Ялмез - Евгения Шагурова

– Как ты назвал свой мир? – переспросила, когда его имя показалось мне смутно знакомым.

– Не я. Он сам так назвался, – пояснил Милингтон. – Сразу после того, как захотел тебя себе в демиурги. Но та, что тебя спрятала, отказалась делиться. Тогда моя и без того строптивая вселенная взбунтовалась и выдворила меня. Теперь за ней присматривает другой творец. Может, и к лучшему, учитывая, сколько у меня теперь дел в Демиургии. Но название за собой мир оставил.

– Земля, – произнесла задумчиво, тщетно пытаясь понять, что именно она мне напоминает.

– Это твое имя, крошка. Только наоборот. Кто-то не оставляет надежды когда-нибудь заполучить тебя себе. И, надо отметить, он в этом не одинок.

С этими словами Сай недвусмысленно мне подмигнул, тем самым намекая, что его предложение все еще в силе. И это после всего сказанного Тейджу? 

Еще и очередной недовольный утробный рык слева! Так, пора менять позицию. А потому по-быстрому протиснулась между мужчинами и, оставив Мая позади, пошла в наступление на Милингтона.

– Я ведь говорила серьезно, когда обрисовывала Драутану-старшему возможную перспективу.

– Неправда, – раздалось насмешливо в ответ.

– Я свергну тебя, Сай, и глазом не моргнув. Ты меня не знаешь. Прошлой Ялмез больше нет. Она умерла, растворившись в магическом источнике мира твоей матери. Сейчас перед тобой совершенно другой творец. И он часто беспричинно очень жесток. Настолько, что вам, Ваше Величество, лучше не знать. За своих созданий или хоть минимальную вероятность лишиться их я уничтожу любого. А нет – без капли сомнения сама умру за них.

– Значит, вот он, твой выбор? Останешься простым демиургом, вместо того чтобы возглавить и править ими всеми? Так легко променяешь меня и родной мир на своих драконов?

Нет, он глухой, что ли? Или я чего-то не понимаю? Может, план Милингтона заключался в том, чтобы именно я взошла на трон, а он так и остался темной лошадкой? Правил Демиургией, а заодно и мной, из тени. Если так, то мне тем более все это не нужно.

– Мой ответ остается прежним. Нет!

На сей раз тишину между нами нарушило тихое хмыканье Лин. Кажется, я своим решением удивила не только Сая.

Не успела об этом подумать, как женщина у окна неожиданно зашлась сначала тихим, но постепенно все более громким и удушливым кашлем.

Опершись рукой на подоконник, она вдруг неожиданно начала терять равновесие. Май с Саем кинулись к ней почти одновременно. Но Милингтон успел первым. Подхватив мать на руки, он растерянно взглянул на меня.

– Нужно возвращаться, – ушла от ответа, заметив, как Лин отрицательно мотнула головой.

Как бы мне ни хотелось рассказать новоявленному королю, что его чуть ли не единственный родной человек умирает, я не имела на это права. Тем более что твердо вознамерилась сего не допустить. А потому больше не могла терять времени. Но и сорваться с места вот так просто тоже не имела права.

– Мам, пап, я люблю вас, – произнесла, поспешно развернувшись к родителям и порывисто обняв их, прежде чем чмокнуть в щеку младшую сестричку. – А ты, как подрастешь, забегай в гости. Похулиганим уже вместе! Хорошо, мелкая?

Явно воодушевившись предложением, ребенок тут же активно закивал в ответ.

– Мы с вами, – вызвались Мик с Кимом.

– Нет. Вы остаетесь здесь и ждете моего возвращения. Мы не закончили! – скомандовал Сай, недвусмысленно глянув на Тейджа.

Достанется же кому-то по возвращении короля. А кстати, что? О чем, уже снова очутившись в королевской колыбели, я спросила Милингтона.