Долгое эхо - Эрин Хантер

— Как нам остановить его?

— Никак, по крайней мере, сейчас. Но мы должны быть настороже, — предупредил Воробей. — Пока мы ничего никому не сможем доказать, и ни один кот открыто не признается, что его преданность вышла за пределы своего племени.

— Нужно постараться потихоньку выведать, какие коты тренируются под руководством Звездоцапа.

Воробей еще раз обнюхал чахлый кустик мать-и-мачехи.

— Приглядывайся в оба во время Совета, — посоветовал он. — И следи, не появятся ли новые случаи перехода наших границ. Завтра у нас встреча целителей, я тоже постараюсь что-нибудь выяснить.

— Отлично, — кивнул Львиносвет. — Итак, пока мы знаем только двоих — одного воина Ветра и одного Сумрачного кота. Интересно, как дела в Речном племени? Знал ли Звездоцап кого-нибудь оттуда?

Воробей задумчиво прищурил слепые глаза.

— Хочешь спросить, есть ли в Речном племени кот, который ненавидит нас так же сильно, как Ветерок?

Кот, слабость которого смог использовать Звездоцап?

Честно скажу — пока не знаю.

— Я тоже что-то не соображу, — пробормотал Львиносвет. — Хотя…

Воробей вытянул шею.

— Что?

— У Звездоцапа был сын…

— Коршун? — ахнул Воробей. Он ни разу не встретил его в Звездном племени. Скорое всего, после смерти этот черный кот отправился прямиком в Сумрачный лес, к своему отцу. — Он жил в Речном племени.

Он должен точно знать, к какому коту можно найти подход!

— Но тогда получается, что Звездоцап не один является воинам во сне и тренирует их для грядущей битвы, — предположил Львиносвет.

Воробей содрогнулся.

— О нет, ну почему? — с досадой прорычал Львиносвет.

Зашуршали папоротники, и на поляне появились Пестроцветик и Искролапка.

— Осторожнее! — взвизгнул Воробей, загораживая свои травы.

— Прости! — испуганно попятилась ученица. — Мы охотимся.

— Поймали что-нибудь? — полюбопытствовал Львиносвет.

— Я поймала дрозда! — похвасталась Искролапка.

— Да, это был отличный бросок, — промурлыкала Пестролапка.

— Мы возвращаемся в лагерь, — резко сказал Воробей, перебивая кошек.

— В самом деле? — взмахнул хвостом Львиносвет.

— Я хочу отдохнуть перед встречей целителей, — ответил Воробей.

Искролапка нетерпеливо обежала вокруг них.

— Но ведь нам не обязательно возвращаться с вами, правда? Я хочу еще поохотиться!

— Тогда идем, — сказала Пестроцветик, и их лапы веселой дробью застучали по листьям.

Воробей молча направился в сторону деревьев. Папоротники гладили его серую шерсть, когда он пробирался сквозь них.

Львиносвет зашуршал листвой у него за спиной.

— С твоими травами ничего не случиться?

— Надеюсь, все будет в порядке, — проворчал Воробей, послав молчаливую мольбу Звездному племени. — Приятно знать, что у нас есть приличный запас на суровые времена.

— Я заметил, что тебе нравится ухаживать за ними.

— С растениями проще, — сухо заметил Воробей. — Они делают то, что им говорят. Как оруженосцы.

— Кажется, ты подумываешь завести помощника? — промурлыкал Львиносвет.

Воробей распушил загривок.

— Пока нет… — с явным усилием выдавил он. — По крайней мере, до тех пор, пока Листвичка рядом.

— Надеешься, что она снова станет целительницей?

Воробей повел одним ухом.

— Может быть… — Он по природе не был сентиментален, поэтому слова давались ему с трудом. — Просто мне кажется, что это какая-то глупость. Зачем было тратить время, обучая ее целительству, чтобы потом она взяла и повернулась хвостом к своим обязанностям?

Какая из нее воительница? Она так много знает, а я порой чувствую себя совершенно беспомощным. Листвичка нужна Грозовому племени, Львиносвет. Возможно, сейчас она нужна ему больше, чем когда-либо.

— Воробей! — позвала с поляны Медуница. — Перышко пришел.

— Бегу! — отозвался целитель, поспешно обнюхивая Иглогривку. Она сладко спала в своем гнездышке.

Все было в порядке. Никакого запаха болезни. Воробей опрометью выскочил из палатки. Он чувствовал, что хрупкий полумесяц уже висит в небе над оврагом.

Свежий воздух был прохладен, с острым привкусом изморози. Суровая пора была уже не за озером. Воробей потрусил через поляну, молчаливо радуясь тому, что наконец-то выучил дорогу, на которой ему не грозило споткнуться или зацепиться за сук.

— Мне казалось, раньше вы встречались на границе, — шепнула Медуница, когда Воробей пробегал мимо нее.

— Наверное, Перышко хочет своими глазами взглянуть на разрушения.

Перышко стоял возле колючей стены лагеря. Воробей сразу почувствовал, с каким изумлением целитель Сумрачного племени осматривает лагерь.

— Какое чудо, что вы потеряли только одного кота, — пробормотал Перышко, когда Воробей подо- шел к нему. — Это просто невероятно! Как чувствует себя Иглолапка?

— Она теперь Иглогривка.

— Вот как? — с искренним удивлением переспросил Перышко, но Воробей не стал вдаваться в объяснения и молча повел целителя через туннель в лес.

Огнехвост, ученик Перышка, ждал наставника снаружи.

«Очень хорошо, — подумал про себя Воробей. — Огнехвост — брат Когтегрива. Если Когтегрив затевает что-то недоброе, то сны его брата определенно дадут мне ответ!»

Если, конечно, Звездоцап не взялся и за самого Огнехвоста…

«Целитель-предатель? Нет, это невозможно!»

Воробей хотел отбросить эту мысль, но она прицепилась к нему, как колючка, заставив насторожить уши и взвешивать каждое свое слово.

Перышко и Огнехвост вежливо уступили Воробью дорогу и он повел их через территорию Грозового племени к границе с племенем Ветра. Там их должны были ждать остальные целители.

— Выходит, Огнезвезд сделал ее воительницей? — спросил Перышко, которому не терпелось побольше узнать об Иглогривке.

— Она храбрая и мужественная, как подобает воительнице, — ответил Воробей, не оставляя надежды прощупать реакцию Огнехвоста. Насколько заинтересует этот разговор ученика целителя?

— У нее появились какие-нибудь болезни? — спросил Огнехвост, приближая морду к Воробью.

— Никаких. Мы все время заставляем ее двигаться, — ответил Воробей. — Она каждый день делает упражнения, сама приносит себе добычу из кучи. Мне кажется, благодаря такой нагрузке мы сумели не допустить, чтобы болезнь затронула ее грудь и желудок.