Ловцы удачи - Алексей Пехов

— Погода сегодня хорошая, солнечно и волнения нет, — прищурился Глауфор, стянув с головы лимонно-желтый колпак. — Если так, его должно быть видно. Руи, давай на бушприт и смотри вниз, а я гляну отсюда, может, чего и заметим. Капитан, сделаем круг над камнями?

— Да, — кивнула Джулия. — И, думаю, опустимся до тридцати ярдов. Кто-нибудь, загляните на камбуз и попросите Мигуэля сварить кофе.

Ботик пошел над ярко-голубой водой, обходя скалистый островок по кругу, двигаясь вдоль кромки прибоя, разбивающегося о коралловый барьер, находящийся почти в трех сотнях ярдов от берега. Все расстояние между рифом и прибрежным песком занимала лагуна с отлично проглядывающимся дном.

— Вижу! — через несколько минут закричал гролль, поднимая руку. — Правее на пятьдесят ярдов, и гасите скорость.

Когда Руи махнул, Джулия перевела один из рычагов в нижнее положение, и «Бобовое зернышко», мягко гудя, завис над водой. Я подошел к Огу и вместе с ним, перегнувшись через фальшборт, глянул вниз.

Там, под водой, зарывшись носом в морской песок, лежала черная тень, чем-то напоминающая поврежденный трезубец. За ней тянулся широкий след из разбросанных по дну обломков.

— Что скажешь? — спросил я у напарника.

— Тебе повезло, что я не гремлин. Эти ребята суеверны и ни за что не возьмут в руки предметы, которые принадлежали маргудцам.

— Мы оба не склонны верить в глупые приметы.

— Ловко ты его завалил, — оценил Глауфор.

— Повезло.

— Тебе действительно повезло. Он мог перемолоть «Чаровницу» в порошок, — проворчал орк.

Джулия опустила ботик, и мы сбросили якорь, который с плеском ушел в воду.

— Встали! — через несколько мгновений крикнул гролль капитану.

Ог стащил рубаху через голову.

— Оба будем нырять, — сказал он мне. — Тут сколько до дна? Ярдов семь? Восемь?

— Сейчас померяю, — ответил Руи, забросив лот. — …Семь с четвертью.

Я снял рубашку, оставшись лишь в коротких моряцких штанах, и сказал Огу:

— Подожди. Сперва я. Осмотрюсь, проверю, как и что. Устанешь, потом от тебя никакого толку, а мне может понадобиться твоя сила, если придется отдирать заклепки.

Я натянул очки, купленные у ныряльщиков за губками, рыбкой прыгнул в воду, подплыл к сброшенному с борта канату с узлами. Набрал воздуха, снова нырнул, подняв ноги вертикально вверх, и, оттолкнувшись, начал погружаться.

Вода была соленой, толкала назад, приходилось преодолевать сопротивление, и, если бы не канат, без груза я бы не обошелся. В какой-то момент на барабанные перепонки навалилась тяжесть, в голове зазвенело, но я победил это ощущение дискомфорта, зажав нос и выдохнув через него. В ушах раздались едва слышные щелчки, и тут же стало легче.

«Клык» колдунов лежал чуть в стороне, и тень от ботика на него не падала. Воду насквозь пронзали теплые лучи. Солнечные зайчики ползали по черной шершавой поверхности фюзеляжа. Я проплыл над ним, краем глаза отмечая повреждения, разрушенный во время падения хвост, обгоревшие бока, оторвавшееся крыло, лопнувшие скобы и рваные раны в покореженном металле, оставшиеся от моих огнепчел.

Стеклянный колпак левой кабины разбит, и тело, навалившееся на жезл управления, уже порядком успели объесть рыбы. Крупных акул, по счастью, не было, за риф они, кажется, не заплывали, а мелочь меня не пугала.

Еще несколько мощных гребков — и я оказался возле самого дна, быстро осмотрел корпус и начал всплытие.

После прохладной глубины горячее солнце ослепило меня, и я, не отвечая на вопросы сверху, уцепился за канат и отдышался. Только после этого сказал:

— Демон все еще внутри, я уверен. Если бы сдерживающий контур или Печати разрушились, он бы развалил корпус, а вся носовая и средняя части целы.

— Отлично! — впервые за день воодушевленно ответил Ог.

— Но есть проблема. Он при падении глубоко зарылся брюхом в песок. Придется доставать демона через нос.

— Там броня! Как ты это себе представляешь?

— Джулия, мы сможем взять «Прут света» на время? — спросил я. — Срежем бронепластины и доберемся до нужного отсека, взломав клепки.

— Это может сработать, — кивнула она после секундного колебания.

— Все равно провозимся часа четыре. — Ог сел на край борта, свесив ноги. — Нам надо всплывать и дышать. Мы не крашши.

— Будем работать по очереди, передавая меч друг другу, — предложил я. — Так дело пойдет быстрее.

— Я вам помогу, — вызвался Руи. — Вы силенками не вышли, чтобы бронепластины отрывать.

— Хорошо, — согласился я. — Тогда давайте начнем.

— Эй! Эй! — подскочил Тулл на стуле. — Какого Неба?! Вас мамы не учили, что следует сперва стучать? Быть может, я тут без штанов?

— Не бойся, твое небесно-голубое исподнее меня не сможет шокировать, — ответил Ог, проходя в кабинет владельца Логова следом за мной.

— Смешно, — буркнул тот, широким жестом сгребая в ящик стола горки луидоров.

— Извини, что помешали тебе подсчитывать барыши.

— Эта ваше обычное времяпрепровождение — мешать мне. Чего понадобилось?

Ог залез к нему в бар, вытащил ополовиненную бутылку виски, убрал обратно, продолжил исследование, нашел непочатую. Тулл многозначительно уставился на меня, и я сказал:

— Даже не подумаю его останавливать.

— На него не напасешься. У меня был полный ящик, но в каждый ваш визит я теряю целую бутылку.

— Ты сегодня зол и неприветлив. — Ог вытащил пробку, понюхал виски. — У-у-у… немного яблока, немного дуба. Неплохой купаж. Ну, твое здоровье, Тулл. Чтобы твой горшок всегда был полон золота и его никто не нашел на ромашковом поле.

— Лепреконский горшок с золотом — это дедовский пережиток. Я предпочитаю хранить деньги в банке. Мое настроение уже который день испорчено исключительно из-за вас. — Он ткнул в нас одновременно двумя пальцами. — Во-первых, вы сбили Косматого, а я, между прочим, поставил на его победу в Шестичасовых гонках кучу денег.

— Зачем было ставить на волкодлака? — удивился я. — Он не был лидером.

— Он бы им стал, если бы ты не влез со своими пушками! Я слышал, что у вас были трения, но отчего ты не мог потерпеть до той поры, пока я не заберу у букмекеров свой немалый выигрыш? — Лепрекон состроил гримасу.

— Я не отличаюсь особым терпением, когда меня хотят продырявить.

— Знал бы кто-нибудь об этом раньше… — кисло заметил он. И добавил: — Во-вторых, вы купили «Шершень», который я выставил на аукцион.

— Стреколет принадлежал тебе? — Ог даже о виски забыл.

— Да. Лежал в запасниках на складе больше пяти лет.

— Так радоваться надо. Ты его продал, разбогател на пару тысяч. Чем ты недоволен?