Ричард Длинные Руки - гроссфюрст - Гай Юлий Орловский

— Их ждет война со Скарляндами, — напомнил он.

— То легкая добыча, — сказал я.

Он кивнул:

— Да, конечно. Сэр Ричард, на вас лица нет!.. Отведайте вина, виноград просто чудо, я не знал, что в Турнедо он уже хорош. Правда, в Армландии лучше…

— Там теплее, — пояснил я. — И Большой Хребет защищает от любых ураганов. Ну где же гонец?

Гонец прибыл, когда терпение начало рваться и у самых спокойных. Граф Меганвэйл сразу же собрал в свой шатер всех лордов, они расселись, он только тогда, выказывая свое уважением собравшимся, сломал королевские печати и развернул свернутую в трубку послание.

Все слушали молча, а граф читал громко и отчетливо приказ уже не принца, а короля Эразма, в котором тот жестко предписывал немедленно остановить любые враждебные действия по отношению к войскам королевства Турнедо, собрать все отряды в одно место и ждать дальнейших приказаний.

Кто-то спросил, не выдержав:

— Ваша светлость, а если турнедцы сами нападут?

Граф Меганвэйл, к которому был обращен вопрос, раскрыл уже рот, чтобы ответить, но я сказал быстро:

— Они не нападут. Уверен, они получили такой же приказ! Потому что если нападут, здесь поневоле будут защищаться. А королю Гиллеберду сейчас важен каждый солдат, чтобы поскорее перебросить высвободившуюся армию на южное направление. Я имею в виду навстречу наступающим войскам королей Барбароссы и Найтингейла.

Граф Меганвэйл нахмурился, но кивнул, проговорил рассудительно:

— Вы правы, сэр Ричард. Если, конечно, за всем этим стоит Гиллеберд.

— Еще не убедились? — спросил я горько.

Он сказал так же медленно:

— А если дело только в принце Эразме, что, как и его братья, давно мечтал сесть на трон? Он поступил бы точно так же и безо всякого Гиллеберда.

Я ощутил себя припертым к стене, развел руками:

— Да, но… Думаю, принц Эразм сам не решился бы убивать отца. Трон и так бы ему достался. Пусть не сейчас, а через несколько лет…

Меганвэйл сказал мрачно:

— Эх, не знаете вы принца…

— Не знаю, — согласился я, — но знаю, как и вы знаете, короля Фальстрога!.. Не принцам переиграть такого мастера. Если бы убить его попытался принц, Фальстронг легко бы избежал покушения, в его арсенале предусмотрено и такое…

Военачальники заговорили между собой, мнения снова разделились, наконец Меганвэйл постучал ладонью по столу:

— Прошу внимания!.. Содержание королевского приказа вы отныне знаете. Так что с сегодняшнего дня наступление на Турнедо прекращаем!.. Да-да, я сказал, прекращаем!

— Разосланные отряды отзывать? — спросил кто-то из лордов.

Он подумал, покачал головой:

— Нет, пока рано. Подождем еще гонцов… Других.

Я не понял, о каких гонцах речь, но уже на следующий день, к владетельному лорду со странным именем Арнубернуз, что значит «орел + медведь», прибыл гонец от его клана.

У знатных семей и кланов, пользующихся влиянием и располагающих богатствами и обширными землями, есть свои соглядатаи, в том числе и при дворце.

Каждый из таких гонцов прибыл к своему лорду, и тот принимал его лично, но на следующий день снова все собрались, многие военачальники взволнованные и расстроенные, многие в раздумьях, явно на перепутье.

Я ждал с нетерпением и трепетом сердца, моя судьба висит на волоске, один из гонцов начал рассказывать, как именно был убит король Фальстронг, и во время его жаркой исповеди то один, то другой из лордов бросали на меня хмурый взгляд, словно я лично причастен к гибели их сюзерена.

— Ему не дали даже поздороваться! — рассказывал гонец с жаром. — Он только въехал через городские врата… а оттуда к дворцу еще с четверть мили!.. как из-за парапета поднялись двадцать арбалетчиков. Десять выстрелили в короля, а десять в его охрану. Король умер сразу, я видел, как стальные стрелы пробили ему грудь, горло, а две попали в голову… Лорды, что ехали с ним, обнажили оружие и бросились к арбалетчикам, но тех заступили целые отряды, что прятались там же… Погибли почти все, кто ехал с ним…

Меганвэйл вскрикнул:

— И брат мой Салимериз?

Гонец сказал виновато:

— Простите, ваша светлость, он погиб в то же мгновение, что и король… Видимо, вашего брата страшились так же сильно.

Военачальники зашумели, посыпались вопросы, в основном спрашивали о лордах, отправившихся с королем, гонец бледнел, краснел, разводил руками и все повторял:

— Убит… Погиб… был убит… упал с коня под копыта, пронзенный стрелами… убили на ступеньках… погиб в рукопашной…

Я видел гневные лица, каждый скрипит зубами, хватается за рукоять меча. У многих на глазах слезы, кто-то плачет навзрыд, кто-то откровенно рыдает, о короле не столько слез, как о предательски убитых друзьях или родне…

Вот оно, сказал я себе и вышел вперед, отодвинув гонца.

— Так помянем же нашего короля и его благородных героев, что не сложили оружия, а дрались с несметными силами врага, на пиру в их честь!.. Это мы обязаны сделать в их светлую память, а потом решим, как поступить правильно и разумно.

Сразу несколько голосов поддержало, а лорд Арнубернуз сказал горько:

— Да, это обязательно… Да и зачем все эти запасы, если придется оставить такой прекрасный лагерь?

Застолье по убитому королю решили было организовать в шатре графа Меганвэйла, но показалось тесновато и перенесли под открытое небо, благо день ясный, а небо чистое.

По справедливому замечанию лорда Арнубернуза на столы выставили практически все вино, что оказалось в лагере, а также большую часть припасов.

За столами разместились лорды и младшие командиры, гордые оказанной им честью, а простым ратникам вино и мясо передавали к кострам.

Я пил со всеми, расточал комплименты, говорил об их доблести, расхваливал отвагу и умение вести позиционные бои, а когда все уже набрались так, что морды бурякового цвета, а вино вот-вот хлынет из ушей, поднялся и прокричал гневно и страстно:

— Вы все были с нами на пиру в честь взятия той пограничной крепости, когда мы под покровом ночи перешли реку и победно вторглись в Турнедо! Вспомните, Его Величество, благороднейший король Фальстронг, сказал мне при всех: «…Я очень хотел бы иметь такого сына…» Он для меня в самом деле как отец… да что там отец, он больше и выше, я черпал горстями его мудрость, упивался ею, поглощал и сейчас вот применяю как в боях, так и в жизни! Я живу Фальстронгом, я руководствуюсь его мудрыми правилами, его законами, его понятиями!

Военачальники одобрительно заревели, а лорд Фродвин, грузный и солидный старый лев, проревел мощно:

— Да, я слышал слово в слово! Он сказал: «…Я очень хотел бы иметь такого сына. Или хотя бы внука, вы мне больше во внуки…» Спасибо за добрые слова в память о нашем короле, сэр Ричард…