Земля викингов - Валентин Берлинде

– Слушаюсь, милорд! –  слегка наклонив голову, ответил старый слуга и, еле шаркая ногами, удалился…

…– Итак, – начал военный совет Олег. – Волдарь, начнем с тебя. Как у нас дела?

Старик поднялся было со стула, но тут же присел, увидев кивок Олега.

Ужин, что стоял на столе, будоражил всех присутствовавших запахом, но никто не решался приступить к трапезе, пока не стал есть вождь. Волдарь впервые обратил внимание на то, как закаленные воины смотрят на этого еще очень молодого человека. И в этом не было никакого заискивания или попыток приблизиться за счет лизоблюдства. Они просто ему верили, уважали и почитали, как своего старшего товарища, брата и вождя. Никакого страха – лишь искреннее беззаветное поклонение.

– У нас все неплохо. Ну если можно так выразиться, – начал старик. – После того как вы дали команду зарезать пятьдесят лошадей, едой мы обеспечены. Думаю, если нас не захватят, осаду мы сможем выдерживать еще очень длительное время. В замке мало места для крестьян, что мы приютили, но с этим можно мириться, главное, чтобы не голодали. Ваши воины размещены с самыми большими удобствами. За каждой десяткой приставлена женщина, которая будет их кормить, обстирывать и делать необходимые перевязки в случае легких ранений. Что касается оружия, то к кузнецу приставлены несколько ребят из крестьян. Они помогают, как могут, все, что нужно, вроде должны сделать.

– В первую очередь пусть правят стрелы, – перебил Олег. – Они нужны нам больше всего. Эрик, необходимо организовать ночную вылазку и собрать все, что можно. Только аккуратно, не хватало нам еще там людей потерять.

– Я понял тебя, Олег, – утвердительно кивнул Эрик.

– Теперь о самом главном, – продолжал Волдарь. – Что делать с погибшими? Их немного, но нужно понимать, что будет больше, а хоронить негде.

В зале повисла немая пауза, все взгляды были устремлены на русича.

– Всех сжечь во дворе.

– Но как же? –  не поверил услышанному старик. – Ведь тогда их души не попадут в рай! Это же добрые христиане!..

– Прости, Волдарь, но мне сейчас нужно думать о живых.

Старик глубоко вздохнул, его лицо приняло болезненное выражение, но возражать он не стал. Слишком многое сейчас зависело от мелочей…

… – Олег, вставай, началось.

Юноша спал в кольчуге на узкой кровати. Готовый в любое мгновение моментально прийти на стену туда, где тяжелее всего. Небольшую комнату без окон и с низким потолком освещал лишь горящий факел.

На стене в эту ночь со своей десяткой дежурил Эрик.

– Началось, Олег, пора на стену.

– Сколько у нас времени?

– Еще есть, – присаживаясь на край кровати, ответил нормандец. – Я не очень понимаю, что они затевают. Всю ночь что-то таскали ко рву. Мы успели перестрелять кучу народу, а они все ползали и ползали.

Олега бросило в холодный пот. Он подскочил, словно его обожгли раскаленным железом.

– Они завалили его, чтобы подогнать башни, – прокричал русич. – Поднимай всех!

Эрик, не особо понимая, что происходит, но доверяя ощущениям командира, с криком бросился в открытую дверь, поднимая замок на ноги.

Спустя мгновение защитники крепости наблюдали, как к стенам двигаются исполинские силуэты деревянных чудовищ.

Пять дней нормандцы жили в полном спокойствии, иногда обстреливая небольшие отряды французов, подобравшихся слишком близко, и вот – снова началось.

– Срочно принести жаровни на стены и достать из подвалов смолу, – распорядился Олег.

Приказ был понятен для всех. Теперь главным было сжечь надвигающиеся конструкции, иначе, поравнявшись со стенами и лишив защитников их единственного преимущества – высоты, рыцари герцога Орлеанского просто задавят их массой, шаг за шагом выгрызая пространство.

Первые стрелы устремились в башни еще на подходе, но те никак не желали загораться. Видимо, французы предусмотрели это и успели пропитать бревна водой.

– Подпускаем их ближе и забрасываем кувшинами со смолой. Потом поджигаем стрелами, – отдавал распоряжения Олег, двигаясь от одного бойца к другому. Он воодушевлял их словом, а иногда просто своим присутствием.

Воины уже приблизительно поняли, где должны пристать башни, и, закрывшись щитами, стояли напротив, ожидая рубки.

С грохотом на стену одновременно в трех местах с башен рухнули деревянные настилы, и началось.

Кувшины полетели и в башни, и на рыцарей, что выскакивали оттуда. Стрелки умело делали свое дело, поджигая деревянные конструкции. Хлынувший людской поток был настолько велик, что главное было – сдержать врага, пока башни не прогорят и не завалятся. Одновременно с тем, как на стены хлынула французская воинская элита, с холма у леса послышались многочисленные звуки горнов, и оттуда в атаку пошли крестьяне с лестницами.

Увидев, что недалеко от него рыцари герцога Орлеанского уже расчистили себе небольшой пятачок на стене, и туда все прибывают новые силы, Олег метнул в толпу небольшое копье и прыгнул туда следом. Русич забросил себе за спину щит, оттолкнулся от тела павшего товарища и влетел в самую середину врагов. Резко присел и, выхватывая меч из ножен, крутанулся, как когда-то учил Дед, подрезая рыцарям сухожилия.

Упавшие воины даже не успели толком понять, что произошло, как в них дружно вонзились мечи защитников замка, и они отправились навстречу к своим богам.

Зарезав еще одного нерасторопного воина, юноша оказался на широком деревянном настиле башни один против троих французов. Выхватить из-за спины щит никакой возможности он не имел. Олег выставил вперед окровавленное оружие и зарычал, оскалившись звериной улыбкой. Рыцари не стали проявлять благородство и напали втроем почти разом. Шанса отбить все удары у русича не было, но все три клинка уперлись в неожиданно сомкнувшуюся стену щитов. Нормандцы знали свое дело и пришли на выручку вовремя. На миг раскрывшись, они метнули небольшие топоры во врага и снова закрылись щитами, ожидая атаки. Но она не последовала. Французы были утыканы оружием и завалили своими телами единственный лаз на верхнюю площадку башни, не давая возможности подмоге вступить в бой.

– Смолу, быстрее, – скомандовал Олег. – Поджигай, – крикнул он, как только тела убитых были обильно политы горючей жидкостью.

С противоположной стены послышались ликующие крики. Обернувшись, русич увидел, как там, медленно наклонившись, стала заваливаться башня, окутанная языками пламени. Нормандцы, сталкивая со стены оставшихся рыцарей, восторженно подняли оружие к небу, провожая павших и радуясь небольшой победе и передышке.

«Сколько же еще придется их отбить, – подумал Олег. – Сколько еще наших тут поляжет, пока придет подкрепление от герцога, и придет ли оно?»