Око воды. Том 2 - Ляна Зелинская

Генерал немного помолчал, как будто пытался запомнить всё сказанное Дитамаром и отложить его слова в какой-то потайной уголок своей души, а потом ответил тихо, почти шёпотом:

— Найд — это самая тёмная из Теней Бога Ашша. Так говорит сама королева. Он выполняет для неё всю грязную работу, как я подозреваю. Убийства, в основном, похищения, какие-то её тайные дела. У него свой отряд, в который набирают ичу, прибывших из Ашумана. И именно они делают всё то, что нельзя поручить Тайной страже или гвардии.

— Например, убивать людей вдоль границы, обставляя всё как нападение Зверя? — спросил Дитамар, с прищуром глядя на генерала.

— Да. Возможно. Такое дело не поручишь кому попало — разболтают. Люди ненадёжны. А вот ичу — другое дело. Они преданы только королеве и даже под страхом смерти будут хранить молчание. Поэтому такое поручение она бы дала именно Найду. И я видел пару раз и Найда, и его людей в Предгорьях…

— Где я могу его найти? У него есть какое-то убежище? Дом?

— Да, есть. Я тебе покажу. Королева не держит таких людей во дворце. Только ты должен знать — он искусный убийца. Безжалостный и хладнокровный. И в его доме всегда находится несколько таких же опытных бойцов. А ещё с недавних пор у него в отряде есть два хитта — колдуна, которые прибыли из Ашумана. И теперь они тоже служат Найду. Если раньше он был просто убийцей, то теперь он делает что-то и помимо убийств.

— Хм, колдуны? И они тоже находятся в этом доме?

— Возможно. Скорее всего, — задумчиво ответил генерал.

— Я понял. А что такое «Сарангасса»?

Генерал повернулся и посмотрел на Дитамара немного удивлённо.

— Ты слышал об этом?

— Как видишь, я не терял времени даром, — усмехнулся Дитамар. — Так что это? И зачем королевский галеон возит туда некий «особо ценный груз»?

— Я не знаю, зачем и что это за груз, — ответил генерал. — А Сарангасса — это гора. Священная ашуманская огненная гора. Так говорил капитан, я сам это слышал.

— Огненная гора? Что значит «огненная»?

— Так они называют вулканы. В Ашумане поклоняются подземному огню. И это какое-то их особенное священное место. Возможно, там строят какой-нибудь храм или возят дары, не знаю. Но галеон, который туда ходит, охраняют ичу из отряда Найда.

— Хм-хм. Так вот оно что, — пробормотал Дитамар и прислонился затылком к бархатной обивке сиденья позади себя.

Он внезапно вспомнил тот кошмарный сон, что приснился ему, когда он лежал в забытьи после нападения в порту, а Фингар врачевал его раны.

Высокая тёмная башня, которую обвивает плотными кольцами гигантский огненный змей. Кольца мерцают, становясь то ярче, то угасая, будто угли в догорающем костре, и невозможно оторваться от этого завораживающего пульса.

Сколько этих колец?

Он скользит по ним взглядом, начинает считать… но их слишком много. Он смотрит выше и видит, что башня не достроена, и последнее кольцо венчает чёрная голова огненного змея. Кожистые веки медленно поднимаются, и ониксовые глаза смотрят прямо на него…

И новые кусочки мозаики почти сложились в полную картину.

Этот сон был вовсе и не сном. Вернее, сном, но то, что Дитамар увидел в этом сне — реально существует. Только не здесь, а в Дэйе. В Сумрачном мире. Это в нём священная ашуманская гора выглядит как башня со змеем, а наяву, здесь, в этом мире — это всего лишь вулкан.

«Кровавая луна уже близко… Мы скоро встретимся, Дитамар Сколгар… Врата открыты…»

Врата… Возможно, это тоже Врата, такие же, как были в Лааре, через которые Зверь приходил в этот мир. Кэтриона говорила о них… Башня не достроена, раз нет последнего кольца… А чтобы держать Врата открытыми, им нужен какой-то Источник. В Лааре Врата высасывали жизнь из Источника ибексов…

— А эта гора… Этот вулкан… Ты что-то о нём знаешь? — Дитамар повернулся к генералу.

— Нет. Не знаю. У меня свои заботы, на севере. Я не интересуюсь ашуманскими горами, мне хватает и лаарских, — ответил генерал устало.

— Ладно. С этим я сам разберусь. Так что там за тайну ты обещал мне рассказать, когда проверишь мой рассказ? Сам понимаешь, время дорого. И ты уже во всём убедился. Так помоги мне убить эту гадюку.

Генерал поднял голову и в сумраке кареты некоторое время смотрел на Дитамара, а потом ответил:

— Вряд ли у тебя это получится. Ты не сможешь убить её. Во всяком случае, до тех пор, пока у неё на шее будет одно особенное ожерелье. Чёрные алмазы и рубины — она надевает его на все приёмы. У королевы есть колдунья — видящая, её зовут Сулейка. Королева прячет её от посторонних, но от глаз этой колдуньи не может ничего укрыться. Она живёт в Малом дворце, в тайных покоях королевы, но я видел её несколько раз. Королева иногда берёт её с собой на приёмы, и она прячется где-нибудь в потайном месте, наблюдая за гостями. Однажды я слышал, как она назвала это ожерелье «Глаза Ашша» и велела королеве не снимать его, пока не уедут гонцы — был какой-то большой приём. Я тогда ещё подумал, какое верное название. Эти камни — настоящие глаза змеи. В них нельзя всматриваться слишком долго, можешь умереть. И если ты хочешь сделать то, что задумал, нужно подобраться к королеве так, чтобы она была без этого ожерелья. Иначе она тебя почувствует. Хотя… когда она его не надевает, то больше похожа на совсем обычную женщину…

— Ты говоришь так, как будто тебе её жаль! — воскликнул Дитамар.

— Нет. Не жаль, — генерал посмотрел в окно, на серую пелену дождя, и его голос снова прозвучал устало и как-то обречённо: — Просто, когда я вспоминаю наш с тобой разговор в горах, в моём шатре… Ты тогда сказал, что груз вины раздавит меня. И ты был прав. Мне не жаль её. Мне жаль, что столько лет я был слеп и потерял так много времени. А вот теперь… Теперь я думаю, что даже готов помочь тебе осуществить то, что ты хочешь. Мне всё равно не жить. Я не смогу обмануть королеву, она поймёт, что я всё знаю. Она очень проницательна и безо всякого колдовства. Да я и не хочу скрывать… А когда она поймёт, что я всё знаю, то в ту же ночь пошлёт за мной одну из своих теней. Но если я помогу тебе, то этим хотя бы заглажу вину перед Рией. Ведь получается, что она погибла из-за меня. Но если я смогу остановить войну, то смогу выполнить просьбу Рии — сделать нашу дочь счастливой. По крайней мере, её новому дому больше ничего не будет угрожать.

Дитамар покачал головой и произнёс с кривой усмешкой:

— Если бы в начале осени мне кто-нибудь сказал, что мы станем союзниками, я бы подумал, что он бредит. Но боги, видимо, играют людьми так же, как мы играем в шатрандж. Так давай не разочаруем богов! И раз мы теперь в одной лодке, то стоит увести тебя на край доски до нужного момента, а то ты и правда пойдёшь и выложишь все свои карты на стол перед этой гадюкой. А теперь послушай внимательно, сделаешь, как я скажу, и мы ещё выпьем вина на свадьбе Кайи и Эйвера. Только сделай всё в точности так, как я скажу, чтобы мой план сработал.