. – Я уже весь в нетерпении.

На что Дорроти качнул головой, обронив странное:

– Боюсь, финал этой истории вам не понравится, ваше величество. Так вот, я продолжу. После слов Лисицы, которая аргументировала свое признание тем, что испугалась за себя, когда узнала, кого именно убила та девушка, я оказался в неком тупике – гнаться за Кроули и аббатисой или за наследницей с компаньонкой? Но так как обе мои цели спешили в столицу, я решил повременить и задержаться в Локшере: что, если я упустил какие-то важные детали. И тогда я стал искать – где бы вы думали? – в кабинете убитого.

До меня это помещение излазили вдоль и поперек местные следователи, но я решил все еще раз проверить сам. И не прогадал.

Дорроти взял паузу и полез во внутренний карман своего сюртука, откуда вынул небольшую стопку писем и документов. Остается только догадываться, как они у него там помещались раньше, не оттопыривая карман.

– Лорд де Сент всегда славился своим умением действовать на несколько десятков шагов вперед, перестраховываться и иметь пути отступления, что бы ни происходило. Поэтому когда я обнаружил магический тайник в его кабинете, то не удивился. Сложнее всего оказалось его вскрыть, ведь для этого нужно было произнести некую комбинацию слов, которую знал только покойный.

Я перепробовал множество вариантов, называл имена его друзей, близких, покойной супруги. Даже ваше, госпожа де Сент, – Дорроти посмотрел на меня своим странным немигающим взглядом, и мне бы испугаться в этот момент, но меня, наоборот, это успокоило. – И в конце я понял, что если кто-то и мог бы открыть этот тайник, то только вы, его наследница. А значит, мне нужно было думать так же, как вы. А о вас я не знал ровным счетом ничего, но интуиция мне подсказывала, что ответ на поверхности. Ведь де Сент должен был отдавать себе отчет, что если его не станет, то дочери придется туго и она должна сразу, без малейших усилий вскрыть тайник. Вот вы бы чье имя поставили в качестве комбинации доступа, леди де Сент?

Я задумалась лишь на секунду… Зная моего отца, или, наоборот, не зная – наверное, имя того, на кого не подумают. Имя самой горькой ошибки и того, кто стал едва ли не врагом.

– Кроули… – неуверенно прошептала я.

И Дорроти улыбнулся.

– Винсент, – произнес он. – Давайте вспомним тот разговор за ужином в гостинице. Вы, лорд Кроули, всегда считали, что де Сент не испытывал к вам ровным счетом никаких чувств, кроме расчета. Но тем не менее – даже у де Сента была своя сентиментальность. И когда я до этого додумался, тайник раскрылся, а в нем я нашел письма. Многолетнюю переписку между лордом и мадам Роксаной.

Дорроти положил на стол конверты и принялся перечислять дальше:

– Копию завещания на имя Беллатрисы де Сент и документы, подтверждающие родство, – еще две бумаги легли на деревянную поверхность. – Тайное соглашение между лордом де Сентом и беститульным в то время Винсентом Кроули о том, что молодой человек возьмет в жены его дочь.

В воцарившейся тишине было отчетливо слышно, как нервно сглатывает король. Но все по-прежнему продолжали смотреть на последнюю бумагу в руках Дорроти – словно она была ядовитой змеей, которая может броситься и перекусать всех.

– И показания покойного лорда Антуана де Сента, написанные им в разные этапы жизни, на случай если его кончина станет неожиданной и безвременной, – как точку поставил Дорроти и передал документ не кому-то, а мне. – Думаю, будет справедливо, если это зачитает его дочь.

Дрожащими руками я взяла пожелтевший от времени лист.

Не знаю, когда именно начал его писать мой отец, но это было явно не неделю и даже не год назад.

- «Я, лорд Антуан де Сент, находясь в добром уме и здравии, пишу тебе, моя дочь, о событиях, о которых необходимо знать, чтобы понимать всю ситуацию. Вот уже на протяжении двадцати лет в городе на моем обеспечении проживает не кто иная, как беглая аббатиса Эрнеста де Латисса – племянница несправедливо и незаконно сверженного короля нашего государства Клода Пятого. Опасаясь за свою жизнь, женщина сменила имя и примкнула к местной когорте уличных дев, став называться мадам Роксаной. – В моем горле пересохло, но я продолжила читать, боясь даже взглянуть на стоящую рядом наставницу. – Но несколько лет назад мне стало известно, что десятилетие назад бывшая Эрнеста де Латисса родила мальчика, и его отправили в один из пригородных приютов Локшера. Таким образом, ветвь законных правителей королевства вновь обрела продолжение, и передо мной встала задача отыскать мальчика. Я потратил на это немало времени, но сейчас я уверен, что отыскал его. Имя законного наследника королевства – Винсент, а фамилия, данная ему в приюте – Кроули… Приходится прятать мальчика среди подобных ему сирот и называть это все „обучением для талантливых крестьян“, чтобы не вызывать подозрений на данном этапе. Но сомнения нет, Винсент, безусловно, обладатель королевской крови – об этом говорит его непосредственное сходство с Клодом Пятым, а также обширные магические таланты, которые проявляются только у людей благородной крови».

Мои руки затряслись еще сильнее, я подняла взгляд и столкнулась взором с глазами Дорроти.

– Продолжайте, леди де Сент, – подбодрил он. – Я ведь все это уже читал, теперь, думаю, и остальным будет любопытно.

Мне же хотелось вжать голову поглубже в плечи, потому что становилось страшно от того, что может быть написано дальше. В поисках поддержки я перевела взгляд на Кроули, вдруг бы он подсказал хоть что-то, но, кажется, мужчина и сам не знал, что делать. Его лицо казалось окаменевшим, и он лишь кивнул мне – продолжай.

– Дальше меняется цвет чернил, – найдя в себе силы заговорить, продолжила я. – Должно быть, отец дописывал это позже. «Винсент делает небывалые успехи, я не ошибся в нем, но его амбиции пугают даже меня, поэтому я принял решение перестраховаться. Завтра мы подпишем соглашение, согласно которому он возьмет тебя в жены, когда настанет срок. Его мать Роксана, она же Эрнеста де Латисса, согласна на этот брак, что дает мне основания полагать, союз будет удачным и продуктивным. К сожалению, моя жена, твоя мать, не увидит момента триумфа нашей семьи, когда ты, Беллатриса, породнишься с королевским наследником, однако я с уверенностью могу сказать, что она бы гордилась тобой, ведь твое воспитание приняла на себя мадам Роксана, пообещав вырастить из тебя настоящую королеву».

По моей спине прошелся холодок, и впервые захотелось сжечь это письмо дотла, потому что взгляды Верховного отца и короля, устремленные на меня и на Кроули, были столь колючими и ужасающими, что я поняла страшную вещь – не так уж неправа была мадам Роксана, опасаясь, что мы скоро станем трупами.

Наша жизнь уже висела на волоске, и чем ниже я спускалась взглядом к концу письма, тем отчетливее понимала, что скоро все мы окажется на виселице. Или на костре.

Выбор не особо велик.

– И почему вы замерли? – произнес король голосом, в котором звенели ножи. – Мне любопытно узнать, что же там в конце.