Тропа Войны и Магии - Анатолий Радов

Я покинул Тиглим с большей частью своего гурта и тремя сотнями всадников через два дня, которые были потрачены на демонстрацию нового оружия и заклинаний, а также на доказательство правильности моей стратегии. За спиной стрельна нового образца, нож и «шип» на поясе, рюкзак с книгами приторочен к седлу. И последний я собирался теперь открывать как можно чаще. Не знаю почему, но мне вдруг в голову пришла странная идея. Да, я пробовал уже, и псевдо-Руна говорил, что нужно постичь все книги, но… А если все не так? В смысле в общем плане так, но в деталях иначе. У меня есть в узле заклинания всех восьми ветвей… Да, этого оказалось недостаточно. А что значит – постичь? Все от корки до корки? Псевдо-Руна тот еще хлыщ оказался, почему я должен ему верить?

Магистр.

Вот какая идиотская идея родилась в моем мозгу и завладела им полностью, оттеснив даже мысли о войне.

А что, если плетения Крови начнут изучаться, когда я буду знать не просто по несколько плетений из всех ветвей, а когда у меня будет хотя бы по одному плетению каждой ветви магистрального круга? То есть если я стану магистром во всех восьми ветвях. Что, если так?

Да, идея ничем не подтверждена, но ведь логична. Ладно, и пусть даже не магистром, а архмагистром. Это всего лишь вопрос времени, желания и терпения. Но ведь сам алгоритм…

Какая разница – есть у меня, например, «корона» из Воздуха или «холмы» из Земли, или еще что-нибудь несущественное из Огня? Да глупо, чтобы какие-то незначительные плетения определяли возможность овладения девятой ветвью. Нет. Тут точно дело в магистрале или архмагистрале.

Нужно постичь все книги… Но ведь что под этим может подразумеваться? Ты открываешь, читаешь книгу, втягиваешь в себя плетения из магем… Выучиваешь какое-то до пятого, шестого или седьмого круга… Может, это и есть постижение? Но ведь мне, черт возьми, это не нужно! Я и сам могу собрать любое плетение до архмагистрала…

К Нурлиму мы двигались три дня, так как были отягчены обозом с продуктами и деньгами. Сначала мимо нас проплывали густые лесные чащи, потом как-то резко пошла бескрайняя степь с редким кустарником. Гуляющий здесь теплый и очень сухой ветерок только усугублял действие палящего светила, поэтому все поголовно чувствовали себя неважнецки.

В конце второго дня мы наткнулись на крохотное поселение, где жило примерно столько сэтов, сколько было в нашем отряде. Испугавшись, местные жители укрылись за окружающим селение частоколом, и нам пришлось почти полчаса уговаривать кого-нибудь выйти. Как потом оказалось, они с перепугу решили, что мы пришли воевать с ними. Вот же смешные. Кому нужна эта крохотная деревенька, стоящая посреди продуваемой всеми ветрами степи, когда ожидается большая война?

Но именно это происшествие и навело меня на мысль, что все в общем-то очень и очень неплохо. О грядущей войне срединные сэты почти ничего не знают, и, значит, можно проводить среди них разъяснительную работу.

На закате мы посетили местный сэтар, который, в отличие от тиглимского или даже вигларского, располагался в обычной деревянной хибаре размером метров десять на шесть. Кое-как разместившись там, мы с Сальгаром быстро и точно объяснили, во-первых, кто я такой и какого рожна вообще тут делаю, а во-вторых, расписали все ужасы, которые постигнут срединных сэтов, когда сюда придет Мангр. Впрочем, насчет последнего они уже и сами догадывались. Указ о замене стрельн не прошел мимо даже такой крошечной деревушки.

Закончилась наша просветительская работа полусотней стрелков, которые следующим утром были готовы отправиться в Тиглим и встать под знамена восточных. Не густо, но, как говорят, и не пусто.

– Сальгар, – начал я, когда мы вечером уселись у одного из разожженных костров, – вот таких мелких поселений тут должно быть много. На картах они не указаны, но представь – там полсотни, там сто, глядишь, и лишнюю тысячу наберем. А нам это не помешает.

Сальгар согласно кивнул, и утром мы отправили в Тиглим двух гонцов с таким предложением. Пусть те, у кого, может быть, есть родственники в таких вот деревеньках-крохах или кто просто знает об их местоположении, не поленятся да проедутся по ним. Вряд ли срединные откажутся встать на сторону восточных. Вон как у этих глаза ненавистью загорелись, когда я про Мангра говорить начал.