Часодеи. Часовой ключ - Наталья Щерба

— Часовая стрела с тобой? Вот и ладно, — заявила Диана. — Когда будет можно, наэферишь новые вещички. И новый котелок. А сейчас нам лишний груз ни к чему.

— Угу. — Фэш выглядел очень расстроенным.

Диана покачала головой, пряча улыбку. Она вдруг засунула пальцы в рот и пронзительно свистнула.

— Я вызываю кое-кого, — пояснила она изумленной Василисе. — Не пешком же идти.

— О, я вижу дорогу! — Фэш, мгновенно позабыв о котелке, ринулся куда-то вбок.

Диана с Василисой осторожно последовали за ним, прошли сквозь острую и высокую, похожую на лес ножей, траву и очутились на широкой, усыпанной черно-белым крошевом, тропинке. Тропка, изгибаясь, исчезала за поворотом.

— Чудная дорога. — Фэш нагнулся вниз, разглядывая черно-белые крупинки. — О, битые ракушки! Странная мысль — посыпать дорогу в лесу ракушками, не находишь? — обернулся он к Диане.

— Ну и что? Мало ли что бывает, правда, Василиса?

Василиса только плечами передернула, ей уж точно хватало странностей. И она сама спросила:

— А как это получилось, что мы стали маленькими?

— Диана, спроси у фейры, умеет ли она читать. — Фэш опять был в своем репертуаре.

— Она не фейра, болтун! — Диана показала Фэшу язык.

— Видишь ли, Василиса, — сказала она, не обращая внимания на нахмурившегося мальчика, — феи живут на деревьях, даже замок Белой Королевы выстроен на огромном дубе, которому больше тысячи лет. Поэтому они и зачасовали все входы в Чародол от людей: кто желает посетить их, уменьшается ровно в пятнадцать раз, чтобы разговаривать с феями и лютами на равных.

— А феи увеличиваются, когда собираются посетить мир людей? — заинтересовалась Василиса.

— Границы между нашими мирами действуют в две стороны; когда мы будем возвращаться, увеличимся в пятнадцать раз, станем такими, как были.

— А у тебя какой рост настоящий? — не удержалась Василиса. — Ты ведь фея, значит…

— Ну-у… — Диана замялась.

Где-то вдали послышался грохот, треск и шуршание.

— Бегут! — радостно воскликнула Диана.

Звук нарастал приближаясь. Кто-то ехал и вскоре должен был показаться из-за поворота. Фэш настороженно прислушивался, то и дело хватаясь за руку с часовым браслетом. Его волнение передалось и Василисе.

Наконец, разметая ракушки в стороны, на тропинку выскочила гигантская тварь, похожая на ящерицу, и устремилась прямо на них. Василиса вскрикнула от ужаса и машинально схватила Фэша за рукав, стремясь увести его в сторону, чтобы он не попал под лапы страшного животного. Но тварь притормозила и замерла всего в трех шагах, уставившись на них выпуклыми ярко-зелеными глазищами. Самое интересное, на ящерице было надето седло и прочая упряжь. Неужели…

— Эй, Златка! — послышалось из-за поворота. — Тпр-ру-у, негодная!

На тропинку вылетели сразу три ящерицы, и на одной из них был седок — мальчишка, одетый во все зеленое, даже шапка его была яркого изумрудного цвета. За его спиной висели прозрачные серые крылья — шесть штук. Сам он восседал на высоком седле, в руках держал поводья, а ноги его находились в маленьких коротких стременах в таком положении, что колени доставали ему почти до подбородка.

— Ну, что встали? — бросил он. — Садитесь и поехали, время не ждет! У меня, кроме вас, еще куча вызовов!

— А ты кто? — подозрительно спросил Фэш, торопливо пряча стрелу обратно в браслет.

— Перевозчик Ярк, — напыщенно сказал мальчишка, лихо заворачивая шляпу на одно ухо. — Причем заслуженный: сто лет на ящерицах катаю… Четыре места до Большого Дуба — Белого королевского замка… Все правильно?

— Три места, — поправила Диана, заслоняя собой вмиг побледневшего Фэша. — Но не беспокойся, плата останется той же, ясно?

— Чего уж не ясно, добро! — весело кивнул перевозчик. — Значит, я сам поеду, без попутчика за спиной. Ну, выбирайте, какая из ящерок по нраву, и вперед.

— Я на этой. — Фэш с любопытством глянул на ближнюю черно-желтую ящерицу — видать, и для него езда на этих пресмыкающихся была в диковинку.

— Сошка прозывается, — проследил за его взглядом Ярк. — Давай садись.

— А эта? — Василиса с опаской приблизилась к самой первой, что испугала их.

Ящерица, не мигая, настороженно присматривалась к девочке.

— Эта? — Веселый перевозчик усмехнулся. — Эту Фейрой зовут. Не бойся, тебе точно подойдет…

Фэш, не выдержав, тут же прыснул. Улыбнулась и Диана.

Василиса обиженно нахмурилась: издевается над ней зеленый, что ли? Но тот и не думал насмехаться.

— Особенная ящерица, — сказал он. — Около пяти лет у меня служит. Я ее в нашем лесу поймал, еле справился — норовистая. Девчонок очень любит катать.

Перевозчик подскочил, помог Василисе забраться в седло и объяснил, как надо держаться, чтобы не свалиться.

— Ящерки — спокойные зверьки, — весело приговаривал он. — Главное, никогда их за хвосты не дергать.

— Скажи, ты, наверное, фир? — спросил Фэш, устраиваясь на высоком седле. — Ты отсюда родом, да? А правда, что у вас…

— Четыре пальца на руках? Это да. — Ярк растопырил руки, на которых действительно было по четыре пальца. — У девчонок, ну, то есть у фей, — по пять, как у людей. Мы считаем, раз так, они должны больше работать. — Он звонко рассмеялся. — Да, а вас как зовут?

Диана представила их.

— Ну что ж, в путь! — произнес Ярк и добавил: — Н-но-о-о!!!

Ящерка Фейра вздрогнула, чуть ли не прогнувшись дугой. Василиса, не ожидавшая этого, еле удержалась на месте.

Ярк, выехав чуть вперед, свистнул как-то по-особенному, и ящерки двинулись за его Златкой степенным шагом.

— Чтобы попривыкнуть, — пояснил фир.

Василису мотало из стороны в сторону, в такт виляющим движениям Фейры. Девочка боялась даже думать, что будет, когда эти «зверьки» пустятся в галоп…

Ящерка Василисы поравнялась со Златкой. Ярк заметил это и подмигнул девочке.

— Скажите, — тут же полюбопытствовала Василиса, — а сколько вам лет, интересно?

— Да будет две сотни, как я перестал считать, — ответил фир, отпуская поводья и зачем-то растопыривая четырехпалые руки.

Василиса покосилась на него: шутит, что ли?

Сошка, на которой восседал Фэш, поравнялась с ними.

— Феи и фиры бессмертны, темнота, — снисходительно пояснил он. — И люты, конечно, тоже. Род такой, духовный. Даже дошколята об этом знают.

Василиса нахмурилась и решила больше ничего не спрашивать.

— А почему дорога посыпана битыми ракушками? — поинтересовался тогда Фэш.

— А для ящериц. Для них лучше всего ракушки… Видели бы вы, какие под Белым замком устраиваются гонки на ящерках!