Я украду тебя у смерти - Лидия Чайка

После того случая с засыпанием на паре не засиживалась допоздна. Единственное, это когда затеяла в своей комнате генеральную уборку, потому что вспомнила про свой старый мелкогабаритный телефон с сенсорным экраном. Так как у Грома все еще не появился новый гаджет, я планировала отдать ему его насовсем. А что, родители наверняка не заметят пропажи. Тем более, что у того же Георгия Владленовича у самого в этом плане рыльце в пушку. Насколько я поняла, у него все-таки отобрали фирму. Слышала я, как мама причитала насчет того, что он самоуверенный и упертый болван, который сначала делает, а потом думает. И про то, что папа продал свой музыкальный центр, тоже знаю. Неясно пока только, до каких пор это все будет продолжаться. А еще какого рода на нем висят долги. Точнее, перед кем и в каком размере. Я им предлагала свою помощь? Хотела не зависеть и иметь деньги на карманные расходы из собственного кошелька, а в итоге получила очередной вынос мозга от сердобольных родственничков, которые буквально трясутся над собственным чадом, пытаясь оградить от…жизни.

Ко мне снова стали приходить мысли о том, чтобы заняться рукоделием. А что… Покупаешь так нитки, а потом получаешь готовое вязаное изделие, цена которому раза в три больше. Только вот вся проблема заключалась в том, что я не умела нормально вязать. Так, крючком да и то без какого бы то ни было рисунка. Или начать крестиком вышивать картины… Тут уже меньше выгоды за то же количество потраченного времени.

Я с нетерпением ждала субботы, когда мы с Громовым договорились позаниматься у него дома. Мне не столько хотелось постигать точную науку, сколько провести с ним целый день. В последнее время он стал снова тянуться ко мне. Благодаря отданному мной телефону уже два раза звонил мне через интернет, чтобы немного поболтать до прихода моих родителей. Наверное, как-то подспудно понимал, что они не очень-то рады нашему общению. А может, ни о чем не догадывался и просто держался из последних сил, чтобы вновь не сорваться.

В пятницу я столкнулась с Мишей на проходной. Не ожидала его увидеть так рано, поэтому немного растерялась и отпрянула. Он не приходил на занятия уж как три дня, и потому я начала думать, что он вообще забил на учебу. Потому что когда появлялся в институте (особенно в последнее время), в основном просто бездумно смотрел в тетрадь.

— Привет, — первым поздоровался друг, пропуская меня вперед.

— Привет, — эхом отозвалась я, неуверенно продвигаясь в сторону гардеробной. — Как ты?

— Нормально, — уклончиво ответил парень. — Более-менее…

Сдав куртки, направились в нужную сторону. Сегодня первая пара у нас была аж на четвертом этаже.

— Миш, — когда поднимались по ступеням, обратилась я к другу, — помнишь я просила тебя помочь мне с математикой?

— Помню, — нахмурившись, ответил Гром. — К чему ты клонишь?

— Надеюсь, сегодня у тебя нет никаких дел после занятий? — да, я немножко решила переиграть наши планы. Просто очень хотелось побыть с ним сегодня подольше.

— Ну, как тебе сказать…

— Отказ не приму! — перебила парня. — Я понимаю, что тебе может стать тяжело. И еще, не собираюсь капать на мозги по поводу твоей зависимости.

— Ты так великодушна, — хмыкнул Миша. — Хорошо, сегодня после занятий отправляемся ко мне. Но ты должна понимать, что я все же не репетитор. Если хочешь получить профессиональную помощь, обратись к нему.

— Мне просто нужно разъяснить некоторые моменты, — проговорила я, стараясь ни чем не выдавать своей радости. — Если ты мне не поможешь, меня могут отчислить.

— Не преувеличивай, Кнопка.

Мы дошли до аудитории и стали ждать, когда же появится преподаватель. Одногруппники сторонились нас, но нам не было до этого никакого дела. Мы продолжали разговаривать, подшучивать друг над другом и просто радоваться тому, что стоим рядом, и сейчас между нами нет его зависимости.

Он заправил мне выбившуюся прядь волос за ухо, провел кончиками пальцев по щеке, и я уже было подумала, что меня поцелуют. Прямо здесь, на виду у всех… Но появился преподаватель. Прошел мимо, раздраженно разговаривая с кем-то по телефону, и открыл дверь, приглашая нас войти.

Даша, увидев, что мы садимся вместе, недовольно фыркнула и прошла мимо, устраиваясь за партой в соседнем ряду неподалеку от нас. Ее отношение к Грому меня раздражало. Так же я не понимала Сашу. И, наверное, никогда не пойму людей, которые отворачиваются от человека, если у него возникли проблемы подобного рода. А потом удивляются, что он стал конченым алкоголиком, наркоманом или еще кем-то.

— О чем задумалась? — шепнул на ухо Громов, видимо заметив, что я ушла в свои мысли и совсем не слушаю лектора.

— Да так, — пробормотала, возвращаясь в реальность, — ни о чем.

После занятий, мы, как и договаривались, пошли к Мише. Правда, выходя из института, он пытался отговорить меня от этой затеи, но я заупрямилась. И так было понятно, что парень не хочет, чтобы я увидела его ломку, если она начнется. Только вот… его дерганное состояние в такие моменты мне было уже знакомо. Что я могу еще увидеть? Не станет же он при мне колоться… Или станет?

— Может, все же не стоит? — снова спросил друг, когда мы уже подходили к его дому.

— Стоит, — упрямо заявила и ускорила шаг, подходя к нужному подъезду.

Войдя в квартиру, принялись раздеваться. Сразу приступать к злосчастной высшей математике не стали. Для начала решили попить чай, согреться немного, да и перекусить чего-нибудь.

— А когда мама приходит? — спросила Мишу, когда мы разместились за небольшим кухонным столом и стали потягивать обжигающий напиток.

— Часа через три, — неопределенно ответил Гром. — У нас есть время… — он бросил на меня заинтересованный взгляд, заставляя мои щеки предательски запылать. — Для изучения математики.

— Это хорошо, — буркнула, стараясь скрыть лицо за чашкой. Увы, оно всяко было больше.

После того, как голод был утолен, а холод больше не пробирал до костей, мы прошли в комнату Громова и устроились уже за письменным столом. Друг достал свои конспекты, старый учебник по вышке (и откуда он у него?) и приступил к собственно разжевыванию непонятных мне тем.

С того момента, как мы начали заниматься, прошел примерно час. После этого я стала замечать, что с парнем происходит что-то не то. Точнее, прекрасно понимала, что друга вновь накрывает ломка, но упрямо не хотела оставлять его одного. Ведь это так просто, взять и ввести себе необходимую дозу. Я же хотела, чтобы он хотя бы попытался бороться.

— Думаю, — хрипло произнес Гром, отодвигая от себя тетрадь с конспектами, — пора заканчивать.

— Я еще не все поняла, — покачав головой, пододвинула тетрадь с записями к себе поближе. — Вот этот вот пример все никак не укладывается у меня в голове.

— Кнопка, ты же видишь, что со мной происходит. Тебе лучше уйти.

— В том-то и дело, что я не собираюсь бросать тебя в таком состоянии, — посмотрев ему прямо в глаза, сказала я. — Каждый раз, когда я не вижу тебя в сети, не могу слышать твой голос, понимаю, что ты наверняка колешься и тебе не до меня. Если я сейчас уйду, то не прощу себе этого. А вдруг что-то случится?