Нелегал - Владимир Пекальчук

Практически сразу Тирр оказался перед новой проблемой: Николай Михайлович – ох и зубодробительные же имена у этих людей! – обращался к нему во множественном числе, а Илья – почему-то в единственном. Однако он выкрутился, решив отзеркаливать обращение, и убедился, что поступил правильно: Сергей делал точно так же, обращаясь на «ты» только к своим ровесникам. Его статус здесь, по идее, такой же, как у Тирра: спутник дочери дома и гость. Посему маг решил повторять и его манеру общения, и действия за столом.

А стол оказался весьма и весьма хорош: похлебка с пряным запахом, вино, множество салатов и закусок, а также несколько блюд, намазанных или уложенных на тонкие кусочки хлеба.

– Пробуйте пальчики, – радушно предложила ему мать Марго, Светлана Васильевна.

Тирр отчаянно попытался сохранить неподвижное лицо, но, видимо, легкий перекос все же произошел, так как Марго сразу же вмешалась:

– Это название такое. Крученики по-другому. Только вынимай спичку перед тем как есть.

Тут появилась кухарка с крупной фаршированной рыбой на блюде, и маг получил небольшую отсрочку перед тем, как на него посыплются вопросы. Лишь бы Марго не дремала.

Вопреки ожиданию, ничего не посыпалось, хотя Тирр отметил повышенный интерес к своей персоне со стороны родителей Марго, ее брата и сестры. Мать матери, хрупкую старушку, больше заботило, хорошо ли кухарка приготовила блюда, подруга Ильи болтала о непонятных вещах с Лилей, сестрой Марго. Лиля, правда, поглядывает на мага несколько неодобрительно: видимо, знает об инциденте и задета тем, что ее собственный избранник был окунут в лужу избранником сестры. Соперничество между сестрами и людям не чуждо. Сам же Сергей делает вид, что вообще не замечает Тирра. Минус одна проблема, по крайней мере в данный момент.

Желудок, уместив в себя порцию горячей, непривычной на вкус, но вполне съедобной похлебки, в которой плавали белые кубики неправильной формы, оранжевые кружочки, какое-то белесое зерно и кусочки мяса, приятно отяжелел. С того момента, как маг очутился в этом мире, он питался чем попало, и жидкая пища оказалась очень приятным разнообразием. Надо будет научиться готовить похлебку самому, так как собственные слуги ему пока что, скорее всего, не светят.

Поглощая различные деликатесы, маг внимательно прислушивался к разговору отца семейства, пытаясь выловить крупицы полезной для себя информации, но Николай Михайлович говорил о чем угодно, кроме своих служебных и научных дел, и Тирр силился понять, то ли он не желает обсуждать серьезные вопросы в присутствии чужих, что весьма вероятно, то ли у людей вообще такое странное обыкновение: во время трапезы молоть языками впустую.

Примерно через четверть часа хозяин дома отлучился из-за стола со словами:

– Итак, сейчас будет гвоздь программы. Минут через десять.

– Гвоздь чего? – одними губами спросил Тирр у Марго и тут же спохватился, что он ведь иностранец, и тонкостей языка ему позволительно не знать.

– Это выражение такое, – пояснила девушка, – в данном случае подразумевается главное блюдо.

– Ясно, – кивнул он.

– А ты неплохо по-русски гутаришь, – заметил Илья, повернув лицо к магу, – давно язык выучил?

– Месяц назад не знал ни слова по-русски, – ответил Тирр.

– А говоришь почти без акцента. Даже не верится.

– Произнеси быстро любую бессмысленную околесицу, – предложил маг.

Илья на секунду задумался, потом выдал скороговоркой:

– Явольбильйонфагготканальягеррмайорпятьсотсемьсотстопятьшестьсот!

– Явольбильйонфагготканальягеррмайорпятьсотсемьсотстопятьшестьсот, – повторил маг, скопировав при этом интонацию собеседника.

– Да уж, слуховая память хоть куда, – одобрил Илья, – я вот даже сам не запомнил, что сказал.

Краем глаза Тирр заметил хитрую ухмылку на лице Сергея и понял, что стоит ожидать пакости. Так и вышло.

– Давай я попробую, – предложил тот и выпалил: – Надворетраванатраведрова!

– Надворетраванатраведрова, – повторил маг, подумав, что читал заклинания и посложнее.

Недруг скорчил кислую мину и попытался уравнять счет:

– Ты ведь знал эту скороговорку, не так ли?

– Первый раз услышал, – ровно ответил Тирр.

– Честно-пречестно? – Коварная ухмылка Сергея стала еще шире. – Видишь ли, ученые доказали, что при произношении подобных скороговорок запинки возникают даже не из-за нетренированности голосовых связок, а из-за специфики строения человеческого мозга. Эту скороговорку нельзя произнести правильно с первого раза, и это доказывает, что ты знал ее раньше.

– Это доказывает лишь то, что мой мозг совершеннее твоего, – холодно парировал маг.

– Ну ладно, один-ноль в твою пользу, – неохотно, с наигранной улыбкой сказал тот.

– Нет, это уже два-ноль, – лучезарно улыбнулся Тирр и по выражению лица оппонента понял, что выпад достиг цели. Так ему и надо, пусть знает, что связываться с величайшим магом двух миров – даже только на словах – себе дороже выйдет.

– Серега, тут дело такое, ловить монаха на скороговорках идея дохлая, – хмыкнул Илья, – я не знаю, какая в точности учебная программа в нынешних монастырях, но медитации, пение мантр, занятия боевыми искусствами, всяческие хитрые штучки вроде бросания иглы и прочие применения внутренней энергии, ну там самоисцеление или крошения кирпичей кулаком… В общем, все это нехило развивает не только контроль над телом, но и контроль над разумом. Я прав, Теодор?

Маг бросил быстрый взгляд на Марго, опасаясь, что ему могут снова подбросить пакостный вопрос вроде России и Румынии, и та едва заметно кивнула.

– В значительной степени да, – ответил он, – с некоторыми оговорками. Иглу бросать меня не учили, и я не монах. Так уж просто вышло, что я жил в монастыре и учился вместе со всеми. А иглу бросать – это как?

– Передача когда-то была о восточных хитрых умениях. Там один китаец бросал обычную швейную иглу так, что она пробивала стекло. А другой, учитель какой-то гимнастики, ходил по натянутым над землей бумажным рамкам, которые в принципе не могли выдержать его вес. На фоне этого хождение по битому стеклу воспринимается уже как сущий пустяк.

В этот момент величайшего мага кто-то пнул под столом в ногу. Оказалось, таким образом Марго привлекла к себе его внимание, чтобы незаметно скорчить недовольную мину. Вот и поди пойми, что ей не понравилось. Напротив, она должна была бы радоваться, что ее избранник так изящно поставил на место избранника сестры. Надо будет разобраться, какие у Марго взаимоотношения с сестрой, а пока… пока придется вести себя поскромнее, раз демонстрация интеллекта вызывает неодобрительную реакцию.

Неловкое молчание нарушил новый посетитель: упитанный, чем-то напоминающий мохнатый белый шарик с вертикально вверх поднятым хвостом, кот прибежал в столовую и остановился, глядя на людей большими желтыми глазами.