Невеста маршала Дрейконвиля - Ева Финова

Та-ак, если эта неугомонная попытается открыть дверь, то магический кристалл встанет в выцарапанный в металле паз и…

– Ай! – громко раздалось на весь коридор.

Из соседней комнаты показалась белая как мел леди Алабель.

– Может быть, мне её впустить, пока она не привлекла ещё больше внимания? – буквально проскулила она.

А я нахмурилась. Да, это верно. Мои крылья никто не должен видеть. И даже знать об их существовании. С неудовольствием ещё и отметила, будто кто-то меня переодел. Правда, ночную рубашку впопыхах надел задом наперёд. Ну ничего. Для любовницы жениха и так сойдёт.

Пошла открывать дверь в таком виде. Быстро пробежалась босыми пятками по каменному полу, чулки и туфли искать не стала. Подошла к двери, сняла кожаный шнурок-петельку с заряжающего ловушку крючкового механизма. И сама аккуратно отворила дверь, чтобы не порвать не сильно закреплённые ремешки. Ради пары десятков гвоздей и нескольких уголков, увы, пришлось даже разобрать прикроватную тумбочку.

– Ты! – без предисловий начала Эн’Диара Когут, когда я чуть-чуть приоткрыла дверь. – Почему ты не появляешься в столовой и изображаешь недомогание?

– А тебе какое дело? – не стала манерничать я. – Мне кажется, ты не имеешь права даже спрашивать о подобном, не говоря уж о том, чтобы заявляться в мою спальню и повышать на меня голос.

Переварив услышанное, драконица вначале скривилась, а после хмыкнула и демонстративно положила руку на свой плоский живот под тканью бледно-голубого кружевного платья с низким вырезом на груди.

– Это мы ещё посмотрим, в каком положении будет кто-то из нас двоих, когда о нашей плодотворной… – на этом слове любовница маршала сделала акцент, – связи с Ан’Варном узнают его родители. Ведь они меня и подослали, чтобы я вперёд тебя родила их сыну первенца-дракона!

Я изумлённо приоткрыла рот, не в силах совладать со своими эмоциями.

«Как? Как такое возможно?! – чуть не слетело с моих губ, пока я не опомнилась, меняя изумлённое выражение лица на спокойное. – Неужели леди Эн способна на такую подлость?»

А затем я себя одёрнула.

– Меня это не волнует, – произнесла как можно более ровно. – У тебя все? – Здесь я сделала акцент на каждом слове, подчёркивая фамильярное к ней обращение.

– Нет!

– Что ж, значит, это твои проблемы, – констатировала я строго. – Убирайся прочь. Желательно подальше от моей спальни. И больше ко мне не приближайся, иначе я прикажу Ан’Варну тебя прогнать.

Я притворно ухмыльнулась, идя на откровенный блеф:

– Ведь если ты припомнишь нашу встречу в оружейной королевского замка Сталеса и то, как маршал меня целовал, то с лёгкостью сможешь понять, какие чувства к кому он испытывает…

На лице драконицы выступили ярко-красные пятна, и она обдала меня пепельным дыханием. Неприятное тепло защипало кожу лица.

Однако позади меня в этот самый момент зазвучал голос служанки:

– Леди Фибиан? Мне можно вас переодеть?

– Да, – согласилась я, стараясь не выдать свой страх и дрожь по всему телу. Выдержала мстительный взгляд Эн’Диары Когут и в следующий миг закрыла дверь прямо перед её носом. И заставила драконицу сделать шаг назад, чтобы ничего не прищемить.

Из коридора зазвучала громкая ругань на драконьем языке, после чего всё стихло.

А я вдруг почувствовала себя выжатым лимоном. Одна краткая перепалка с этой дамочкой лишила меня всяческих сил к существованию, будто я и не спала вовсе столько времени.

– Кстати, а сколько времени я проспала? – С этими словами я перевела взгляд на Алабель.

Та посмотрела в окно и ответила неуверенно:

– Около шести часов. Ваш обед и завтрак стоят на столе. Костоправов я к вам не подпустила, оправдалась женским недомоганием.

– Вот как? – я изумилась находчивости зверолюдки. – Костоправов?

Вначале спросила, а после припомнила, что у драконов должность лекаря называется именно так. Видимо, у них часты вывихи и переломы, с которыми сталкиваются эти существа.

«Да уж, дрались бы меньше и аккуратнее летали», – проворчала я в уме, когда отправилась завтракать, а заодно и обедать. Попутно решила расспросить леди Алабель про её отношение к происходящему, в частности, магическим крыльям. Но не успела произнести хоть слово, как вдруг услышала за своей спиной причитания служанки:

– Нам нужно спешить, надо поскорее убраться подальше от этого замка, пока не случилось непоправимое!

Она внесла в комнату моё платье – походное замшевое вместе с чулками под него и удобными сапогами.

Я же, до того с остервенением жующая зажаренное на вертеле мясо птицы, чуть не подавилась. Только усилием воли вначале прожевала, а после проглотила и выпила воды, чтобы не икать из-за сухомятки.

– Что ты имеешь в виду?

– Не могу рассказать, но, пожалуйста, поверьте мне на слово! – В её голосе зазвучали панические нотки. Нет. Она и сама сейчас олицетворяла сплошную истерику. А я изумлённо взирала в её сторону и только продолжала жевать, в этот раз какую-то булочку с мясом.

Поморщилась, икнула и вновь приложилась к стакану с простой водой, даже без специй или сахара. После с сожалением посмотрела на подносы хоть и сытной, но не очень вкусной еды и прошла к кровати. Решила всё-таки переодеться и внимательно выслушать доводы леди Алабель.

Однако тотчас пришло страшное осознание.

– Крылья? Они узнали что-то о магоплане? – предположила я, рассматривая убранную комнату, словно впервые её увидела. Все следы ночной бурной деятельности будто испарились в воздухе.

– Нет… К приходу леди Латан я убралась. Все опилки и обломки тумбочки спрятала под кровать. Зачем вы её сломали?

Я не ответила, а показала взглядом на запирающие механизмы.

– А, да, мне пришлось их впускать через свою комнату. Потому как притрагиваться к этому я не рискнула.

– Ага, – я улыбнулась её намёку и поняла, что все эти ловушки не имеют никакой силы, если есть смежная комната слуг и ничем не защищённый выход в коридор оттуда. Вздохнула с досадой и стянула с себя ночную рубашку, начав надевать льняную исподнюю, а сверху замшевое платье с менее объёмной юбкой, чем у моего предыдущего наряда. Когда же очередь дошла до чулок, ко мне пожаловали гости.

– Ай! – зазвучал недовольный возглас со стороны комнаты Ан’Варна Латана.

Леди Алабель вмиг побелела и поспешила зайти в свою комнату, плотно закрыв за собой дверь. Ручка дёрнулась повторно, но в этот раз сильнее. Висящий на нескольких гвоздях шнурок слетел, стоило маршалу приложить чуть больше усилий.

Дверь между нашими спальнями открылась, и я увидела грозного жениха собственной персоной. Невольно вспомнились переживания гувернантки. Неужели она хотела предупредить о его гневе?