Империя огня. Амнезия в подарок - Агата Грин

В день, когда мы покинули Ригларк, стояла тихая безветренная погода. Привыкшая к вечной тоглуанской хмурости, я удивленно поглядывала по сторонам, отмечая, что туманы стелятся уже не так густо, а небо яснеет.

— Скоро весна, — проронил Брадо Гелл.

— Это чувствуется, — ответила я.

Мы уже выехали из долины и двигались к Дреафраду. Путь лежал неблизкий, и проделать его предстояло верхом, но я уже не ощущала себя беспомощной и неуклюжей на лошади и вполне сносно правила ей, к тому же рядом был муж, всегда готовый помочь, а также восемь человек охраны, девять – если считать самого владетеля. Гелл, к счастью, сообразил, что брать в такую поездку своего верного пса Верника будет большой ошибкой, так что никто меня не смущал; поглядывая на сопровождающих, я чувствовала себя спокойнее, к тому же в их числе был симпатяга Вито, тот самый, с кем я ехала осенью в Колыбель.

— Как родственники отнеслись к вашему отъезду? — спросил Брадо, поддерживая беседу.

— Безумно рады, что мы уезжаем от них подальше, — ответил Рензо.

— Они привыкнут к вам со временем, — заверил владетель, — а когда у вас появятся дети, будут еще и донимать опекой и вниманием. Вы продолжите линию Мео, а это очень важно.

— Для этого нужен ритуал в храме? — поинтересовалась я. — Чтобы Дракон благословил на продолжение рода?

— Не совсем. Священный огонь показывает, во что могут сплестись линии силы молодоженов, и сами молодожены решают, будет ли удачным их союз.

Мы с Рензо переглянулись. Если так, то бояться предстоящего ритуала не надо. Что бы там ни показал Священный огонь, мы всегда можем сказать, что считаем его «намеки» положительными.

— И все же вы нам о благословении говорили, — напомнил владетелю муж. — Значит, Дракон все-таки являет свою волю, так?

— Являет, но позже, — туманно ответил Брадо.

Рензо решил не задавать больше вопросов, да я и не хотела говорить на эту тему, очевидно, болезненную для Гелла. Интересно, как повел себя Священный огонь, когда перед ним предстали Брадо и Кинзия? Был ли намек на то, что детей у них не будет, и если был, то какой?

У меня зачесалась щека, и я чуть было не потерла ее. Вовремя вспомнив, что чесать шрам нельзя, чтобы не стереть макияж, я инстинктивно, со страхом взглянула на Гелла. Если он заметит шрам, то все пропало…

Однако мужчина заметил лишь мой взгляд. Покосившись на меня, он снова стал смотреть вперед, на дорогу, а я – на него. Каким бы чурбаном он ни был, но рядом с ним мне не только волнительно, но и спокойно, потому что он – сила, он – плад, и эта его «драконовость» такая явная, такая завораживающая, что мне теперь даже не стыдно, что я была в него малость влюблена поначалу.

А домыслы Мариана оказались полным бредом... Может, Сизер специально застращал меня тогда, сказав, что Гелл хочет выдать меня за Верника, чтобы самому спать со мной и ребенка заделать? Надо же такое придумать… Мариан просто хотел со мной переспать, внушить доверие, сделать меня зависимой и беззащитной, чтобы лишь он, «долинный лучик света», был для меня авторитетом и защитой. Как ни крути, из всех мужчин, которые меня окружают, только один Рензо думает о моем благополучии, только он один в меня влюблен и видит в романтическом свете.

Я посмотрела на мужа, который в дневном свете выглядел еще более юным, чем обычно. Ему и двадцати-то не дашь, выглядит на семнадцать, как ровесник Геммы… И дело не только в тонких чертах и довольно изящном для юноши сложении, не в золотистых волосах, волнистых от влажности, а в том, что не чувствуется в нем та самая «драконовость», которая так и прет из Брадо, Мариана, Верника… Мариан, если уж на то пошло, почти такого же возраста, как Рензо, но такой мужичище по сравнению с ним, словно лет на десять старше…

Рензо улыбнулся мне, и я улыбнулась ему.

Глупости все это! Кому нужна дурацкая неосязаемая сила, да и физическая сила тоже ничто по сравнению с силой характера, которая у Мео имеется, и еще какая.

Отдохнуть мы остановились уже в Дреафраде; проехав часа два по лесной дороге, выбрали удобное местечко и спешились. Пока люди Гелла готовили на костре обед и заодно кормили лошадей, мы с Рензо отошли немного, чтобы размяться.

— Заметила, как ведет себя Гелл? И так, и эдак намекает, что от ритуала ничего не зависит, — сказал муж.

— А сам рвется в свидетели… Кстати, ты не знаешь, как у него самого ритуал прошел? Может, твои родители обсуждали это когда-нибудь?

Рензо усмехнулся:

— Да вся Тоглуана это обсуждала и продолжает обсуждать. Свидетелей ритуала должно быть семь, вместе с лларой – восемь. Вот эти восемь человек и знают точно, как все прошло. Говорят, огонь ничего такого не показал, все прошло гладко.

— Раз все прошло гладко, почему тогда все плохо у Кинзии с Брадо?

— Кто ж знает. Такого драконова воля.