Отдел чудаков - Ольга Готина

Очнувшись, я почувствовала, что ситуация повторяется. Голова болела, тело ломило, а запястье ощущало дискомфорт. Разлепив глаза, в которые словно насыпали песка, я увидела, что лежу на кровати, к бортикам которой наручниками прикована моя рука. Стоило пошевелиться, железные оковы звякнули.

Меня окружала плотная занавеска, но она не скрывала шум приемного покоя и характерный больничный запах. Свое присутствие здесь я еще могла объяснить, но наручники совершенно не вписывались в картину.

Пока я ломала голову над этой загадкой, занавеска робко зашевелилась. В образовавшуюся щель воровато заглянул глаз. Заметив, что я проснулась, глаз гневно прищурился и занавеска резко отлетела в сторону. Начальник Ган предстал передо мной целиком.

— Очнулась? — его тон не предвещал ничего хорошего.

Я неуверенно кивнула в ответ, все еще оценивая ситуацию, в которой оказалась. Дальнейшее поведение зависело от деталей, которые мне были неизвестны.

Выбора не было, пришлось спросить в лоб:

— Почему на мне наручники?

Я потрясла рукой, огласив приемный покой характерным звоном. На лице шефа Гана не появилось и тени раскаяния.

— Чтобы ты не сбежала, когда очнешься. Мне нужно было переговорить с врачевателем.

— Вам не кажется, что это уже слишком? Я же не преступница!

Шеф Ган достал из кармана ключи и расстегнул наручники. Высвободив руку, я демонстративно потерла запястье. Болела преимущественно моя гордость. Бессовестного начальника показной спектакль не тронул.

— А очень на то похоже. Ты как стихийное бедствие, которое невозможно предотвратить, — проворчал он, пряча наручники в карман.

Возмутиться я не успела, из-за спины шефа показался врачеватель в белом халате.

— Похоже, вы очнулись. Как себя чувствуете? — он взял меня за запястье.

— Нормально, — ответила я, прислушавшись к себе. Головокружение прошло и тошнота тоже.

— Я бы не был так уверен, — осадили меня. — Мы помогли вам восполнить силы, но налицо признаки переутомления и магического истощения.

— Невозможно, я знаю свои пределы и не нагружаю организм сверх меры, — возразила я, но вспомнив последнюю неделю, и сама ненадолго засомневалась.

Продолжая меня осматривать, мужчина ненадолго задержался взглядом на откровенном наряде.

— Часто бываете в клубах? — спросил он, оставив мое запястье в покое и что-то записывая.

Вопрос прозвучал странно. И что же за гадость я могла подцепить на задании?

— Несколько раз доводилось. А что?

— В последнее время участились случаи нападения энергетических вампиров, а ведьмы для них как сладкое пирожное. Благодаря магическому резерву, вы не сразу замечаете, что вами подпитываются. Магия не любит пустоты и тут же заполняет ее, только вот когда после такой подпитки ведьма начинает колдовать, она может серьезно пострадать, не рассчитав силы. Это ваш случай. Советую лучше спать, есть, и присмотреться к окружению. Ваш опекун получил медицинское заключение, с которым можно обратиться в полицию.

Все это он произнес равнодушным голосом. Врачеватели и сами всегда балансировали на грани магического и физического истощения. Эмоции — лишняя трата энергии.

— Сладкое пирожное… — недовольно пробурчал Ган себе под нос.

— Значит, я могу быть свободна? — Оставаться в больнице на ночь не хотелось.

— Вполне. Выспаться вы можете и дома.

После этих слов врачеватель не попрощавшись покинул нас и ушел к другой кровати. Я спустила ноги на пол и отыскала туфли. Все это время шеф Ган хранил хмурое молчание. Стоит ли мне поблагодарить его за то, что доставил меня в больницу? Глядя на это недовольное лицо страшно сказать даже слово. Плакала моя работа под прикрытием. После такого точно запрет в подвале и больше не выпустит.

— Надевай. — В очередной раз в меня полетел пиджак шефа. Отказываться было глупо, меня по-прежнему немного знобило. Просунув руки в рукава, я ощутила себя куда лучше.

— Я провожу тебя, — неотрывно наблюдая за мной, сказал шеф.

Спорить не стала. Сейчас лучше со всем соглашаться и послушно следовать приказам. Я и так облажалась хуже некуда, выставив себя беспомощной.

На улице уже рассвело. От светящего в глаза солнца я даже почувствовала себя новорожденным вампиром. Хотелось забиться в какое-нибудь темное место. Спать после небольшой магической подпитки не очень-то хотелось.

Весь путь домой молчание шефа Гана немного пугало. Уж лучше бы ворчал. Он вел машину с небывалой сосредоточенностью, но вряд ли дорога была причиной появления на его лбу глубокой морщины.

— Этот клуб, просто рассадник преступности, — ненароком заметила я в попытке разбить лед между нами, — энергетические вампиры, малолетние инкубы и черти знает кто еще.

— И неугомонные ведьмы, — послышалось в ответ. Кажется, это он обо мне.

— Но ведь это может дать нам официальный повод наведаться с обыском, а не рыскать там тайком, — примирительно заметила я.

Мои слова вновь были встречены многозначительным молчанием. Почему мне кажется, что меня уже отстранили от дела? Плохо дело. Будь я на задании с братьями, этого бы не случилось. Они по крайней мере помогли бы мне сохранить позорный факт падения в обморок в тайне. В который раз за сутки я скучала по Киру и Саю.