Замок Белого Волка - Андрей Белянин

– Этот гад следит за моей дочерью! – выпустив пар через нос, прорычал я. – Эд, забери фото. Седрик?

– Вы меня звали, сир?

– Да, блин! Звал, блин! Хватит отвечать вопросом на вопрос и займитесь уже делом!

– Блин? – на всякий случай переспросил он, но, посмотрев мне в глаза, больше дурацких вопросов не задавал.

– Что прикажете, сир?

– Сожги здесь всё! – Я обвёл руками так называемую лабораторию.

– Трупы сжечь не удастся, – осторожно вставил Эд. – Без смолы, масла или хотя бы вашей русской водки мёртвое тело не загорится.

– Главное – уничтожить всё здесь. Лишённый своих книг и знаний, на многое ли окажется способен этот мерзавец? Седрик, поджигай!

Старый воин быстро защёлкал кресалом, поймал искру на трут, раздул и сунул в огонёк первый же попавшийся манускрипт. Пламя взвилось зелёным весенним костерком, и к потолку пещеры взлетел первый злобный демон, матерящий нас на древнескандинавском.

– Поджигайте всё, Седрик, – воодушевлённо включился бывший бог. – Если в каждой книге заключён хотя бы один мелкий бес, то их соединённая энергия рванёт неслабо!

– С каких пор вы отдаёте мне приказы?

– Седрик! – рявкнул я. – Не заводи. Только вот меж собой полаяться нам сейчас и не хватало. Жги тут всё к едрёне-фене!

– Сир?!

– Прошу прощения, это наше семейное древнеязыческое проклятие, – кое-как выкрутился я. – Продолжай, пожалуйста, не отвлекайся. Эд, кстати, почему бы тебе не помочь нашему седобровому другу?

– С огромнейшим удовольствием!

Вот, думаю, с нездорового энтузиазма бывшего бога всё и началось…

– Гореть тебе в аду, дья… – Больше он ничего не успел выговорить, вздымая над головой толстенный фолиант, перекрученный стальными цепями.

Боевой клич моей жены пропал всуе, а магическая книга, брошенная в костёр полыхающих манускриптов, как-то так напряглась, я бы сказал, напружинила мышцы, звенья цепи зримо задрожали, и если бы я за шиворот не потащил их обоих из пещеры…

Взрыв грянул, как всегда, неожиданно! Холодное пламя ударило в спину, и тысячи высвобожденных душ на эйфории вынесли нас наружу, швырнув под ноги изумлённых коней.

– Делаем ноги? – выплюнув снег, предложил Седрик.

– Это ты у моей Хельги нахватался? – вытаскивая за ногу из сугроба дебильно хохочущего северного героя, спросил я.

Седрик, в свою очередь, насупился на меня, не забыв уточнить:

– Неужели миледи Хельга могла научить меня чему-то плохому, сир?

– О да, в этом плане ей равных нет! – Я вспомнил Метью с плеером.

– Современные дети вообще творят что хотят, – подтвердил Эд, пробкой вылетая из сугроба. – Вот в прошлом месяце встаю ночью в туалет и вижу Хельгу у холодильника. Она тащит оттуда половину торта и говорит, что раз днём нельзя, то ночью сам бог велел. А я ничего такого ей не велел!

Окончание этой психологической драмы мы слушали, уже пустившись в галоп от всё ещё грохочущей пещеры. Снег разлетался из-под копыт клубами серебряной пыли. Взрыв в магической лаборатории Некроманта немного улучшил наше настроение после увиденного. Трупы, конечно, вряд ли так уж серьёзно пострадают, по крайней мере, далеко не все, но оживить их, превратив в мертвяков, будет уже очень непросто.

Огонь вообще лучшее средство для подобных паукообразных местечек. Вам достаточно только поджечь какую-нибудь алхимическую лабораторию, а уж рванёт в ней хоть что-нибудь – это стопроцентно, поверьте! Ну а если есть возможность поставить тикающую бомбу, бикфордов шнур с динамитом или просто бросить гранату, тогда…

Вот, помнится, года три назад мне удалось таким образом смести с лица земли целый замок. Тамошний колдун-некрофил храпел так, что у нас в Кости было совершенно невозможно спать. Пришлось делать вылазку.

– А что, причина для начала войны вполне себе средневековая, – буркнул я, невольно прислушиваясь к невнятному шуму, более всего похожему на…

– Кто храпит?

Седрик и Эд изумлённо повернулись ко мне, их кони промолчали.

– Но кто-то же храпит, я слышу!

– Я бы вернулся к этой теме позже, – тихо толкнул меня мордой в колено чёрный конь. – Похоже, за нами погоня.

– В слезах парнишка, ему соврала я немножко… Тьфу! Вот втемяшится же такая дебильная хрень в голову! Сдала подружка, должно быть, ей сейчас так стыдно! – взревел я, в сердцах вновь пуская Центуриона в галоп, а за нашей спиной уже нарастала высокая белая стена, словно разгневанная и неумолимая лавина.

Либо Некромант вернулся и чем-то там недоволен, либо это последствия наших шалостей со взрывоопасными фолиантами в его лаборатории. Наверное, сейчас это не очень важно, выяснить причину в конструктивном диспуте мы всё равно бы не успели. Ребекка и молчаливый конь Седрика тоже неслись изо всех сил, едва ли не распластавшись над снежной равниной, а вслед нам неслась грохочущая снежная буря! В последний момент, обернувшись и пропуская своих вперёд, мне даже показалось, что снежная стена принимает очертания какого-то лица, быть может даже знакомого. Но медлить было нельзя: Эд закрывал проход, словно бы застёгивая молнию на сумке – Грани сомкнулись за моей спиной, едва не прищемив длинный хвост Центуриона. Мы вылетели из прохода, словно три перепуганные курицы. В смысле шесть куриц, если считать лошадей.

Закордонье осталось позади, Некромант не сумел вырваться следом. Мы живы. Мелочь, а приятно…

– Хр-р… ам-ням, упс… – неожиданно раздалось из кожаного подсумка, притороченного к седлу сзади. – Мы чё, уже приехали?

– Десигуаль?! – вздрогнул я.

– А чё? Я что-то важное проспал? – Белый цверг по плечи высунулся из сумки и широко, от всей души, зевнул.

– Сир, я могу спросить, на кой хр… мы его обратно притащили? – одним безмолвным взглядом поинтересовался Седрик, и бледный дядя Эдик поддержал его старательным вскидыванием бровей.

Я спрыгнул с седла, за чёлку развернул к себе отворачивающуюся морду Центуриона и уставился ему прямо в глаза.

– Это всё Ребекка, – даже не пытаясь строить из себя белорусского партизана, мигом сдал подругу чёрный конь. – Она сказала, что на снегу бедняжка простудится, цапнула зубами за воротник и сунула в твою сумку.

– А раньше сказать?

– А когда?! Мы же сразу поскакали!

– Резонно, – вынужденно признал я, испытывая величайшее искушение просто задушить непонимающе улыбающегося карлика.

Ну вот на фига нам этот счастливый геморрой в замке, что с ним делать? Вопрос без ответа. Убить негодяя мы могли только в порядке самозащиты или в наказание за что-нибудь эдакое, а в качестве превентивной меры, увы, нет. Меня не поняли бы мои же люди. Значит, волей-неволей, а придётся тащить недомерка обратно в тюрьму, сажать на ту же цепь да ещё и кормить. Может, продать его кому, а? Рынок антиквариата вроде бы не перенасыщен белыми цвергами. Тьфу ты!