Монах - Евгений Щепетнов

Оборотень подбежал к темной хате Аграфы, и тут уже четко уловил запахи оружия, смазанного маслом, и кожи, пропотевшей под доспехами, а также легкий аромат каких-то благовоний, которыми, как Андрей уловил при общении, пахло от мытаря.

Зверь четко взял след и помчался за уехавшим по тракту чиновником туда, куда он направился после того, как посетил Аграфу. Оборотень, великолепная живая машина, несся с огромной скоростью, благо, что из-за позднего времени на дороге никого не было и никто не мог ему помешать проглатывать километры, как раллийной машине.

Запах висел в воздухе — не было ни ветерка, ни дождя, которые могли смыть и развеять эти молекулы вещества, улавливаемые чутким носом Зверя так, будто он читал книгу при ярком свете фонаря.

Пробежав километров двадцать, он оказался у постоялого двора, стоящего чуть в стороне от дороги, возле ручья, — Андрей и его спутники ночевали там недавно, и он знал, что в это время суток двери гостиницы накрепко закрываются, а двери номеров оборудованы засовами и сделаны из прочного дуба, способного долго противостоять даже тарану.

Зверь уселся на задние лапы и задумался о том, как ему проникнуть внутрь. Его желтые глаза внимательно сканировали окрестности, отмечая: кусты — укрытие, двор — ауры животных, сторожей, охранников, деревья у крыльца — перескочить с них в окно?

Прыгнул с места и понесся ко двору заезжей, к стойлам, где находились лошади.

Собаки почуяли приближение Зверя и истерически залаяли, а в конюшне начали бить копытом лошади, разбуженные шумом, — животные чутко чувствуют опасность.

Зверь посмотрел направо, налево и с разгону заскочил на высокую крышу конюшни, где и застыл как изваяние под неверным светом луны, выглянувшей из-за тучки.

Мягко сделав несколько шагов, принюхался и спрыгнул вниз, возле фургонов, застыв, прижавшись к земле, как кот, скрадывающий мышь.

Из фургона выглянул заспанный охранник, чтобы посмотреть на источник переполоха, ничего не заметил, соскочил на землю и пошел вокруг повозки. Заглянул под днище и замер, глядя в светящиеся глаза Зверя.

Удар! — человек упал как подкошенный, оглушенный ударом лапы.

Андрей перекинулся в человека, положил руку охраннику на шею, кивнул: пульс есть, сработано четко — нокаут закрытой лапой, без когтей.

Быстро стащил с человека штаны, рубаху, сапоги, оделся и встал на ноги, потом прошел в конюшню и стал открывать денники, пробежав по длинному ряду стойл.

Их было десятка два, и, пока Андрей гремел засовами, в конюшню вошел конюх с фонарем в руке, видимо решивший проверить, отчего волнуются животные.

Завидев человека, наводившего в его хозяйстве беспорядок, конюх возмущенно крикнул:

— Эй, ты что делаешь?! Ты с ума сошел, что ли?!

Больше ничего он сказать не успел, сбитый с ног жилистым кулаком и уложенный на кипу сена в пустом стойле.

Андрей подумал: «Пожар, что ли, устроить? Нет, хозяин-то трактира ни при чем… да и парень может погибнуть… по-другому сделаю!»

Он схватил кнут и стал выгонять из стойл лошадей, нервно бьющих копытами и косящих глазом. После нескольких ударов кнутом животные вообще пришли в бешенство и рванули наружу, громыхая подковами по деревянному настилу.

Табун, взбешенный ударами кнута и запахом оборотня, вылетел во двор, сметая все вокруг, ударяясь о забор, врезаясь в фургоны — выпучив глаза и взбрыкивая, лошади носились по территории, подняв жуткий шум, на который выбежали постояльцы гостиницы, сонные, не понимающие, что происходит.

Андрей, незамеченный в этой суматохе, прошел через дверь, ведущую с конного двора в гостиницу, сразу на второй этаж, к комнатам постояльцев, постоял в коридоре, оценивая обстановку, и вдруг громко крикнул:

— Пожар! Пожар! Спасайтесь!

Его придумка увенчалась успехом — одна за другой открывались двери, разбуженные гости высовывались из номеров, ища источник крика и переговариваясь. В коридоре было темно, и постояльцы не заметили темную фигуру, застывшую в углу. В отличие от них, Андрей прекрасно видел в темноте, потому сразу выцепил взглядом сборщика податей — тот был через две двери от него.

Андрей мягко пошел вдоль дверей. Молниеносное незаметное движение — и со свернутой головой помощник мытаря влетел в комнату, еще движение, хрустнули позвонки — и еще один влетел в свою комнату, ставшую склепом.

Вот и номер сборщика податей — он уже закрывал дверь, когда ее кто-то сильно толкнул, так что она ударила его по голове и отбросила на пол.

Мытарь взвыл, а в номер скользнула темная фигура, захлопнув за собой дверь.

— Ты кто такой? Как ты посмел, негодяй?! — Сборщик податей поднялся и хромая пошел к двери — видимо желая вызвать солдат охраны, но не успел, потому что незнакомец сбил его с ног сильным ударом, рассекшим губы и выбившим два передних зуба, хрустнувших, как скорлупа ореха.

У мытаря помутилось в голове, и он пришел в себя только через пять минут — комната была освещена фонарем, а незнакомец сидел перед ним на стуле, внимательно глядя в лицо чиновника.

Мытарю показалось, что глаза ночного гостя странно светятся в полумраке, и сердце его замерло — ему померещилось, что это был совсем не человек!

Гость взял фонарь и поднес к своему лицу.

— Узнаешь?

У мытаря на лице появилось понимание, он поморгал и с удивлением и угрозой сказал:

— Как ты посмел? Да тебя же… и бабу эту… я вас в порошок сотру!

— Болван. Ты уже мертв, только пока этого не осознаешь. Я не убил тебя сразу только потому, что хочу, чтобы ты знал, за что умираешь. Всю жизнь я убивал неизвестных мне людей, поскольку мне приказывали это сделать, теперь — я убиваю по своему выбору и лишь тех, кто этого заслуживает. Я не убиваю, а казню.

— Не надо! За что? Не убивай! Я всего лишь выполнял свой долг! Неужели ты будешь убивать всех чиновников, которые выполняют долг?!

— Нет. Но ты получаешь удовольствие от того, что издеваешься над людьми. И я должен тебя наказать за это. Не за твою паскудную работу. А за то, что ты паскудный человек. Ладно. Что-то заговорились мы, пора мне…

Неожиданно мытарь откуда-то достал нож — видимо, он лежал на столике у кровати — и бросился на Андрея. Тот нехотя, почти лениво перехватил руку нападавшего, сжал ее так, что нож вывалился на пол, поднял клинок и без замаха воткнул его в сердце мужчины.

Чиновник коротко вскрикнул, дернулся и обмяк, упав на кровать и глядя в потолок невидящими глазами.

Андрей открыл дверь, вышел в коридор и постучал в соседний номер.

Ответил грубый голос:

— Кто? Чего надо?

— От начальника, просил передать вам…

Дверь приоткрылась, и в щель выглянула заспанная физиономия человека в исподнем. Он с неудовольствием спросил: