Одной крови - Алина Рейн

Похоже, шериф и весь его отдел зашиваются. Кроули выглядел плохо. Двухдневная рыжая щетина на усталом, сосредоточенном лице, цепкие карие глаза в обрамлении фиолетовых кругов. Форма слегка мятая, будто он ночевал прямо тут, на маленьком диванчике в своем кабинете, не отходя от рабочего места. Да и все в управлении шерифа выглядели примерно так же – загнанные, но скрупулёзно занятые делом.

Я задержала взгляд на нескольких наградах за спиной шерифа, висевших в рамочках на почётном месте: «Лучшая раскрываемость в районе», «за заслуги в рядах специальных подразделений», «за вклад в укрепление правопорядка». Слегка покрытые пылью, они были призваны донести до входящих в этот кабинет, что здесь вершит дела настоящий профессионал своего дела. А на узких полках – пара фотографий, но уже без пыли. Очевидно, их регулярно протирали. На первой – женщина в полный рост, лица не разглядеть, держащая на руках небольшой свёрток. Ребенок, надо полагать. На фотографии побольше – дом, озаренный солнечными лучами.

– Доброго дня, шериф. Не хотелось бы вас отвлекать… А… что вообще случилось?

Он замялся, отправляя папку обратно в коробку. Похоже, не очень хотел делиться подробностями. Но потом всё же устало вздохнул и ответил:

– Участились случаи укусов животных. Очень странно.

Необычно. Я не это ожидала услышать. Шериф, судя по всему, решил взять минутную передышку и уселся за стол. Жестом пригласил меня сесть напротив. Я вдруг поймала себя на том, что мне стало очень любопытно узнать подробности этих нападений, о которых говорит шериф, и убедить себя, что это не моя вина.

– А что странного, можно поинтересоваться?

– Можно, – мужчина слегка кивнул и скрестил пальцы перед собой. Снова я почувствовала его колкий профессиональный взгляд, готовый начать оценивать мою реакцию. – Возможно, и вы что-то знаете. Все жертвы – девушки от семнадцати до двадцати пяти лет. Стройные и миловидные. И что особенно примечательно – жертвы сами не обращались за помощью ни в полицию, ни в скорую. Во всех случаях либо раны замечали родственники, либо девушки теряли сознание от потери крови в общественных местах – в магазине, на работе, на остановке.

– Что у них за раны?

– Укусы. Разной тяжести. Преимущественно в шею – самый лёгкий случай. У некоторых были замечены раны на плечах, а у Эмилии Робинс из вашей школы – хм… травмирована паховая вена. Бедняжка чуть не истекла кровью, возвращаясь домой вчера утром. Её заметил водитель автобуса, проезжающего мимо. Чудом успели спасти.

– Жертвы… девушки, они что-то говорят?

– Нет, – удрученно вздохнул Кроули. – В этом самая большая странность. Они не замечают боли, не обращаются за медицинской помощью. Они как будто в трансе. Анализы на токсины ничего не показали. Чертовщина какая-то. И они ничего не помнят о том, что их так изувечило.

– Или кто… – тихо произнесла я, но Кроули меня услышал.

– Что вы имеете в виду?

Его взгляд стал еще более пристальным, будто сканер, проникающий вглубь меня. Но я не боялась, хоть и подозревала, чьих рук это дело. Кончики пальцев похолодели, унося разум обратно в школьный спортивный зал в разгар маскарада.

– Вы сказали, что это укусы животных. Но раз девушки не могут это подтвердить, то… это, может быть, вовсе и не животное? Есть свидетели нападений?

– В теории… – замялся шериф. – Возможно, не животное, конечно. Но мы же с вами в реальном мире, – он хмыкнул, прогоняя от себя смехотворные доводы, как назойливых мух. – Неужели вы думаете, что по Криспу ходит маньяк, который кусает девушек? Или вампир? Свидетелей пока нет, к сожалению.

А свидетель-то был! Внезапная догадка пришла откуда-то изнутри, будто теннисный мячик, подкинутый глорхом и удачно пойманный мной. Я была свидетелем. Тогда, за школой. Мне казалось, что я предотвращаю насилие, но похоже, это было нападение. Нападение вампира. Хрень какая-то! Мы же не в «Сумерках»!

Это куда более мрачная история…

Я наклонилась так, чтобы лицо приблизилось к мужчине, и вкрадчиво проговорила, не до конца понимая, почему не промолчала:

– Реальность для меня и для вас, шериф, это две разные плоскости.

Стало ясно, кто виновен в этих нападениях. И теперь мне понятно, что Нейтан и его высокий телохранитель (или садовник, уж не знаю, кем он ему приходится) точно замешаны в этом. И, возможно, если в полиции начнут всерьёз рассматривать версию о том, что это могло быть вовсе не животное, новых жертв удастся избежать. Или хотя бы сократить их количество.

– Хм… любопытно. Для девочек, фанатеющих по вампирским фильмам. Так вы сказали, у вас ко мне просьба? Если можно, изложите вкратце, у меня много работы.

Мою версию не приняли всерьёз, но и надежды на это было мало. А ведь я пришла вовсе не помогать в расследованиях всему участку.

– Я коротко, не волнуйтесь, шериф Кроули, – дрожащими пальцами я протянула задумчивому мужчине листок с номером телефона. – Пробейте этот номер, пожалуйста. Хотелось бы знать текущее местоположение. Или, возможно, где чаще всего бывает. Может, адрес дома.

– Вы понимаете, о чем просите? – он смерил меня сердитым взглядом, даже не взглянув на номер телефона. – Без дела, без ордера я не могу задействовать ресурсы полицейского участка.

На случай его отказа у меня был приготовлен рабочий метод для получения желаемого. Не хотелось прибегать к нему, всё же это противоестественно и очень смахивает на насилие над разумом, но на кону человеческие жизни. И возможные жертвы уже могут не отделаться парой укусов.

– Я понимаю – вкрадчиво произнесла я, наклоняясь ближе и глядя прямо в карие глаза шерифа. Призвала изнутри всю свою неведомую силу убеждения. – Только один раз, шериф. Никто об этом не узнает, я обещаю. Это вопрос жизни и смерти.

Несколько напряженных секунд, и я вижу, что мужчина капитулировал. Его плечи опустились, поза стала более расслабленной, а взгляд затуманился на какое-то мимолётное мгновение.

– Хорошо, – он устало массировал виски, прикрыв при этом глаза. – Но потребуется время. У вас есть еще какие-то данные? Кому принадлежит этот номер телефона?

– Его зовут Нейтан, брюнет, около двадцати пяти лет. Хотя он обмолвился, что ему двести пять. Не важно, – поправила я себя, когда сосредоточенный взгляд шерифа сменился на недоумённый. – Фамилию я не знаю и думаю, он не из нашего города. Скорее всего, приехал недавно.

– Это всё?

– Да.

– Чертовски мало, мисс Уайлд. Но я попробую что-то сделать для вас. И никто не должен знать об этом.

– Понимаю, – поспешила я заверить шерифа.

– Оставьте ваш номер телефона. Я позвоню, когда будут какие-то зацепки.

Я молча написала несколько цифр на любезно предложенном листке бумаги и пододвинула его к Кроули.

– Красивый дом, – жестом указала на фотографию позади мужчины. Уже пару минут я не могла отвести от неё взгляд. Двухэтажный коттедж с отделкой из желтого дерева. В лучах солнца и в окружении зелени он будто сошел с открытки. Не хватает щебета птиц. И на секунду мне показалось, что я их услышала.