Найти и обезглавить! Том 1 - Роман Глушков

В коридорах замка царило смятение. Даже на лицах пробегавших мимо нас, матерых кондотьеров была написана нешуточная тревога. Да и как им было не волноваться? Еще вечером их крепость считалась неприступной, а с приходом ночи ее оборона пала, и вторжение врага в сам банк стало лишь вопросом времени. Которое, судя по шуму близкого сражения, грозило истечь еще до полуночи.

Мы тоже спешили. И потому в суете никто не обращал на нас внимания, пусть даже наши лица были здесь незнакомы. Велел мне бежать первым, сам ван Бьер двигался за мной и покрикивал – притворялся слугой, что сопровождает в убежище ребенка. Где оно находилось, мы не знали, но, видимо, тоже где-то в подвалах. Хотя, по моему мнению, защитникам было пора уводить женщин и детей по подземному ходу. Тому, который привел нас к Штейрхоффу. И который должен был помочь нам унести отсюда ноги.

Я не знал, как мы снова туда проникнем. Да и кригариец, подозреваю, тоже. Но он, в отличие от меня, имел опыт выныривания из подобного дерьма и мог, если что, сориентироваться на месте. Поэтому я не задавал ему лишних вопросов, целиком полагаясь на его силы и смекалку, чем сам покамест не обзавелся.

Мы были в курсе, где искать хранилища. Когда нас вели на встречу с хозяином, мы прошли мимо подземного коридора, где они располагались. Вход в коридор перегораживали несколько рядов массивных решеток, запертых на навесные вейсарские замки. Несмотря на то, что в осажденной цитадели были перекрыты все входы и выходы, хранилище все равно охраняли двое кондотьеров. Причем ключи от решеток наверняка были не у них, а у самого Штейрхоффа или его доверенных людей. Что, впрочем, Баррелия не беспокоило, ведь он, по его словам, знал слабые места этих запорных устройств. А про слабые места стражников и говорить не приходилось. Кригариец не был бы кригарийцем, сомневайся он в том, что сможет одолеть в одиночку двух противников, пусть даже опытных.

Однако преподать мне урок взлома замков и новый урок мордобоя ван Бьеру не довелось. Потому что когда мы добрались до нужных решеток, все они были открыты, а их стражей след простыл.

– Наверное, кондотьеров отозвали на передний край обороны, где теперь каждый боец на счету, – рассудил Пивной Бочонок. – Но решетки открыли явно не они, а Псина. Что ж, надеюсь, хитрозадая тварь еще здесь. И что она на нас набросится, потому что у меня охоты выслушивать ее оправдания.

И Баррелий, обнажив меч, вошел в некогда запретный проход.

На первый взгляд, святая святых банка напоминала обычную тюрьму. Коридор с решетками вывел нас в другой коридор, более длинный и уходящий во мрак. По обе его стороны располагались одинаковые двери, чьи ряды казались в свете факела просто бесконечными. Все они походили на двери тюремных камер, разве что были тщательнее укреплены и в них отсутствовали окошки. Вместо окошек здесь имелись углубления примерно одинаковой величины, но разной формы. Некоторые из них напоминали очертаниями украденный у меня ключ. И я догадался, что это были те самые гнезда, куда вставлялись ключи от хранилищ.

На каждой двери висела табличка с порядковым номером. Видимо, для того, чтобы осложнить задачу ворам, которые могли проникнуть сюда, охотясь за богатством определенного клиента банка. Я понятия не имел, какой номер соответствует фамилии Гилбертов и потому слегка запаниковал. Ведь если Вездесущая снова закроет дверь на ключ, мы можем пройти мимо и уже никогда ее не найти.

– Э, нет! Так она не поступит, – утешил меня ван Бьер, услыхав мои опасения. – Псина тоже стремится удрать отсюда как можно быстрее. Так что она не станет запираться от нас в этом подвале. Если она все еще здесь, то сама выбежит нам навстречу и предложит помириться, чтобы спасаться вместе. Если ее здесь нет, то она нарочно оставила дверь открытой, дабы задержать нас в хранилище и отыграть себе фору… А вот, похоже, и оно! Да, верно – вон та дверь по левую сторону коридора приоткрыта!