Драконий чих, или Отскребайте мага! - Кристина Юраш

Я деликатно вышла за дверь, чтобы не мешать. Потом спокойно зашла в комнату и… запищала. «Уииии!», — задыхалась я. — «Они существуют! И поженились!». Я была счастлива, что прыгала. Единственная сказка, которую рассказывали девочкам — инквизиторшам, сидела в соседней комнате. Живая и настоящая. У меня даже руки тряслись от волнения.

— Он себя вполне контролирует! — послышалось за стенкой. — И уже умеет оборачиваться по своему желанию, а не только на полнолуние!

Они такие милые и легендарные… Я чуть не расплакалась от счастья.

— Так, не паникуй! Главное — не паникуй! Просто подойти и скажи: «Приглашаю вас на чай!», — тряслись мои руки. — Просто подойди и пригласи на чай!

Я, краснея и бледнея дождалась, когда они выйдут и выпалила что-то вроде: «Прглашвасчай!».

— На чай? — обрадовалась пара. — Ну разумеется!

Так что они придут через неделю.

А еще я занимаюсь мелкими делами. У меня даже есть свой кабинет. Где рядком стоят папочки. Два дела я уже распутала. И четыре — запутала окончательно.

— Моя жена — хозяюшка. Умеет готовить документы, шить сроки и вязать преступников, — похвалили меня. И поделились еще парочкой дел.

Абсолютно счастливая, я утащила их в свой кабинет. И теперь один маленький дракон учится читать по протоколам. И сражается деревянным мечом со стулом. Пока что стул побеждает. Но это ненадолго.

— Она почти раскололась, — на стол мне шлепнулась папка. На ней размашисто было написано: «Дело о котлетах». Я вздохнула и поняла. Мы бессильны.

Ребенок требует не просто котлеты! А именно ТЕ котлеты! Именно ТЕ! И никакие другие! В папке лежали показания бывшей поварихи из столовой, которая устала менять место жительства и выходить замуж для смены фамилии. И рецепт, подробности нарушения которого мы сейчас выясняем!

***

— Представь себе чувство, когда летишь в закат… Солнце слепит, а земля рубиновая, — накатил на нас очередной приступ ностальгии. — Или можешь часами лежать и смотреть на звезды. А сам лапой зажимаешь половинку коня.

— А как же рыцарь? — спросила я.

— В пропасть! Я его еще из доспехов не выковыривал! Заняться мне нечем! — фыркнули мне в ответ. — Это если совсем голодно было, то можно помучится. Я один раз половину стада сожрал. Еле до пещеры долетел… Думал, что все… Но нет! Прошли времена…

— Может хватит постоянно смотреть на небо грустными глазами? — спросила я, кутаясь в меховую накидку. — Или вы думаете, я не вижу?

Мы стояли на балконе и смотрели на звезды.

— Куда хочу, туда и смотрю, — слышится вздох. — Пойдем обратно.

Дожили! Я уговариваю дракона полетать! Может, кому-то попался хороший дракон, а вот мне попался вредный, капризный и упрямый.

— Мы одни в этих горах. Здесь уже все в курсе, что вы — дракон… Ну… — осторожно подталкивала я его. — Чего стесняемся? Нет, лучше мы пострадаем, повздыхаем и так далее…

— А если кто-то увидит? — на меня посмотрели внимательные глаза. — И придет сюда? Я обычно стараюсь это делать крайне редко.

— Знаешь, у нормальных людей при виде летающего над горами дракона в голове одна мысль: «Хорошо, хорошо, что далеко!» и «Хоть вы ветер не в мою сторону!».

Порывы ветра трепали мою накидку. «Давай, давай!», — мысленно шептала я.

— Не знаю, — капризничал дракон. — Хотя…

Мне в руки отдали трость — жезл. Плащ слетел с плеч и упал на каменные плиты. Я смотрела на широкую спину. А через мгновенье от балкона оттолкнулась тварь размером с башню.

— Я тоже! — слышался голосок. — Я тоже!

— Фуфл…. Ой! Элберт! — я отловила подросшего дракона уже на перилах. На вид ему было десять. — А ну быстро обратно!

Да! Я могу быть строгой мамой!

— Мам… Ну пожалуйста! — послышался детский голос.

— Несите все! — крикнула я приоткрытую дверь.

— Стой ровно, — сопела я, завязывая меховую шапку на голове ребенка. — Там холодно! Уши простудишь! Передайте еще один свитер!

Служанка подала свитер.

— Руки вверх, мой маленький! — я натягивала свитер и утрамбовывала его в теплое пальто.

— Мама, мне не холодно, — послышался жалобный голос. Папа сделал над нами круг и взмыл вверх. С одним разобралась! Сейчас второй…

— Шарф где? — спросила я у служанки. — И варежки захватите!

— Ой, одну минутку! — улыбалась служанка. Он бросилась в комнату.

Теплый шарф был замотан вокруг утепленного ребенка. Конечно, я могла бы и магией, но магия на драконов не действует!

 — Так, — прокашлялась я, любуясь летящим папой. — Шапку не снимать! Я кому сказала! Мама все видит! И снег с горных вершин не есть! Что? Папе можно. Папа уже взрослый!

В небо взмыл еще один дракон. Только маленький. Всевидящее мамино око внимательно следила за ним.

А потом я прищурилась к горной вершине, на которую Элберт приземлился и обратился в человека, валяясь в снегу.

Ой!

Папа сделал такой финт, что чуть не снес половину дворца. Резвится. Соскучился. 

— Вкус-с-сно тебе? — усмехнулась я, когда папа сожрал целый сугроб. Эх... 

Не надо забывать, что первые шестьсот лет в жизни драконов — самые тяжелые. То глупая принцесса просит не есть ее. То какие — то странные люди чешут тебя копьями. Ты просишь пониже и левее, а они в панике разбегаются.

Я не умею летать. У меня нет крыльев. Но я умею летать вместе с ними. Просто никто этого не видит. А все потому, что я умею летать сердцем. 

Так, а кто шапку снял! Нет, вроде не снял... А нет! Снял!

Конец!