Незавидная невеста - Оксана Гринберга

Нет, вряд ли этот талант поможет мне задержаться на отборе!

Что касалось магии, леди Виторина сразу же ответила на мой вопрос отрицательно. Заявила, что для этого отведено пятое, особое испытание, на котором избранницы смогут продемонстрировать королю свои умения. Так что этим вечером придется обойтись без магии.

— Быть может, вы умеете отлично петь? Или же хороши в танцах и живописи? — подозреваю, увидев мое расстроенное лицо, попыталась помочь распорядительница. — Наш король большой ценитель искусства. — Затем она вздохнула, потому что предложенные варианты нисколько меня не вдохновляли. — Да пребудет с тобой Святая Истония, дитя мое! — произнесла она.

На это я унылым голосом согласилась, что Ей не помешало бы пребыть, после чего леди Виторина меня покинула.

Почти сразу же за распорядительницей явилась знакомая молодая служанка с завтраком, и я, показав ей знак Братства, заявила, что хочу встретиться с Мэтью. Нет, не во дворце — здесь слишком много охраны, таскаются за мной повсюду! Пусть лучше он станет ждать меня где-нибудь в центре Стенстеда.

Наверное, сопровождать меня в город будет личный страж, но с Дирком Хатрейзом я уж как-нибудь разберусь. Только мне нужно заранее знать время и место.

— Я передам, — кивнула служанка и через полтора часа пришла в мои покои еще раз.

Принесла на подносе чашку с дымящимся кофе, от которого шел резкий, позабытый мною аромат, сразу же напомнивший о временах, когда мама и папа еще были живы. Оказалось, кофе приказал заварить для меня герцог Раткрафт, а вместе с ним он слал еще и маленькие пирожные из лучшей столичной кондитерской.

К этому подарку прилагалось его послание, исписанное резким, отрывистым почерком. В нем Джеймс Стенвей извещал, что будет занят до самого вечера, но мы обязательно встретимся на балу. И еще наказал мне быть осторожной и глядеть в оба, на что я украдкой вздохнула.

И из-за того, что наша встреча откладывалась до вечера, и еще из-за того, что я собиралась выйти из дворца.

— Можете пить и есть спокойно, — шепнула мне служанка. — Отравы нет. Все проверено нашими людьми!

После чего передала весточку от Мэтью. Оказалось, тот будет ждать меня в три часа дня на четвертой ступени у входа в центральный Собор Всех Святых. Если же по какой-то причине мне не удастся вырваться или же уйти от своего стража, то он станет поджидать меня на том же самом месте и в то же самое время еще завтра и послезавтра.

На это я кивнула, сказав, что все поняла и постараюсь прийти.

Служанка ушла, а я потянулась к чашке с кофе, размышляя о том, что подарок и послание герцога Раткрафта приятно меня удивили, но при этом мне не помешало бы придумать, чем приятно удивить короля.

Пока что я все еще бродила в потемках. Что делать, если удивлять его было нечем?

Так ничего и не решив, попросила у горничных отыскать для меня перо и бумагу, после чего написала записку с благодарностью герцогу Раткрафту и короткое письмо леди Виторине. Сообщила ей, что собираюсь отправиться в город около двух часов дня, чтобы посетить Храм Святой Истонии, где планирую хорошенько помолиться.

Быть может, именно там на меня снизойдет озарение?

Отправиться туда я собиралась как раз после того, как меня навестят маленькие принцы, но обязательно вернуться к пяти вечера, чтобы к семи быть готовой к своему провалу на третьем испытании.

И все потому, что в голову мне так ничего и не приходило, хотя я старательно размышляла о своих талантах.

Быть может, поразить короля игрой в шахматы, вызвав его на поединок в Тронном Зале?!

Мысль показалась мне интересной, и я всячески ее обдумала. Но были и подводные камни. А что, если Брайн Стенвей не слишком большой любитель шахмат и не согласится на нашу партию? Тогда меня будет ожидать провал.

Танцевать я особо не умела, так что эту идею я отмела сразу же. Может, попробовать впечатлить короля своим пением? Мама всегда говорила, что у меня хороший голос.

Только вот песен я толком не знала. Помнила с детства несколько колыбельных, которые пела Олли, когда тот не мог заснуть. Знала еще кое-какие песни Братства, но они совсем не подходили для королевского отбора, да и церковные гимны…

Вот, собственно говоря, и все мои таланты!

Узнав о моей проблеме, близнецы, вырвавшиеся буквально на час из цепких объятий воспрянувшего духом гувернера — целых два дня не сбегали, леди Корнуэлл, это же настоящее чудо! — заявили, что надо показать их брату тайный ход. Брайн будет в таком же неописуемом восторге, как и они, и обязательно сделает меня королевой Арондела!..

А если не сделает, то мне нужно совсем немного подождать. Они очень скоро вырастут и обязательно на мне женятся.

В этом месте принцы принялись спорить, кто из них женится на мне первым, после чего все же подрались. Я быстро их разняла, но, оказалось, все-таки не успела… Теперь поцарапанным носом мог «похвастаться» уже Дэнни, а у Тома была расквашена губа.

На это я тайком вздохнула, но делать было уже нечего.

Заставила их помириться, после чего мы доели пирожные, присланные «дядей Джеймсом», и несколько раз прокатились на кровати, по очереди поворачивая крючок.

Затем, запасшись свечами, отправились исследовать тайный ход. Нашли еще два ответвления, ведущих, по моим прикидкам, к комнатам избранниц. Но, как я и подозревала, открыть их можно было только изнутри, так что мы совершенно напрасно испачкали свою одежду, разыскивая отодвигавшиеся панели и дергая за крючки.

Вернувшись и убрав магией следы подземелья, договорились, что если меня вечером все-таки выставят с отбора, то они обязательно за мной приедут… лет так через шесть-семь, и там мы уже посмотрим. А если не выгонят, то они придут навестить меня завтра перед балом, и мы продолжим развивать ловкость рук.

И еще, если я по какой-то причине не смогу рассказать дяде Джеймсу или же королю о подземелье и о том, что в комнате принцессы Шейлы я видела графа Маклахана, его секретаря Густава и еще двух мужчин зарейнской наружности, то они обязательно сделают это за меня.

Впрочем, я планировала поговорить с Джеймсом сама.

Тут за близнецами пришел гувернер, а я, сопровождаемая Хатрейзом, отправилась в сад, где немного побродила по дорожкам, так как у меня все еще оставалось время до встречи с Мэтью. Там я столкнулась с Тэль и хорошенько расспросила ее о расположении столичных храмов.

Не удержавшись, поведала ей о своей беде.

О том, что у меня нет не только сюрприза для короля, но и ни малейшей идеи, чем его удивить. Если только спеть колыбельные, которые я помнила с детства. Но это казалось мне так себе мыслью…

Бредовой, что уж тут скрывать!

На это Тэль искренне мне посочувствовала, заявив, что и она не сумеет мне помочь. Что касается ее, она почти месяц, узнав об отборе, вышивала гобелен. Выбрала сюжет из «Жития Богов» — тот, где Святая Истония протягивает Сердце Пламени Первому из Стенвеев.