Ловушка под омелой - Ксения Мирошник

Подруга проследила за моим взглядом, потом посмотрела на меня и слабо улыбнулась. Я смущённо отвернулась, пряча глаза.

— А как же Джерс? — с усмешкой спросила Ким.

Я вздрогнула и вновь ощутила горькое разочарование. Парень, которым я восхищалась довольно продолжительное время, оказался мелким и жалким, а ещё подлецом, плюющим на чувства других людей. Он мало отличался от своего отца, если рассказ Джерса о нём был правдой.

— Не будем о нём, — отмахнулась я. Очень хотелось поделиться и этим, но я не могла.

— Хорошо, — пристально вглядываясь в моё лицо, ответила Ким. — И каково это?

— Что именно?

— Каково это делить одну комнату с посторонним человеком? Как вы уживаетесь? Тебе неприятно? — спросила подруга.

Я задумалась и вновь посмотрела на Дрея. Он лежал на кровати бледный, с испариной на лбу и прикрытыми глазами. Выглядел скверно. Беспокойство шевельнулось в груди.

— Нет, мне не неприятно, — призналась я, — я…вроде как привыкла. И уживаемся мы довольно неплохо. Капитан…Андреас неплохой человек и даже больше…с ним мне спокойно. Знаешь, будто…я всё время у него под крылом, не под надзором, а именно под крылом. Глупо, наверное, звучит. Ладно…оставь. Это всё какая-то чушь.

Я посмотрела на подругу и встретила её внимательный взгляд, без тени насмешки. Казалось, ей нравилось то, что она услышала. Её глаза излучали тепло и нежность.

— Я рада, что тебе хорошо в его обществе, Хлоя. Мне кажется, что-то изменилось в тебе. И дело не только в чужеродной магии или хаосе вокруг нас. Дело в тебе самой.

Я не знала, что ответить подруге на эти слова. Сама ещё толком не понимала своих чувств и этих перемен, о которых говорила Ким.

— Я боюсь, — неуверенно начла я, посматривая на Андреаса, чтобы он не дай Бог не услышал моих слов, — что все эти изменения всего лишь действие магии омелы. Что это тепло, которое время от времени я испытываю, эта тяга к капитану не настоящие, понимаешь?

— Значит тяга всё-таки есть, — удовлетворённо улыбнулась Кимберли. — И тепло. Это очень хорошо.

— Но…я…

— Не думай ты об этом, Хлоя! — перебила меня Ким. — Почему ты ищешь подвох? Тебе нравятся эмоции, которые дарит близость капитана? Тебе спокойно, надёжно и уютно рядом с ним. Так не порть всё ненужными размышлениями о том, что почти невозможно постичь. Магия омелы чудо! Так прими её как чудо! Она ни разу ещё не ошиблась, ни разу не свела вместе кого-то не предназначенного друг другу судьбой.

— Не заходи так далеко, прошу тебя, — запротестовала я. — Никто никому не предназначен. Я всего лишь поделилась ощущениями, не более.

Кошки всё ещё скребли на душе, я волновалась об Андреасе и его состояние меня пугало. Я встала из кресла и подошла к капитану. Коснулась его влажного лба, он пылал.

— Ким! — я взволнованно окликнула подругу. — Беги за миссис Оллинер! Срочно!

Подруга не стала задавать лишних вопросов, накинула куртку и бросилась прочь из башни. Моё сердце колотилось, как безумное. Что-то не так. Не могло снотворное так повлиять на Андреаса.

— Дрей, — тихо позвала я его. — Дрей, ты меня слышишь?

Чтобы хоть как-то облегчить его мучения, я подула холодом на его лоб. Капитан тихо застонал и повернул голову.

— Глупая, глупая я, — ругала я себя за болтовню с Ким. — Мне не нужно было отходить от тебя.

А что если в снотворном было что-то ещё? Что если наследники хотели отравить Андреаса, чтобы отстранить его от меня? Пусть не магией, но и у людей множество разных страшных трав и прочих ядов, которые они используют против врагов.

— Дрей, — испуганно пропищала я, чувствуя, как внутри всё холодеет от ужаса. — Только не вздумай покидать меня сейчас. Кто же будет разбираться с Морисом и Виннесом? Ты сильный, держись! Тебя не должен сломить какой-то настой…

Я несла откровенный бред, но это лишь от страха. Сердце сжималось, каждый раз, когда думала о том, что Андреас может умереть. Не зная, чем ещё помочь, я приоткрыла одно из окон башни, чтобы впустить морозный воздух, а ещё смочила тряпицу и положила на лоб капитана. Время шло ужасно медленно, и миссис Оллинер никак не приходила. Мне казалось, что прошло уже не меньше часа, хотя на самом деле минут десять от силы.

— Дрей, ты меня слышишь? — вновь спросила я и коснулась пальцами его щуки. Не удержалась и скользнула по скуле, а потом спустилась к пересохшим губам. — Воды, нужно, наверное, дать тебе воды.

Я вскочила на ноги и кинулась к графину с водой, что стоял на моём столе. Плеснула немного в стакан и вернулась к капитану. Движения мои были нервными, неуверенными и неловкими. Я облилась водой по пути, чуть не снесла ширму и слишком резко опустилась на кровать Андреаса. Он шевельнулся, а потом дотронулся рукой до влажной тряпки на лбу. Веки его дрогнули, ресницы затрепетали.

— Дрей, — позвала я. — Выпей немного воды.

Я отставила стакан в сторону, приподняла капитана за плечи, позволила ему опереться спиной на меня и поднесла воду к его губам. Андреас ощутив влагу, сделал жадный глоток, но глаз так и не открыл. Обнимая его одной рукой, я почувствовала, как бешено бьётся его сердце.

— Боже мой, — пискнула я, прижимаясь лбом к его голове. — Чем же тебя опоили?

— Хлоя! — крикнула Ким, вбегая в комнату. — Как вы тут? Миссис Оллинер уже идёт.

— Спасибо, — плотнее прижимая к себе Андреаса, сказала я. — Спасибо, Ким.

Подруга присела возле кровати на корточки и погладила меня по плечу, давая понять, что она рядом. Я благодарно улыбнулась ей.

— Что тут у нас? — строго спросила миссис Оллинер, решительно отодвигая Кимберли.

Только в этот момент я растерялась окончательно. А что же мне сказать? Не упомянуть снотворное я не могла, ведь, чтобы помочь Андреасу, миссис Оллинер должна знать, как можно больше. Я медленно поднялась с кровати, чтобы доктор могла тщательно осмотреть Дрея.

— Я слушаю, мисс Блэр, — сказала она мне, даже не поворачиваясь.

— Это снотворное, — выпалила я и зажмурилась.

Миссис Оллинер выпрямилась и наградила меня осуждающе вопросительным взглядом. Её суровые глаза требовали разъяснений. Ну что ж, врать, так врать.

— Я дала ему снотворное.

— Зачем? — в голосе доктора прозвучали стальные нотки.

— Видите ли, дело в том… — начала я юлить, — мы с капитаном оказались в довольно щекотливой ситуации…

— Про омелу я знаю, мисс Блэр, — удивила меня миссис Оллинер, — магистры посвятили меня в детали.

М-да, круг осведомлённых рос прямо на глазах. Хотя я не была удивлена. Миссис Оллинер часто занималась исследовательской работой, связанной с растениями и их влиянием на человека. Возможно, причина была в этом?

— Ох, — выдохнула я и бросила взгляд на подругу.