Наблюдатель - Валерий Большаков

На «веранде» никого не было видно, свет горел тускло, вода в бассейне мягко фосфоресцировала. Приглушенный голос донесся с круговой галереи, поднятой метра на три к куполу. Под нею, как под кольцевым навесом, прятались замысловатые тренажеры и старый добрый турник.

– Джек, следи за входом, – разнесся глухой, нервный голос.

– Приказ понял, – пробасили в ответ.

Вита, хватая за рукава Григу и Рича, забежала под галерею. Над ее головой прогудели тяжкие шаги.

– Джон, заводи.

Биоробот не ответил. Что-то скрипнуло, грюкнуло, и монотонный голос проговорил:

– Сообщение на борт «Сквигги-со» послано в экстренном импульсе.

– Ответ, ответ давай!

– Ответ не получен.

– Ну так сконнектись еще раз! Живее, балбес!

– Я не балбес, я биоробот серии Би-Эл-Би.

– Убью болвана! – прорычал Ющенко.

– Внимание! Получен ответ с борта «Сквигги-со». Зачитывать текст?

– Живо!

– «Финишировали. Ждем сигнала. Капитан».

– Сворачивай хозяйство.

Вита глянула на побледневшего Григу, перевела взгляд на серьезного Ричарда и шепнула:

– Будем брать! Я страхую снизу, вы – наверх!

– Есть! – козырнул Зикунов, даже не думая шутить. Перебежав по мягкому полу, глушащему шаги, парни взлетели по трапу, держа бластеры на изготовку.

Вита, вытащив свой бласт, выскочила на край бассейна.

– Руки вверх! – заорал Грига.

– Мордой в пол! – поддержал его Рич. Бабахнул выстрел. То ли Джек, то ли Джон, в общем, один из биороботов сделал громадный прыжок к вогнутой стене, оттолкнулся обеими ногами и закувыркался, стреляя в полете.

Бока хладнокровно выпустила импульс по нему и попала – промахнуться по такой объемистой цели было бы стыдно. Луч бластера прожег биороботу широчайшую грудину и перебил эндоскелет. Джон или Джек, не сумев сгруппироваться, рухнул в бассейн, подняв тучу брызг. Тут же рванули аккумуляторы – вверх ударил сноп синих искр, забил белый султан дыма.

– Стой! – закричал Рич. – Ы-ы!

Сидоровса, сложившегося вдвое от могучего удара биоробота, перенесло через хлипкие перила и сбросило на турник. Коротко вякнув, Рич обвис на перекладине, словно кипа мокрого белья, качнулся – и упал вниз. Мелькнула спина биоробота, Вита выстрелила, но не попала. Со всех ног бросившись к трапу, Бока махнула на галерею.

То, что она увидела, привело девушку в ужас. Вольдемар Ющенко валялся на полу, над ним склонялся Грига, а биоробот с оторванной ногой подползал к нему сзади, вытягивая перед собой руку. Кожа на ней лопнула, распалась, как кожура очищенного банана, а синеватые подкожные механизмы уже трансформировались в дезинтегратор.

– Грига! – завопила Вита, открывая огонь.

Первым импульсом перебило перила. Зикунов дернулся, теряя равновесие, и миллионовольтный разряд из дезинтегратора прогремел над его головой, заставляя волосы дыбиться. Вторым импульсом Бока перешибла биороботу его конечность, и та отпала вместе с «дезом».

Девушка опустила оружие, бурно дыша и унимая бешеный перестук сердца. Только теперь она расслышала тоненький прерывистый вой – это подвывал Ющенко, уползая и задирая жирный зад.

Вита подбежала и с размаху саданула изменника ногой.

– Встать! Руки за голову!

Постанывая и всхлипывая, Ющенко встал на карачки, поднялся на колени, цепляясь за стену дрожащими руками, и выпрямился, прижался боком к стене, боязливо задирая руки, словно чувствовал – бить будут.

– Не имеете… права! – прохрипел он, задыхаясь от бурления адреналина.

Вита уткнула ствол бласта под три подбородка, да с такой силой, что Ющенко стукнулся головой о переборку.

– Имею! – ледяным тоном отрезала девушка.

И тут по всей «веранде» разнесся трубный голос Ивана Лобова:

– Прекратить огонь!

– Всем бросить оружие! – добавился фальцет Николя Пиньона.

– Иван! – закричала Вита. – Шеф! Мы здесь! Секунду длилась тишина – и обрушилась топотом.

По трапу наверх выбрался Лобов, за ним поспешал Пиньон, была видна голова командира корабля, а потом через перила перепрыгнули крепкие молчаливые ребята в черных комбезах. На их мускулистых бедрах были закреплены кобуры, из которых торчали рукоятки бластеров.

– Двухпотоковые, – пробормотал Грига, подтягивая ногу, чтобы встать, – фузионные.

Ребята были деловиты и сосредоточены. Мигом скрутив Ющенко, они обернулись к руководству, напомнив Вите биороботов.

– В мой модуль, – жестко сказал Пиньон. – Андрэ, настрой ментоскоп, надо поковыряться у предателя в башке.

– Не имеете права! – взбеленился Ющенко. – Закон позволяет вести ментоскопирование только по решению Контроля Чести и Права!

– Ишь ты, – хмыкнул Лобов, – какой подкованный! Вита вышла вперед и объявила:

– Закон распространяется на граждан Земли и земной доминанты, но шпионы вне закона.

– Слыхал? – ухмыльнулся Лобов. – Так что, дружок, готовься. Устроим тебе принудительное ментоскопирование, самое что ни на есть глубокое!

– Хочу вас успокоить, Вольдемар, – ухмыльнулся Пиньон, – ордер на ментоскопирование выписан, так что торжества беззакония не будет.

Ющенко затравленно оглянулся.

– Не надо ментоскопов! Я все скажу и так! И я… я помогу вам, если мне будет гарантирована жизнь!

Лобов уперся ладонями в колени, так что его лицо оказалось напротив потной физиономии Ющенко.

– Выслушай то, что я тебе скажу, мразь, – раздельно проговорил Лобов. – Не воображай о своей персоне слишком много, ты нам не слишком-то и нужен теперь, нейтрализованный. Скрытое ментонаблюдение за тобой мы установили еще на базе, твои агенты на Земле схвачены и прилежно дают показания.

– Что мне грозит? – прошептал «Волдеморт».

– Ты недоучил кодекс? – комически изумился Пиньон. – Развею туман твоего незнания – за измену полагается ментальная деструкция, трансформация по классу «А»! Это будет так: тебя положат на столик, застеленный чистой простынкой, привяжут и начнут удалять твою память, всю – от последнего до первого страха в твоей жизни – именно в такой последовательности. Чувствуешь? Понимаешь? Твою личность, твое «Я», все то дерьмо, что носит имя Владимир Ющенко, сотрут, как помарку!

– А трансляция? – просипел бледный шпион.

– Трансляция сознания по такой статье не полагается. Тебя уничтожат навсегда, а пустой организм… не знаю, может, и сгодится кому.

– Я всё сделаю! – взвыл Ющенко. – Всё! Только оставьте мне хотя бы шанс! Пусть деструктор, пусть! Но чтобы и транслятор!