Месть Ведьмака - Джозеф Дилейни

Да, меч он вытащил, но атаковать не стал. Как и я, держа клинок вертикально перед собой, он ждал. Лицо его было каменным, но взгляд прикован к моему мечу.

Похоже, я должен сделать выпад первым. Осторожно шагнув вперед, я направил кончик клинка ему в грудь. Лукраста не предпринял попытки парировать мой удар. Вместо этого он на два шага отошел назад, уводя меня в сторону от ручья.

Тогда я сделал новый выпад. Он же вновь отступил. Позади него было дерево. Еще немного – и он упрется спиной в ствол. Рассчитывая ускорить его отступление и занеся над головой меч для удара, я бросился на Лукрасту.

Тогда он впервые пустил в ход оружие. Его клинок ударился о мой. Лес огласился лязгом металла и хлопаньем крыльев испуганных птиц, тотчас взмывших с веток.

Я продолжил натиск, стараясь найти в обороне противника слабое место. Но теперь он тоже двигался на цыпочках и его меч блокировал каждый мой удар и выпад. Лукраста, безусловно, умело владел мечом, но мне показалось, что он сражается вполсилы, и это жутко злило. Теперь мой противник не отступал назад, а двигался по дуге в сторону. Вскоре спиной к деревьям оказался я. Лукраста же, хотя и оборонялся, все равно ловко манипулировал мной, выбирая для себя удобную позицию, а меня оттеснял туда, куда ему было выгодно.

Поэтому я ускорил шаг, заставляя его отступать к ручью. Теперь, когда я уже вошел в ритм поединка, я пустил в ход уловки, которым научила меня Грималкин. Меч не отягощал мне руку, не тянул за собой куда-то в сторону. Это было идеальное оружие. Постепенно у меня открылось второе дыхание, скорость реакции с каждым мгновением возрастала. Казалось, я мог предсказать каждое движение Лукрасты. Впрочем, сделать это было несложно: фактически каждое его движение было ответной реакцией на мое. Он по-прежнему занимал оборонительную позицию.

Я оттеснил его уже почти к самой воде. И тут мне предоставился шанс. На какой-то миг он замешкался и оглянулся на ручей за его спиной. Неужели он, как и ведьмы, не может перейти текущую воду?

Видя его замешательство, я решил воспользоваться моментом – и замахнулся мечом. По идее, мой удар должен был снести ему голову с плеч. Увы, внезапно маг отступил в воду, причем с таким проворством, какого я до этого за ним не замечал.

Я промахнулся. А вот он – нет.

Просвистев буквально в волоске от моего левого глаза, кончик его меча разрезал мне щеку до кости. Я отшатнулся назад. Щека горела огнем, по лицу, капая на шею, стекала кровь. Стоя по колено в холодной воде, Лукраста наградил меня презрительной улыбкой. Так, значит, это была уловка! Он нарочно ждал момента, когда я утрачу бдительность.

– Теперь красивой будет лишь одна половина твоего лица, – усмехнулся он. – Но ты не переживай. Я уверен, наверняка найдется женщина, которая тебя пожалеет.

Мог бы сказать и что-то другое! Он отнял у меня Алису, украл мечту о том, что в один прекрасный день мы с ней соединим наши судьбы. Он разрушил нашу с ней дружбу с той же легкостью, с какой пьяный забулдыга разбивает в таверне о стену пустой стакан.

В ярости я снова бросился на мага. Мною владела лишь жажда мести. Впрочем, это никак не отразилось на моем умении управляться с мечом. Мы с клинком слились в одно целое, тесня противника. Однако пока маг парировал каждый мой удар, каждый мой выпад.

Но только не последний.

Я действовал машинально и не раздумывая повторил уловку, которую использовал против Грималкин, когда та настигла меня после битвы на Пендлском Холме. Перекинув посох из правой руки в левую, я вогнал его острие ей в левое плечо и пригвоздил к дереву. Тогда мне и в голову не могло прийти, что в один прекрасный день мы с ней станем союзниками.

Грималкин обучила меня драться на мечах, а Джон Грегори научил обращаться с посохом. И вот теперь его уроки сослужили мне отличную службу.

Я подбросил меч, поймал его левой рукой и вогнал Лукрасте в плечо. От неожиданности он выпучил глаза и уронил свой клинок в воду. Когда же я вырвал меч из его плоти, он со стоном рухнул на колени.

Бурная вода доходила ему до пояса, унося вытекавшую из плеча кровь. Но это кровотечение – сущая ерунда по сравнению с той кровью, какую ему предстоит потерять. Сжав меч обеими руками, я поднял его высоко над головой.

Лукраста поднял на меня глаза. Он был в шоке. Похоже, он все еще отказывался верить в то, что вот-вот произойдет. Собрав все силы, я приготовился отсечь ему голову. Еще секунда – и все закончится. Мой противник будет мертв.

Вдруг за моей спиной неожиданно раздался крик:

– Не надо, Том! Прошу тебя, не убивай его!

Это была Алиса.

Я слегка передвинулся, чтобы держать в поле зрения их обоих. Краем глаза я наблюдал за ней, но основное мое внимание было сосредоточено на Лукрасте.

– Почему ты просишь меня об этом, Алиса? Не проще ли самой его спасти? Для этого тебе достаточно взорвать меня твоей магией. Думаю, для такой ведьмы, как ты, это пара пустяков, – съязвил я.

– Не насмехайся надо мной, Том, тебе это не к лицу. Я бы никогда не тронула тебя даже пальцем. Ты сам это прекрасно знаешь. И даже если бы захотела, то все равно не смогла бы – магия бессильна против тебя, пока ты держишь в руках этот меч.

– Тебе известно про меч? – удивился я.

Алиса кивнула:

– Грималкин сказала мне, что выкует для тебя особый клинок. По ее словам, его невозможно сломать, а сам он оберегает своего владельца от черной магии. Думаю, именно его ты сейчас держишь в руках. Иначе тебе никогда не удалось бы одержать верх над Лукрастой.

– Я победил его в честном поединке, Алиса, – сердито бросил я ей. – Мой меч не давал мне никаких преимуществ.

– Я имела в виду не это. Он не хотел причинять тебе вред, Том. Не хотел сражаться с тобой. Он просто обездвижил бы тебя при помощи чар, после чего отправил бы назад в Графство.

– Раньше ты говорила другое! – огрызнулся я.

– Я не хотела, чтобы пострадал кто-то из вас. Я знала, что вы наверняка повздорите. Что, собственно, и случилось.