Жуткий король - Уилльям Риттер

Джекаби подхватил фавна. Дженни взяла другой конец носилок. Я последовала за ними, оглядываясь на сражение позади и ожидая, что на нас вот-вот набросится очередной монстр. Руки у меня тряслись, и я судорожно глотала воздух, не в силах успокоиться.

И тут я увидела Чарли, а Чарли увидел меня. Это было всего лишь мгновение тишины посреди безумия. В следующую секунду Дюпен хлопнул его по плечу, призывая вернуться в бой, а я бросилась догонять Джекаби, Дженни и Лидию. Но на одно мгновение взгляд теплых карих глаз Чарли встретился с моим, и руки у меня перестали трястись. Он излучал спокойствие. Именно поэтому из него получался такой потрясающий миротворец в лучшие времена и замечательный лидер – в худшие. Чарли улыбнулся мне, и я вдруг поверила, что все закончится хорошо, несмотря на то что вся окружающая реальность пыталась убедить меня в обратном.

А потом это мгновение закончилось.

Зазвучали крики, воздух наполнился запахом пороха и крови. Мы проложили путь в тыл наших объединенных сил, где Мона О’Коннор уже расставила походные кровати для тех, кому нужна была неотложная помощь.

– Первый клиент, – сообщила Лидия Ли, когда мы подошли к медсестре.

Мона подбежала к нам и помогла уложить неподвижного полицейского на койку. Лидия мрачно посмотрела на нее, перехватывая носилки поудобнее.

– Пойду принесу еще, – сказала она. – Нам потребуется больше кроватей.

– Мы справимся, – ответила Мона вдогонку удаляющейся Лидии и добавила: – Он не дышит.

– Он уже мертв, – тяжело произнес Джекаби.

Мона не обратила на него внимания. Присев рядом с полицейским, она прижимала обе руки мужчины к его груди, потом вытягивала их у него над головой и снова повторяла движение.

– Что она делает? – спросила Дженни.

– Метод Сильвестра. Искусственное дыхание.

– Он умер, – повторил Джекаби.

– Я когда-нибудь учила вас, как охотиться на фей или что вы там делаете? – недовольно отозвалась Мона. – У меня начинали дышать и те, кто пролежал гораздо дольше.

Со стороны поля боя послышались возбужденные крики. Гигантский мистер Дол пал. Над головами союзников я увидела етуна, ледяного великана из Неблагой армии. На лужайке передо мной мелькнуло какое-то оранжевое пятно. Я проследила за ним взглядом. Пятно оказалось миниатюрным троллем, ехавшим на рыжем коте, словно это был боевой конь. Я уже приподняла клинок, но Джекаби схватил мою руку, прежде чем я успела замахнуться.

– Только не этого!

Я застыла.

– Хаммет! – поприветствовал Джекаби маленькое существо. – Хатун гордилась бы тобой.

Тролль пробормотал что-то на непонятном мне языке.

– Еще нет, – ответил Джекаби. – Мы еще не знаем, куда ее увели.

Тролль зарычал, натянул поводья, и кот поскакал дальше. Хаммет на скаку принялся кромсать пятки врагов, а потом они с котом исчезли в общей неразберихе.

На открытое пространство выпрыгнул Луп, из пасти которого капала кровь, и грозно зарычал. Испуганные солдаты подались в стороны. Лидия Ли пыталась уложить на носилки истекающего кровью гнома. Подняв голову, она замерла. Женщина находилась как раз на пути чудовищного волка. Луп двинулся вперед, устремив красные глаза на свою добычу. И тут между Лидией и волком выросла шоколадно-коричневая охотничья собака.

В своем зверином облике Чарли всегда казался больше. Но теперь он выглядел коротышкой в сравнении с нависшим над ним огромным черным волком, состоявшим, казалось, из одних мышц и бритвенно-острых зубов. Чарли был едва ли не вдвое меньше его. Волк даже не замедлил шага.

Марлоу выкрикнул команду, и взвод полицейских открыл огонь. Луп заревел от попадавших в него, но отскакивавших пуль. Когда выстрелы прекратились, Чарли прыгнул вперед, стараясь вцепиться волку в горло, но Луп оказался проворнее. Щелкнув пастью, он едва не откусил Чарли ухо. Тот завизжал и упал на землю.

Джекаби удержал меня, и только тут я осознала, что пытаюсь броситься в бой.

– Пустите! Он убьет его! – крикнула я.

– Нет, постойте! Смотрите! – указал Джекаби.

У деревьев в дальнем конце что-то зашевелилось. На поле выскочила свора огромных, мускулистых собак. Возглавлял их пес крупнее Чарли, с темно-коричневой с черными прядями шерстью и белыми вкраплениями на морде. За ним бежало еще с дюжину зверей.

– Это…

– Ом-Кайни, – подтвердил мою догадку Джекаби. – А возглавляет их дядя Чарли, если я не ошибаюсь.

Ом-Кайни набросились на волка стремительно, как удар молнии. Луп повернулся влево, чтобы вцепиться в рыжеватую гончую, и тут Драгомир впился в его бок справа. Луп завопил от боли и ярости, когда другой пес сомкнул челюсти у него на бедре, а третий – на горле. Собаки не знали пощады.

Тяжело дыша, Лидия оттащила гнома подальше от драки. Мона О’Коннор продолжала поднимать и опускать руки мужчины, который, похоже, так и не вернулся к жизни.

И тут, словно прочитав мои мысли, полицейский шумно втянул в себя воздух.

Мона устало откинулась назад.

– Ха! – воскликнула она торжествующе.

Полицейский попытался сесть.

– Полегче, – остановила его Мона. – Полежите. У вас как минимум с полдюжины сломанных ребер. Вам нужен покой.

– Прочь отсюда! – завопил Джекаби.

– О чем вы? – удивилась Мона.

Только теперь я разглядела мутные глаза мужчины.

– Убегайте! – крикнула я, но восставший из мертвых офицер повернулся к мисс О’Коннор и бледными руками вцепился в воротник ее блузки. Мы с Джекаби побежали к ней, но нас обогнала Дженни.

Она бросилась на полицейского, словно собираясь повалить, но вместо этого буквально нырнула в него. Оставшееся после нее серебристое облачко быстро развеялось. Полицейский замер.

Мона медленно подалась назад, не отводя глаз, и труп опустил воротник. Он встал и неуклюже зашагал, поглядывая на свои ноги и руки.

– Я… я овладела им, – прохрипел мужчина.

Глубокий мужской голос вряд ли можно было принять за голос Дженни, но все же что-то в его глазах подсказало мне, что она действительно там, внутри.

– Это не как живое тело, – продолжала Дженни. – Это просто оболочка. И внутри я слышу голос. Не думаю, что его собственный. Я слышу, как кто-то шепчет в задней части его черепа.

– Берегись! – крикнула Лидия.

В воздухе просвистело копье, и Дженни выскользнула из тела за полсекунды до того, как наконечник погрузился в голову мертвеца. Полицейский рухнул на землю рядом с раненым гномом. Дженни повисла в воздухе, отплевываясь и вытирая губы.

– Хватит таращиться, – сказала она. – Обратно за работу, все.

Битва продолжалась. Поле боя усеивали павшие с обеих сторон. Посреди суматохи из окутавшего церковь облака пыли и дыма вышел стройный блондин, которого Виргул назвал Тильдой. Сражавшиеся как будто специально сторонились его, позволяя шагать вперед с леденящим спокойствием. Прижав к губам какой-то камешек, он заговорил, и голос его легко перекрыл шум сражения.