Вторжение в Ойкумену - Виктор Алексеевич Козырев

Поэтому Алурия спокойно вела боевые действия в Тамерии, потихоньку продвигаясь к Лакричному проливу. И султан турсманов, наконец, дрогнул. Его расчёт, что Алурия сокрушит мамлюков, а сама будет вынуждена уйти в Моэнию, оправдался лишь частично.

Мамлюки пали, однако и нейстрийцы оставались в Тамерии, поэтому султан скрепя сердце, дал разрешение Склавинскому флоту пройти через проливы, понимая, что это выйдет ему боком. Склавины, наладив путь в Эгалион, помогут эгалионским повстанцам, даже не задумываясь.

За всем этим наблюдали, правда, исключительно из газет, шестеро учеников шелта. И хотя не все согласились с Фалькштейном и Владом, что эта война станет крайне неудачной для Второго альянса, но такой дебют насторожил даже оптимистичного Роберта.

— Ничего себе! — только и воскликнул Роб, прочитав о победах генерала Кавелье. — А ведь он даже не маг! Что же будет…

Однако эту мысль ему не дала развить Лавита. Вообще, духи стихий были не слишком довольны, что ученики в свободное время больше заняты обсуждением политики и военных новостей, вместо магической практики. И только воздушная Лавита не ругала учеников за это, полагая, что если им придётся жить и воевать в Ойкумене, то надо живо интересоваться текущими событиями. Но и она была недовольна, если политика становилась темой урока.

— Сегодня мы перейдём от стихий к ещё одному важному разделу магии… Нет, нет. Стихиями вы будете заниматься под руководством Нахрин и Таханы, а я с вами займусь телекинетикой. Хотя Роберт уже освоил азы, но во-первых, основы следует освоить всем остальным, а во-вторых, ему надо будет изучить этот предмет поглубже.

Довольный Роб Замойский потёр руки. Он давно мечтал перемещаться свободно, а не по заданным точкам. Однако у Тони оказались вопросу к лектору не по теме.

— А где Канайя? — спросила она.

— Временно отсутствует, — вздохнула Лавита. — Но он будет иногда нас посещать, потому что некоторым разделам магии может научить только он.

Энергия и преобразование были коньком духа огненной стихии, в котором ему уступали даже его коллеги. Однако его отсутствие неожиданно встревожило Влада. Он подкинулся, собираясь задать вопрос Лавите, но она лёгким движением руки заставила его сесть и начала урок.

Первый час она посвятила теоретическим основам, для чего ей пришлось озадачить Роберта более серьёзным заданием — переместить маленький камушек на дно реки, которая протекала через рощу. Замойский ухмыльнувшись, сказал, что ему это на пять минут. Но провозился целый час, к тому моменту, как Лавита закончила основы лекции и, поручив ученикам несложное задание, объяснила, в чём его основная ошибка, и что он делает не так.

— Тебе надо не давить на одну стихию, а понять, что имеешь дело с тремя стихиями, — объяснила она ему. — Поэтому стихийная магия — основа основ и начало начал. Итак, какие именно стихии?

— Само перемещение — воздух, камень — это земля, а поместить надо под воду… Блин! Ну, конечно же! — хлопнул себя по лбу Роберт.

Через секунду камушек оказался на дне водоёма. А ещё через минуту Роберт извлёк оттуда старую корягу, которая мешала им всем купаться.

— Не перенапрягись, — сказала ему Лавита. — Ты же в спортивном зале начинал не со здоровой штанги, а с гантелей и гирь.

— Ага, — согласился с ней тяжело дышащий Роберт. — Сейчас отдохну и попробую снова.

— То же самое касается и вас, — повернулась к остальной пятёрке Лавите. — Владислав! Ты опять забегаешь вперёд. Зачем ты пытаешь пробросить этот листик в пространстве, когда я вам просто сказала пролевитировать его?

Так начался новый этап в их обучении, который на время оттенил политические разборки и войны. Только Владислав старался быть в курсе событий, которые начали развиваться весьма интересным образом. Кажется, этому могла бы удивиться и сама Алурия, да наверняка она пришла в бешенство, когда флот адмирала Алябьева обстрелял Филиппию и скрылся, прежде чем разъярённая принцесса смогла вернуться в город. Но остальные, сосредоточившись на новой школе, отмахивались от Владислава, который старался успеть и тут и там, а в итоге чуть не свалился с нервным истощением.

Посмотрев на всё это, Тахана начал ворчать, что неплохо было бы отправить их куда-нибудь с заданием, ибо из прошлого путешествия они вернулись, значительно подняв своё мастерство.

— На войну, — насмешливо фыркнула Нахрин.

— Почему? — удивился дух земли. — С Алурией воюют только на западе Моэнии, и в Ахдарике. Остальной мир весь как на ладони. Вот в Мадинате всё спокойно. Богатый, процветающий и мирный город. На сегодняшний день. Но! Сколько тайн хранят его стены, и вот в этом можно было бы покопаться.

— Нет, — решительно отрезала Лавита. — В Фавонии Ближней им нечего до конца обучения. Там слишком много чернокнижников, которым плевать на запреты. Иначе бы они таковыми не были. Но, можно попробовать куда-то поближе. Вот на севере…

И она резко оборвала свои рассуждения, вернувшись к стандартным урокам. Чему шестеро учеников только порадовались. И только единственный вопрос мучил из души: куда так надолго пропадает Канайя? Но духи стихий в основном отмалчивались.

Глава 23. Сражение при Лутулентии

Сам Канайя в это время находился в армии Склавинской империи, которая, пройдя область Прасинии, вступила в Эртурию и пока шла, не соприкасаясь с врагами, ни с нейстрийцами, ни с армией только что появившегося Латинского королевства.

В этом было ничего удивительного. Сейчас продолжалось время генеральных сражений, а малые стычки никто не считал, да и всем на них было наплевать.

Объединённые войска двух империй возглавил, как и договорились императоры Василий Александрович Ингваров. Сам он был недоволен таким положением, говоря, что предпочитает командовать Склавинской армией, а эрцгерцог Пауль, ну пусть где-то погуляет.

— Мало толку от цесарцев, — ворчал прославленный полководец, на совещании в штабе. — Напугала их эта девица, ох напугала. И кстати, где она сама?

— В Тамерии, — разъяснил низкорослый и полноватый фельдмаршал Мансуров, который был правой рукой Ингварова. — Там то ли она за альбийцами гоняется, то ли они за Алурией.

Сам Мансуров, не любил, когда его называли правой рукой великого полководца, потому что по иронии судьбы у него самого правая рука отсутствовала. Была потеряна, во время сражений с кочевниками орками, когда Склавинские войска пробивали сухопутный путь в Киммериду.

— Рисковая девка, рисковая, — хмыкнул Ингваров. — Вот я бы с ней сошёлся в бою. Посмотрел, чего она стоит. Впрочем, у нас и так неплохие противники подобрались. Кавелье, де Клермон, Борага. Глядишь, и барон д’Альстаф с юга подтянется.

— Обязательно подтянется, — согласился Мансуров, утирая пот с одутловатого лица. — После того как нейстрийцы захватили Мелиту, с