Мятные пряники - Анастасия Енодина

Пятое подпространство было празднично-новогодним. Стояло раннее утро, но предрассветные сумерки не были заметны в этом измерении: все дома подсвечивались неяркими огнями, все деревья были украшены светящимися гирляндами, а на каждом столбе, а столбы были понатыканы очень, даже слишком, часто, висели огромные красивые фонари, защищённые разноцветными витражными стёклышками: одни витражи были просто ярким сочетанием цветов, другие — красочными изображениями животных, птиц или растений. Красиво, уютно и радостно-волшебно. У темноты не было шансов.

Мокк и Янк шумно принюхивались и водили усами, после чего норс одобрительно по содержанию, но безэмоционально по голосу, сказал:

— Да, это тот самый город, в котором хранилище книг, — он протянул несколько монет непонятно кому и объяснил: — Этого хватит, чтобы любой с радостью показал вам дорогу. Мы на некоторое время покинем это измерение — здесь нас не жалуют, и потому стараются создать яркое освещение. Здесь нам лучше не попадаться, а то мало ли…

Юрий взял монеты, поскольку никто не брал их, а протянутая лапка норса начинала слабеть. Флакнорсы учтиво поклонились или просто очень выразительно кивнули своими головами — с их комплекцией и не понять — и исчезли. Я тоскливо вздохнула: вот и приключения, вот и ещё один новый мир. Красивый, конечно, мир, этого не отнять. Постаралась представить, что просто приехала в другой город в канун какого-то местного праздника.

— Почему меня домой отправить не вышло, а в это пятое измерение мы попали с первого раза? — я почему-то адресовала свой вопрос Лисмусу, полагая, что это его происки, раз он то стремился меня удержать, то теперь чуть ли не игнорирует, на что он резонно ответил:

— Я бы не пытался тебя тогда остановить, если бы мог по своему желанию не позволять Пути открываться…

Его взгляд был спокойным и каким-то тёплым. пришлось отвернуться.

— Допустим, — кивнула я. — Но сейчас мы тут, флакнорсы ушли, и непонятно, как мы вернёмся назад! — это я тоже высказала Лису, хотя тут он точно был не при чём — флакнорсы ретировались слишком быстро, и не было возможности обсудить детали, которые, может быть, озвучивал Квинт, когда его никто не слушал, не веря в успех.

Лисмус не знал, что ответить. Озвучив своё негодование, я вдруг подумала, что ужасно приятно, что мы нормально разговариваем с этим мужчиной, словно не было у нас разногласий и нелепых откровений. Из раздумий меня вывел голос Юрия.

— Смотрите, — доктор указал на неторопливо приближающуюся к ним по узкой улочке телегу. — Давайте попробуем… Может, подвезёт… Говорить буду я.

Мы пошли навстречу и вскоре лошадь остановилась около нас. Умные глаза посмотрели на меня, и я улыбнулась. Лошадь была большая, гораздо крупнее Тафрака, тёмная, с красивой блестящей шкурой, которую хотелось погладить, и шикарной гривой, нуждающейся в расчёсывании.

Что ж, около нас остановились, это уже хороший знак. может, действительно повезёт и нас доставят на нужное место, а то ни один из нас не запомнил, что говорил Квинт по поводу местонахождения Хранителя.

На телеге сидел и управлял лошадкой неопределённого возраста мужичок, которому Юрий протянул монеты и сказал:

— Нам нужно к хранителю книг, — доктор справедливо посчитал, что такая формулировка самая безопасная — не создастся впечатления, что они не знают дороги, а покажется, что им просто надо, чтобы их подвезли.

Мужичок взял монеты, удивлённо стал их разглядывать и пробовать на зуб. Судя по всему, он остался доволен, и любезно пригласил в свою телегу. По дороге он несколько раз хотел начать разговор, но не решался — его попутчики были молчаливы даже между собой, и каждый раз человек отказывался от идеи прервать это молчание, хоть и было видно, что его так и подмывает что-то спросить.

— Прошу, — останавливая лошадку около великолепно подсвеченного сине-зелёными лучами здания, сказал хозяин телеги, на что каждый из подвозимых им людей учтиво кивнул ему, но не сказал ни слова и молча спешился.

Стоило мне последней ступить на землю, как лошадь тронулась, и цокот копыт и поскрипывание колеса стали удаляться.

Малолюдно здесь в ранние часы, как бы подозрение не вызвать… Домики невысокие, одно и двух этажные. Вообще, городок приятный, в таком хочется жить.

Я посмотрела на своих друзей. Спокойны и как-то даже восхищены. Кажется, Юрий проникся пониманием к Лису, раз в последнее время я ни разу не слышала предостережений от Доктора и не ловила его негодующий взгляд, которым он любил одаривать то меня, то Лисмуса, если уличал нас во внимании друг к другу. Интересно, к чему такие перемены? То ли Юрий уверовал, что Лис мне и даром не нужен, то ли понял, что от него ничего не зависит, то ли отыскал в Лисмусе то, чего пока не нашла я. Или нашла, но не хотела признаваться себе и думать об этом, чтобы окончательно не пропасть.

К двери в здание вела песчаная тропинка, по обе стороны от которой располагались кованые столбики, с висящими на них разноцветными фонариками. Миленько смотрится, надо на даче так же сделать, если вернусь домой.

— Что, если в такую рань никого там нет? — тихо спросила я, оглядываясь на безлюдный городок.

— Хранитель книг живёт в хранилище — как раз в такую рань он точно дома! — обнадёжил Лисмус.

— А ты откуда знаешь? — прищурилась я.

— Квинт рассказывал. Просто я слушал чуть дольше чем вы, прежде чем уйти в свои мысли, — он улыбнулся мне своей обаятельной улыбкой, и я подумала, что мне бы очень хотелось, чтобы он действительно был таким, каким он описывал своих сородичей в моменты откровения, хоть сперва это и показалось мне ужасно отталкивающим.

Юрий взялся за металлическую ручку, которая на манер Средневековья была выполнена в виде кольца, зажатого в пасти какого-то диковинного зверя, и вежливо постучал этим кольцом по двери.

— Дверь не заперта! — раздался мелодичный женский голос из недр здания.

Доктор потянул кольцо на себя, и дверь действительно легко открылась, скрипнув давно не смазанными петлями.

Юрий смело вошёл внутрь, а я вдруг почувствовала смятение. Не люблю соваться в такие места… Лисмус дотронулся до моей спины ладонью, слегка подталкивая вперёд. Я глянула на него и встретилась взглядом со спокойными серыми глазами.

— Пойдём, мы ведь для этого здесь, — шепнул он мне, склонившись к моему уху.

Слишком близко, чтобы сердце моё не забилось учащённо. Но он испортил момент, отняв руку от меня и кивком указывая на Юрия, который стоял, полуобернувшись на нас и ждал, когда мы, наконец, последуем за ним.

Мы вошли, и дверь за нами хлопнула, отчего я вздрогнула. Лис, почувствовав, что мне становится не по себе, протянул мне руку, которую я проигнорировала. Ещё не хватало за ручку с ним ходить, этого я точно не выдержу и захочу стать с ним ближе.

В помещении, где мы оказались, находился большой массивный стол и бесчисленное количество стеллажей и полок, на которых располагалось ещё более бесчисленное множество разноформатных книг. За огромным прочным столом, явно теряясь на его фоне, сидела хрупкая девушка в очках и что-то читала. Её длинные светлые распущенные вьющиеся волосы были заправлены за уши, и она задумчиво наматывала на палец один из своих локонов.