Здесь драконы не пролетали? - Татьяна Абалова

***

– Смотрите, драконы! – пожилая супружеская пара, чья каюта соседствовала с моей, куталась в одно на двоих покрывало, и казалось, что на носу корабля, куда они выбрались полюбоваться рассветом, стоит чудовище о двух головах. Королевство Звездной ночи – северная страна, и каждое утро по мере приближения к драконьему царству, становилось все холодней и холодней.

Одинаково седые волосы стариков топорщил ветер, носы и щеки раскраснелись от холода, но на лицах супругов светился такой восторг, что и я невольно залюбовалась играми трех драконов. Они то устремлялись вверх и превращались в точки, то падали вниз, чтобы взволновать поверхность моря крылами, а то и вовсе исчезали в пучине, что вызывало крики ужаса зрителей и последующий вздох облегчения, когда мощные тела, блестящие под лучами солнца, вновь устремлялись к небу.

– До чего же сильные твари, – раздалось за моей спиной. Я обернулась и встретилась взглядом с пожилым эльфом. Или я просто до сих пор не встречала обладателей эльфийских холмов преклонного возраста (а я думала, что они так и умирают молодыми, достигнув пика в тысячу лет), или этот был настолько стар, что умудрился обзавестись глубокими морщинами и выцветшими от времени глазами. Дорогая одежда и длинные волосы, собранные в хвост, свидетельствовали, что передо мной представитель дворянства, а не какой-нибудь сельский житель или купец, отправившийся в дальний пусть по своим торговым делам.

– Твари? – переспросила я. Уничижительное для человека слово я в крайнем случае применила бы к животному (помните, каждой твари по паре?), но никак не к существу, способному принимать человеческий образ.

– Коварство – их второе я.

«Второе я» напомнило другой вид разумных существ – нейверов.

– А как же пустынники с их змейками? Вот уж кто поистине коварен.

– Встречали? – эльф приподнял бровь.

– Доводилось. Едва не погибла от укуса вирху.

– Интересно-интересно, – нараспев произнес незнакомец. – Не впервые встречаю выжившего после нападения вирху, но чтобы атаку отбила женщина? Змеи нейверов бьют наверняка и обладают молниеносной скоростью.

– Ошибаетесь. Их нападение не только можно отразить, но и заставить вцепиться в хозяина.

– И где же ваш верный пес? После такого вы непременно должны были им обзавестись, – эльф нарочито медленно повертел головой, ища взглядом несуществующую собаку. Снисходительная улыбка не сходила с его лица. – Спит на подстилке у кровати?

– И опять ошибаетесь. Он сбежал.

Атласная бровь эльфа вновь пришла в движение.

– Того не может быть! Встречал я воина, что лишил нейвера второго я, так собака и на шаг от хозяина не отступала. Я не находил примеров подобной преданности.

– Мне повезло меньше. Мой брехливый пес не только сбежал, но и увел осла со всеми пожитками.

– Да?

Боже, сколько же иронии сквозило в его коротком «да». Я, что, байки пришла рассказывать, чтобы развести случайного попутчика и потешить свое эго?

– Да. Не всегда работает песья верность, что бы вы о ней ни думали. При первой же возможности мой кобель удрал.

– Милая миффи, разрешите полюбопытствовать, как вас зовут? Раз уж завязалась интересная беседа, хотелось бы знать, с кем имею честь делиться важной информацией.

Ох, как же его слова меня подкупили! За «важную информацию» я готова была не только имя назвать, но и пароль электронной почты, такой же ненужной здесь, как и мой российский паспорт, что хранится у старосты Сосенок.

Хорошо, что королева-мать выправила мне документы на миффи Шило, и я смело представилась этим именем.

– Муф Дункан Фогерт, – церемонно поклонился мой собеседник. – Не удивляйтесь моему нетрадиционному имени, я эльф лишь по матери. В остальном я…

– Демон?

А что? Я уже убедилась, что демонам не чужда любовь к соседствующим «расам».

– Почему демон? Человек.

Вот и открылась причина преждевременных морщин. Человек не живет долго. Каких-то сто – сто пятьдесят лет, и лишь смескам, кому посчастливилось родиться в семье магов, достанется больше. Интересно, а сколько выпадет мне? Жаль, что невозможно порасспрашивать, поскольку решила скрыть, что частично демон.

– Что же такого важного вы хотели рассказать мне, уважаемый муф Дункан? – я приложила ладонь ко рту и перешла на шепот.

– А то, милая миффи Шило, что встречались вы с кем угодно, но только не с псом, – наклонившись к моему уху, дедушка Фогерт тоже перешел на шепот.

– Почему вы так думаете? – от удивления я отшатнулась от собеседника.

– Я долго жил среди нейверов, а потому многое могу о них рассказать.

– Вы были у них в рабстве? – почему-то я не представляла иной причины, чтобы добровольно обречь себя на существование в песках.

– Почему? Я был послом в королевстве Палящего солнца.

– Ох, простите! – произнесла я, поняв, как только что оплошала: назвала государственного мужа рабом псов. 

***

– Смотрите, драконы! – пожилая супружеская пара, чья каюта соседствовала с моей, куталась в одно на двоих покрывало, и казалось, что на носу корабля, куда они выбрались полюбоваться рассветом, стоит чудовище о двух головах. Королевство Звездной ночи – северная страна, и каждое утро по мере приближения к драконьему царству, становилось все холодней и холодней.

Одинаково седые волосы стариков топорщил ветер, носы и щеки раскраснелись от холода, но на лицах супругов светился такой восторг, что и я невольно залюбовалась играми трех драконов. Они то устремлялись вверх и превращались в точки, то падали вниз, чтобы взволновать поверхность моря крылами, а то и вовсе исчезали в пучине, что вызывало крики ужаса зрителей и последующий вздох облегчения, когда мощные тела, блестящие под лучами солнца, вновь устремлялись к небу.

– До чего же сильные твари, – раздалось за моей спиной. Я обернулась и встретилась взглядом с пожилым эльфом. Или я просто до сих пор не встречала обладателей эльфийских холмов преклонного возраста (а я думала, что они так и умирают молодыми, достигнув пика в тысячу лет), или этот был настолько стар, что умудрился обзавестись глубокими морщинами и выцветшими от времени глазами. Дорогая одежда и длинные волосы, собранные в хвост, свидетельствовали, что передо мной представитель дворянства, а не какой-нибудь сельский житель или купец, отправившийся в дальний пусть по своим торговым делам.

– Твари? – переспросила я. Уничижительное для человека слово я в крайнем случае применила бы к животному (помните, каждой твари по паре?), но никак не к существу, способному принимать человеческий образ.

– Коварство – их второе я.

«Второе я» напомнило другой вид разумных существ – нейверов.

– А как же пустынники с их змейками? Вот уж кто поистине коварен.