Далила-WEB - Борис Георгиев

— Ладно, займусь для разминки делами попроще, — бодро сказал я шарику, содержавшему симульчип бедняги Кэтчера. Настоящего Кэтчера, а не того, который сбежал, бросив контору на произвол судьбы.

— Для начала нам с тобой нужно научиться подглядывать, — говорил я ему, ковыряя Сеть в поисках инфы о том, как организовано наблюдение в Верхнем Городе. Хозяин юридической лавочки был человеком сверхпредусмотрительным, а может быть, мне так казалось просто потому, что я шёл по его стопам. Поисковик его терминала — мечта хакера: удобный, и все кишки наружу. Я мигом довесил к нему всё, чего не хватало для счастья, запустил серию ботов в Сеть, целясь в сервер мэрии, потёр следы и, чтоб не терять времени даром, стал листать пособие по управлению инсектоботами. Перекрытия в Верхнем нет, нубейшему нубу понятно, что наблюдение там ведётся главным образом с воздуха. С инсектоботов и беспилотников, стало быть, с чего ж ещё?

— Беспилотники мы с тобой пока трогать не будем, чтоб не привлекать внимания общественности, а вот инсектоботы… Мда-а, никогда бы не подумал, что их там столько!

Не в численности даже было дело. Перехватить управление одного из них ничего не стоило, но и толку от этого не очень много. Инсектоботы, оказывается, мощная штука, если управлять всем роем. Но как? Ведь это же надо быть сто тысяч терабайт во лбу, и рук иметь не пару, а сто тысяч пар! О глазах и речи нет. Хуже всего, что эти насекомые используются в системе ретрансляции Верхнего.

— Ладно, мы с тобой начнём с малого, — решил я, выбрал первого попавшегося шмеля и перехватил управление, сымитировав сбой системы ориентации. Убедившись, что рой не заметил потери одного крылатого бойца, переназначил инфопоток инсекта на свой терминал и глянул на город с километровой высоты единственным шмелиным глазом.

— Искажает сильно, — проворчал я, рассматривая растянутые, изогнутые небоскрёбы и пятно зелени в самом центре огромной вогнутой чаши — городской парк. Пришлось опять в мануал, искать, чем помочь делу. Не знаю, каким мир представляется шмелю, сам я привык к тому, чтобы прямые линии были прямыми, потому включил автокоррекцию.

— Вот так-то лучше, теперь и полетать можно. Лифт бы найти, куда я отправил Нику. Этот? Да, он самый. Между западным и северо-западным входами в парк. Только бы Ника лифт не перепутала, — сказал я и обрушил шмеля в пике с таким расчётом, чтоб попасть прямиком к надстройке лифтовой шахты, похожей с такой высоты на гриб с чёрной шляпкой и серой ножкой.

— Ветерок сегодня. Сносит, — мне приходилось всё время корректировать курс. Никогда не любил флайт-симуляторы, нудная штука. Если с одним инсектом столько возни, как управлять всем облаком?

— Авось не понадобится. Обойдусь одним насекомым. Как бы вниз спуститься?

Я кружил над чёрной круглой крышей, примериваясь. Люк пожарной лестницы закрыт. Выход на крышу, вентиляционные каналы, антенны. В двери ни щёлочки, мышь не пролезет. Я понимаю, о чём вы подумали, но мне эта мысль не сразу пришла в голову.

— Не тупи, Нетребко, — сказал я себе. — Ты же теперь меньше мыши.

Сказал так и направился к трубе вентиляции. Она разрослась до размеров небоскрёба, заняла весь экран. Поднявшись до её щербатого верха, я проскользнул под круглой крышей этого сооружения, повисел неподвижно, чтобы оптика привыкла к полумраку, и резко пошёл на снижение, борясь с могучим встречным потоком воздуха. Скоро труба кончилась, я увидел колодец и на дне его крышу лифтовой кабины. «Знать бы ещё, как наружу выбраться», — думал я, падая, и внезапно припомнил чертёж лифтовой шахты. Ниже должен быть люк. В нём просечки отдушины. «Но откуда я это узнал? Откуда чертёж? Вот она, отдушина». Я вырвался наружу, на пару секунд ослеп от яркого света, потом зрение пришло в норму, и передо мною открылась панорама Нижнего Города. Вид сверху. У подножия колонны белая песчинка. Зум! Мне показалось, я обрушился вниз. Песчинка выросла, я узнал кепку Ники и её теннисную куртку. Милая моя держала руку на дактилосканере какого-то торгового автомата. «Что это ей взбрело в голову? Я же говорил, времени мало!» — занервничал я и в ту самую секунду, когда подумал о времени, понял: «Это визомат. Она должна получить визу в Верхний. Я забыл отправить ей деньги! Мои вопросы как-то попадают в Сеть, и на них приходят ответы. Я подключён к Сети. Как?!»

— Без паники, Нетребко! — сказал я себе. — Шмель пусть пока повисит, а мы с тобой слетаем в банк.

Пока открывал в отдельном окне хорошо знакомый мне е-банкер Кэтчера, убедился, что Сеть отвечает на мои запросы — данные о состоянии счёта пришли мне в голову раньше, чем открылось окно. Я выстучал на клавиатуре пароль, параллельно припоминая мои уличные видения, убедился — данные, полученные прямо в мозг, соответствуют действительности. Платёж отправил на полном автомате и стал прислушиваться к ощущениям. Не было печали! Оказывается, мне теперь не нужен терминал, чтобы отслеживать платеж. Я снова чуял Сеть без всякого дримодема.

Я здорово испугался. Кто угодно испугается, узнав, что Сеть лезет к нему в мозг без спросу, и остановить это нельзя. От страха чувство Сети только обострилось. Я почуял опасность, попытался осознать и понял — мне самому пока ничего не грозит. Ника!

Я резко бросил шмеля вниз. Ника всё ещё у визомата, ладонь на пальпаторе. Откуда опасность? Какой-то тип у турникета. В форме. Лифтёр? Нет. Лифтёров убрали отсюда шесть лет назад, подсказала Сеть. Пропускной пункт автоматизирован. «Кто же ты такой?» — прикидывал я, снижаясь и заходя в разворот, чтобы видеть лицо этого человека. Лицо. Крупно. Кто он? Ионов Семён Петрович. Родителей его к чёрту, где учился, кем работал, — какая разница? Теперь-то без определённых занятий. Что он тут делает? Дважды судим. В первый раз — браконьерство. Отделался исправительными работами. Второй раз — поставщик симуличностей. Грозила высылка, но как-то вывернулся. Присудили условную. Кто-то ему помог. Ладно, это тоже к чёрту, не моё дело. Что на нём висит сейчас? Ничего. Купил визу в Верхний три месяца назад, с тех пор в Нижний не возвращался. Без определённых занятий, доходов нет, но деньги водятся: номер в гостинице, машина, ресторанные счета, даже какие-то покупки в магазине раритетов. Стоп!

Я заинтересовался его покупками, припомнил, что там у него в чеке, и убедился — чутьё не подвело. Этот тип сразу после приезда в Верхний Город купил в магазине дорогого старья полный мундир лифтёра.

— Так ты обыкновенный вымогатель!

Я облетел по широкой дуге с таким расчётом, чтобы господин Ионов оставался в поле зрения камеры, и повис в нескольких сантиметрах от лифта. Ника уже стояла у перегородки, мне хотелось слышать, о чём они с Семёном Петровичем говорят. «Документы», — нудил лифтёр. «Пожалуйста», — Ника ему. Глупышка! Отдала паспорт. Чего она рожу скорчила? «Так больше похожа?» — Ника ёрничала, но голос дрожал. Спокойнее, милая, этот жулик мигом заметит слабину! Так и есть. «Оскорбление представителя власти при исполнении служебных обязанностей, правонарушение, предусматривающее административное наказание. На первый раз я ограничусь устным предупреждением, но за это же деяние, совершённое повторно, вас могут депортировать».