Стрельба по тарелкам - Олег Дивов

Давным-давно, еще при Сталине, когда в стране порядок был, товарищ Сталин взял да помер. Обещал ведь, пора и честь знать.

Члены Политбюро сразу сообразили, чего делать – разбежались по рабочим местам и давай анонимки писать, что другие члены Политбюро – английские шпионы. Маленков строчит донос на Хрущева, Хрущев на Маленкова… Один Каганович, неграмотный, бегает по кабинетам и просит ему донос на Берию написать, а сотрудники ноль внимания, ведь даже уборщицы и курьеры друг на друга анонимки сочиняют. Полный паралич власти в стране, настолько все заняты. Каганович с горя попытался дедушку Калинина разбудить, но где там.

Молотов, самый грамотный, уже на всех доносы накатал и теперь пишет некролог товарищу Сталину, прикидывает, как лучше начать: «Сдох, собака» или «Великая утрата постигла страну».

Берия тоже мигом сообразил, чего делать – вытащил из стола целый ворох анонимок на все Политбюро… Да так и замер в тихом ужасе. Нести-то доносы больше некому, помер Хозяин. А если нет Хозяина, значит, как мудро предсказывал сам покойный, тебе, Лаврентий, – жопа!

Тем временем маршал Жуков, человек военный, ничего не соображал. Он по сторонам огляделся, а дома одна тупая японская сабля, двадцать прогрызенных молью немецких аккордеонов да ржавый наган с зеленой от старости табличкой. На табличке надпись шрифтом царских времен: «Поручику Жукову за доблесть». Разозлился красный маршал и думает: ну я вам сейчас! Забыли меня, забросили? Ничего, вспомните, каков таков Жуков.

Хвать наган, созывает генералов и говорит:

– Пошли Берию кончать. Пока он нас не кончил.

Генералы мнутся, неудобно им, у каждого ведь в кармане донос, что Жуков – английский шпион, живодер и еще мародер, двадцать аккордеонов из Германии привез.

Жуков им:

– Чего мнетесь, ребята? Не слыхали, сам Хозяин обещал Берии, мол, как помру – жопа тебе, Лаврентий? Да вы что, исторический факт! Сейчас Поскребышеву звякну, он подтвердит, при нем это было.

Набирает левой рукой номер – в правой наган, – зовет Поскребышева. А нету того на работе, в тюрьме сидит по доносу Берии, будто плевал товарищу Сталину в чай, сдал Хозяин своего верного секретаря.

– Ничего, ничего, авось Власик скажет, он тоже вроде рядом околачивался.

Звонит Власику, а и того нет на рабочем месте, в тюрьме сидит по доносу Берии, будто сморкался товарищу Сталину в щи, сдал Хозяин своего верного телохранителя.

Жуков аж побагровел от злости. Думает, позвонить, что ли, академику Капице? Хотя бы этот еще на свободе, а ведь именно он про жопу-то проболтался, есть в мире справедливость.

Но тут генералы очухались, прикинули, что раз Власик с Поскребышевым к телефону не подходят, значит, не сегодня-завтра и их самих под белы рученьки из теплых кабинетов выведут. И говорят хором:

– Командуй, Георгий Константиныч.

– Водки!!! – командует маршал.

Прибегает денщик, приносит ящик. Стаканов нету у маршала, откуда они у русского офицера, да и зачем, так что хлопнули все из горла. Потом кто рукавом занюхал по привычке старого большевика, а кто похитрее, тот украдкой доносом закусил, не впервой.

Вытащили пистолеты да револьверы, у всех трофейные, в золоте и перламутре, – готовы идти Берию кончать. Но тут один генерал, покореженный, как смертный грех, нос переломан, глаза нету, вдруг говорит:

– Непорядок. Понятых надо! Гражданских парочку. А то, если кончим Берию без понятых, советский народ может сделать ошибочные выводы!

Этот генерал полвойны был под следствием и крепко в юридических вопросах поднаторел. Взяли его как хазарского шпиона. Почему и выпустили, два года искали на карте хазарский каганат, не нашли и догадались: кто-то пошутил. Генерал вышел, сразу шутнику яйца отстрелил. Понес за это суровое наказание: вместо обычной дивизии принял штрафную. А ему хоть штрафную, хоть какую, ты отсиди пару лет хазарским шпионом, сам оценишь.

Остальные генералы кивают: дело говорит боевой товарищ, мы согласные, из нас ведь каждый второй под следствием побывал.

– Достанем понятых, – Жуков кивает. – Сейчас в Кремль заскочим, там их сколько хошь.

Заворачивают в Кремль, охрану напугали до икоты, бегают по коридорам, ищут понятых. А пусто, хоть шаром покати. Все члены Политбюро, понаписавши анонимок, тоже, как Берия, вдруг осознали: некому больше жаловаться, помер великий вождь, нету в стране Хозяина. Ну и попрятались от удивления кто под стол, кто за штору. Один дедушка Калинин сладко дрыхнет на диванчике. Жуков его пинал-пинал, никакого результата.