Агентство «Чудо-трава»: Семь невест некромага - Ольга Коротаева

– Сколько с меня?

Парень вздрогнул, втянул голову в плечи и, медленно пятясь, промычал нечто невразумительное. К нам подошёл Севир и, положив руку на рукоять кинжала, мрачно посмотрел на курьера:

– Что ты застыл, как нежить?

При виде некромага парень побелел ещё больше и, наткнувшись бедром на перила, взвизгнул и опрометью бросился вниз по лестнице. Я печально покачала головой и недовольно покосилась на Севира:

– Ну и зачем было так пугать мальчика? Я даже не успела ему заплатить.

– И что? – безразлично пожал плечами маг. – Какие проблемы?

– Ну, конечно! – саркастично хмыкнула я. – Ты же на кладбище жил! Откуда тебе знать, что за доставку платить надо?

Севир повернулся и с улыбкой посмотрел на меня.

– Какие проблемы? – иронично повторил он и слегка приподнял брови: – Оплати онлайн. Картой!

Я недовольно поджала губы и, втянув сумку с пиццей в офис, с силой хлопнула дверью.

– Интересно, – проворчала я себе под нос, – как часто он себе пиццу на кладбище заказывал…

Из моего кабинета выглянула Забава: в руках она держала две початые бутылки, а в зубах пластиковые стаканчики. Не обращая внимания на моё ворчание, она оперативно расставила всё это на своём столе и, сдвинув в сторону бумаги, вырвала из моих рук сумку. Когда русалка открыла её, светлые брови девушки сошлись на переносице:

– Я заказывала три… А тут шесть! И почему курьер оставил свою сумку?

– Сказал, чтобы сами потом привезли, – криво усмехнулась я, – вместе с деньгами.

– У тебя налички нет? – без особого интереса уточнила девушка и, принюхиваясь, добавила: – Разумеется, чего спрашивать! Когда она у тебя была-то?

Я недовольно цокнула языком и, схватив бутылку, быстро разлила остаток спиртного по стаканам. Подняв свой «бокал», торжественно произнесла:

– За полный провал нашего дела!

– Ты не права, – улыбнулась Забава, разрезая пиццу канцелярским ножом.

– Не права? – фыркнула я. – Денег так и не получили, командировочных потратили кучу! Вернулись с новым гаремом и… – я хмуро покосилась на некромага: – Одним весьма странным субъектом!

– Мы же выжили! – пожала плечами русалка.

– Ага, – я мрачно посмотрела на стаканчик сквозь свои пальцы: – Местами…

Севир, не обращая на нас внимания, тем временем выпил виски одним глотком. Поморщился:

– Ну и гадость!

Подхватил вторую бутылку и, вылив все остатки, вновь наполнил свой стакан, да тут же опрокинул содержимое себе в рот. Смятый пластик захрустел в его длинных пальцах, и Севир скривился:

– Ещё хуже. Чем можно запить эту низкопробную мерзость?

– Закуси лучше, – кивнула я на пиццу и сама сделала большой глоток: да нормальный вискарь.

Забава медленно, мелкими глоточками, отпила из своего стакана и проговорила:

– Десятилетка же… А он нос воротит. Что же обычно пьют некромаги?

– Яд, – саркастично хмыкнула я и покосилась на Севира, который, вытянув шею, высматривал что-то в отодвинутых ящиках секретарского стола.

– Да уж лучше яд, – проворчал он и, выуживая из ящика небольшую бутылочку, добавил: – Привкус такой противный, что едой не перебьёшь, нужно смыть… Думаю, это подойдёт!

Откупорив, он сделал несколько торопливых глотков. Я внимательно посмотрела на бутылочку и спросила русалку:

– Не просроченная водичка? Хотя, какая разница тому, кто живёт на кладбище…

Забава обернулась и, заметив в руках Севира бутылочку, вздрогнула и выронила пластиковый стаканчик.

– Не пей! – крикнула она.

– А что? – ощущая, как от виски, выпитого на голодный желудок, уже зашумело в голове, я хихикнула: – Козлёночком станет?

Но Севир опустил уже опустошённую бутылку, и Забава мрачно ответила:

– Примерно. – Она многозначительно посмотрела на меня и добавила: – Это то самое зелье, которым я по просьбе Аноли пыталась напоить Лежика…

Я вздрогнула и резко повернулась к некромагу:

– О, нет! – С ужасом отмечая, что взгляд Севира слегка изменился, с надеждой произнесла: – Надеюсь, на некромагов любовное зелье не действует.

Я искренне полагала, что это так, ведь Севир спокойно пил яд и без последствий вдыхал дурманящий аромат тех жёлтых цветов, но некромаг шумно застонал и потёр грудь.

– Какое-то странное ощущение… – пробормотал он. – Тепло и тревожно.

– Не надейся, – нервно хохотнула Забава. – Кажется, у Аноли новый поклонник! Жаль… А я уже размечталась о жутком свидании с некромагом!

Севир развернулся, зачем-то подбежал к окну, развернулся, посмотрел на нас, и я изумлённо покачала головой, наблюдая на его бледном красивом лице мягкую улыбку. По спине поползли мурашки:

– Он меня пугает…

Некромаг схватился за голову и с шумом вдохнул. Мы с Забавой встревоженно смотрели, как он мечется по приёмной. Севир резко остановился посреди комнаты и, вытаращив глаза, громко застонал. Забава задумчиво покрутила пустую бутылочку:

– Может, у него передоз? Мне рекомендовали добавлять чайную ложку на стакан воды…

Севир подпрыгнул на месте и, страшно закричав, бросился к выходу, по пути едва не столкнув русалку: та едва успела отпрыгнуть в сторону. Бутылка покатилась по полу, распахнутая дверь брякнулась о стену и, заскрипев, тоскливо повисла на одной петле. Некромага же и след простыл. Я, резко протрезвев, присела на корточки и задумчиво посмотрела на пустую бутылочку:

– Интересно, а Вукулу таким приёмом можно вырубить? – Криво усмехнулась и добавила: – Всех послать к Аноли, и пусть злая птичка сама разбирается…

Забава потянула меня за руку:

– Мара, что же нам делать? Может, стоит его догнать? Кто знает, что некромаг натворит с передоза-то…

Я окинула секретаршу рассеянным взглядом и пожала плечами:

– Можешь попробовать, конечно, но он умчался так, словно у него выросли крылья… Можно сказать, некромаг улетел на крыльях любви!

– Ты ещё смеёшься? – взволнованно воскликнула Забава.

– Плакать начнём, когда вернётся Генрих, – мрачно хмыкнула я. И тяжело вздохнула: – Эх, я так и не смогла понять, что же за сделка между ними, но ясно одно: некромаг нужен Комитету, и инститор каким-то образом убедил его сотрудничать. Как бы из-за этого треклятого любовного зелья не рухнули планы Генриха…

– А с каких пор тебя стали заботить планы инститоров? – удивлённо отозвалась Забава: – С чего вдруг такая перемена?

Я, ощутив прилив энтузиазма, схватила листы бумаги и, разложив их на полу, уселась, скрестив ноги. На одном написала своё имя.