Боевые псы Одиума - Роман Глушков

– Держитесь – взлетаю! – предупредил Макдугал, после чего завершил всю подготовительную работу с приборной панелью и взялся за рычаги управления.

«Скайраннер» оторвался от площадки как раз в тот момент, когда на ней появились первые штурмовики. Пятеро рослых бойцов перемахнули через ограждение и быстро рассредоточились вдоль парапета. Грузный доктор сразу же потрусил к ним, что-то крича, жестикулируя и показывая то на улетающий геликоптер, то на бесчувственного Данна. Двое штурмовиков кинулись к пострадавшему, а остальные, опустив оружие, провожали взглядами упущенную цель…

Предупреждение насчет воздушной болтанки оказалось не лишним. Еще не сев в «Скайраннер», Бунтарь начал готовиться к грядущему наплыву новых ощущений. Однако проку от психологической подготовки все равно было мало, поскольку в тот момент превенторы еще не подозревали, что им придется пережить.

Очутившись в воздухе, на большой высоте от земли, в легком, неустойчивом геликоптере, Бунтарь сразу же решил, что пропущенный сегодня ужин – это скорее благо, чем досадная неприятность. Будь желудки превенторов полны, все съеденное ими в этот вечер выплеснулось бы на пол кабины при первом же заложенном Брайаном вираже. А так беглецы страдали лишь от тошноты и головокружения, которые, впрочем, довольно скоро прекратились. Очевидно, в прошлой жизни бывшим солдатам доводилось летать на геликоптерах, и позабытые навыки хоть и с запозданием, но все же всплыли из подсознания.

Полет на «Скайраннере» по ночному городу завораживал. Верхушки небоскребов, между которыми маневрировал Макдугал, казались в темноте светящимися скалами, а подсвеченный городскими огнями туман – мутным морем, чьи волны двигались так медленно, что это было попросту незаметно. Бунтарь уже сбился со счету, сколько ликов явил ему город, однако чуял, что и это его лицо – далеко не последнее. Сколько же их всего существовует в действительности? Вряд ли даже Макдугал и Холт знали точный ответ на данный вопрос.

– Куда летим? – с опаской поинтересовался Брайан, едва сверкающий огнями Фридмэн-тауэр остался позади (темные окна пентхауза резко контрастировали на фоне ярко освещенных нижних этажей, отчего небоскреб напомнил Бунтарю гигантскую спичку с обгорелой головкой). – Прошу, ребята, решайте поскорее – не могу же я болтаться в воздухе и ждать, пока вы определитесь с курсом.

– Сколько у тебя горючего? – полюбопытствовал Бунтарь.

– Горючего много, но когда нас настигнет аэрополиция, нам в любом случае придется сесть, – пояснил Макдугал. – После Новой Гражданской войны у нас с захваченным воздушным транспортом долго не церемонятся, особенно в черте города. Догонят, воткнут в бок несколько электроклещей-блокираторов, пустят в кабину парализующий газ, выжгут половину навигационной системы, и автопилот сам посадит нас на ближайшую стоянку. А уже там копы начнут разбираться, что делать с вами и с нами… Так куда прикажете лететь?

– В гетто Последних конфедератов! – уверенно заявил Бунтарь. – И как можно скорее!

– Да вы рехнулись! – встрепенулся Холт, хранивший до сей поры гордое молчание. Невидимка тут же попыталась приструнить его легким уколом меча, но Мэтью был настолько взбудоражен услышанным, что даже не почувствовал боли. – Какое, к чертовой матери, гетто? Откуда вам вообще про него известно? Вы что, узнали о нем из Эй-Нета?

– Я сказал: в гетто Последних конфедератов! – повторил Бунтарь, не намереваясь разговаривать с заложником, а тем более сообщать Мэтью, что его догадка верна лишь отчасти. О вышеупомянутом гетто превенторы впервые услышали от патера Ричарда – ведь именно там находится его церковь Приюта Изгнанников. А прочие подробности об этом городском районе и впрямь удалось выведать уже из Эй-Нета.

– Знаете, ребята, уж лучше бы вы попросили меня сесть на крышу городской тюрьмы! – Брайан тоже не пришел в восторг от выбранного похитителями курса. – Мистер Холт прав: лететь в гетто Последних конфедератов – чистой воды безумие. Уверяю, это не то место, где вам будут рады.

– А что, в городе есть такие замечательные места? – огрызнулся превентор.

Вместо ответа в наушниках послышалось лишь невнятное бормотание – видимо, Брайан хотел что-то сказать, но не смог подобрать нужных слов.

– Значит, летим в гетто! – отрезал Бунтарь и, дабы пресечь дальнейшие пререкания, добавил: – А откажешься, я и сам могу занять твое место. После того как высажу тебя где-нибудь над озером.

– Без меня ты не сумеешь посадить «Скайраннер», – дрогнувшим голосом заметил Брайан. – Это тебе не автомобиль в гараж загонять. Автопилот затребует от тебя ручной корректировки посадочных параметров. Какие вводные ты ему задашь?

– Какие-нибудь, да задам, – отмахнулся Бунтарь. – А не получится мягкой посадки, так что с того? Друзьям мистера Холта меньше хлопот будет… Вперед, тебе сказано!

Макдугал совершил протяжный горестный вздох, пожал плечами, буркнул: «Ваше право» и развернул геликоптер на новый курс.

От прежней невозмутимости Мэтью Холта не осталось и следа. Он закряхтел, заерзал и взялся нервно притопывать ногой так, словно похитители пообещали вышвырнуть за борт не Макдугала, а его. Бунтарь же отметил, что их с Невидимкой долгая прогулка по Эй-Нету не прошла впустую, пусть даже в конечном итоге она и навела на беглецов вражеских ищеек. Теперь превенторы понимали, что именно заставляло беспокоиться военно-промышленного магната, и собирались обратить страх Мэтью себе на пользу. Только бы дотянуть до гетто Последних конфедератов и разыскать там патера Ричарда, а уж он подскажет наилучший для беглецов выход из положения.

В наушниках раздался противный писк, а на приборной панели заморгал предупредительный красный сенсор. На дисплее-карте, в самом центре которого в виде зеленого символа был отображен геликоптер Брайана, появился мерцающий красный значок другого «Скайраннера». И расстояние между отметками медленно сокращалось.

– Все, мы на «поводке»! Ни до какого гетто нам уже не добраться! – воскликнул Макдугал. В его дрожащем голосе звучали смешанные чувства: робкая радость оттого, что теперь им не придется лететь в столь неприятное место, и страх, поскольку загнанные в угол превенторы могли от отчаяния пойти на все, что угодно.

– Полиция? – спросил у пилота Холт.

– Нет, – помотал головой Брайан. – Они бы уже сверкали маяками и приказывали садиться. По-моему, это ваши: данных о себе не предоставили и прибыли слишком уж быстро.

После такого известия на лице президента «Звездного Монолита» появилось торжествующее выражение. Хотя свое удовольствие он, естественно, предпочел скрыть: прикусил язык и отвернулся к окну, чтобы не злить похитителей. Все, что требовалось сейчас от Мэтью, это безропотно дождаться собственного освобождения, сидя тише воды ниже травы и не провоцируя превенторов на насилие.

Бунтарь не стал интересоваться, есть на преследующем их «Скайпортере» – по всей видимости, том самом, что кружил над Фридмэн-тауэр, – средства для принудительной остановки геликоптеров. И так было понятно, что есть, а то и более радикальные, чем у аэрополиции. Однако Бунтарь не собирался сидеть сложа руки и ждать, пока у Макдугала отоберут управление, а их всех усыпят газом.