В свете алого заката на Талак - Андрей Голенищев

— Думай, — говорил он себе, — думай.

Менада, испуганная и растерянная, села на кочку, схватила руку Фаоландана и не отпускала. Ронни стоял, точно дозорный на башне. Сидящий Бык закурил трубку, причмокивал и выпускал дым.

— Как думаешь, есть надежда? — спросила Менада. — Я не хочу умирать.

— Мы справимся, — ответил Фаоландан. — Латлудиус нас еще никогда не подводил. Он наши мозги, а я наше оружие. Вместе мы преодолеем любые препятствия.

Менада не стала чувствовать себя лучше после этих слов, она смотрела на мага, не отрывала взгляд, ждала пока он встанет и все им расскажет. Фаоландан смотрел на нее, гладил ее ладонь. Сердце внутри разрывалось. В ушах пронзительный звон.

Бараху встрепенулся и залаял на прилетевшего Матафайре. Птица смотрела на него снизу вверх без капли страха.

Они чувствуют приближающуюся смерть, подумал Ронни и вытащил пистолет Стечкина и первой же пулей спустил птицу на землю. Волкодав подбежал к ней виляя хвостом и принюхался и посмотрел на Ронни и фыркнул. Есть не стал.

Латлудиус прокашлялся и привлек внимание группы на себя. Он поднялся с тяжелым вздохом. Лицо серьезней некуда.

— Мы все это время смотрели не туда, — сказал.

Все затаили дыхание.

— Мы полагали, что тотемы — это символ леса. Что если это не так? Представьте другой вариант событий, где они — это причина заражения. Тогда становится понятно, почему, когда мы показали Сидящего Быка Энту, он указал на тотем.

— Не вяжется теория, ты же сам сказал, что орки атаковали этот столб.

— Я сказал, что они использовали темные магические лучи. То, что они его атаковали мы сами додумали. Попробуй понять, что я имею ввиду: ловушки-проклятие — это продукт заклинаний тьмы. Они могут появляться как точечно, благодаря орочьим магам, так и могут заражать гектары земли. Предполагаю, что для второго им тотемы и нужны. Они не пытались разрушить его темной магией, они пытались его активировать. Но у них не получалось.

— И почему у них не получалось? — спросил Фаоландан.

У Латлудиуса дернулся кончик рта:

— Мы бы никогда и не узнали ответ, если бы наш жадный до первого места в рейтинге снайпер. Судя по всему, птица, которую он убил, блокировала работу главного тотема. И после ее смерти защита спала. Переполненный энергией второстепенный тотем передал свой запас главному и тот спустя время заработал.

— А как объяснить исчезновение меток на деревьях?

— Они не были активными, — сказал Ронни.

— В смысле?

— Откройте бестиарий. ИИ недавно выложила информацию о использованных и активных ловушках.

Все на минуту замолчали, затем уставились на Ронни:

— Не поделишься, как ты блять это узнал и почему молчал? — завопил Фаоландан. — Проклятие на Менаде — это твоя вина!

— Чушь, ты и сам это понимаешь. Если бы я знал, что это так произойдет, я бы сказал, будь уверен.

— Ты открываешь рот, когда не нужно, а когда нужно молчишь. Эта информация могла все изменить.

— Заткнитесь, дайте подумать, — крикнул Латлудиус, махнув рукой и через пару минут продолжил. — Выходит, что тотемы работают как отдельный механизм. Они убирают использованные ловушки и создают новые. Обладая полной информацией, теперь, мы, кажется, сможем эту проблему решить, потому что точно знаем в каком направлении двигаться.

В лицах Менады, Фаоландана и Сидящего Быка появился свет надежды. Они поднялись, воспряли духом и спросили:

— Говори, что нужно делать.

— Идите сюда.

Они подошли.

— Откройте карту.

Открыли.

— А теперь самое интересное. Взгляните на зараженную местность, которую мы прошли в самом начале. У нее круглые границы. Что еще странного вы заметили?

— Черные точки, — сказал Ронни. — Одна в центре, остальные на двенадцать, три, шесть и девять часов.

— Верно. Я предполагаю, что раньше там стояли тотемы.

— Вот и раскрылась очередная тайна. Получается у нас тотемы расположены по подобному принципу, верно?

— Да. Отметим их маркером на карте. Прямая линия. Значит, один из них центральный, второй второстепенный. Смею предположить, что тот, который позади нас — главный. Второстепенный на шесть часов, значит есть и те, что на три часа, на девять и на двенадцать. Рисуем круг циркулем. Вот в этой зоне и происходит заражение. Второстепенные питают главный тотем, он пульсирует и наносит ловушки на деревья. Если я не прав и главный тотем — этот тот, что на шесть часов, то мы постараемся, как можно быстрей реорганизоваться по той же схеме.

Латлудиус осмотрел всех и каждого, и заметил, как глаза Фаоландана смотрели в землю, а на лице смущение:

— Есть что-то, что тебя смущает?

Он прокашлялся и сказал:

— Почему орки не оставляют ловушки на каждом шагу?

— Скорее всего, это требует больших запасов маны.

Все закивали.

— Логично.

— Если вопросов больше не осталось, мы поступим следующим образом. Сидящий Бык, ты еще в силах передвигаться?

— Да.

— Тогда ты отправляешься к тотему на шесть часов. Там ты уже вряд ли встретишь сопротивление. Менада остаешься у главного тотема. Сожги его дотла. Ронни, ты отправляешься на три часа, Фаоландан на девять, я на двенадцать. Придется сражаться в одиночку, иначе времени может не хватить. Если я прав, то мы все вместе доберемся до блокпоста к вечеру. — Он сделал паузу и продолжил. — Целыми и невредимыми.

Они поднялись, готовые идти каждый в своем направлении, как Латлудиус ахнул.

— Что случилось?

Он указал пальцем вперед. Остальные заметили, как еще одна ловушка, расположенная на дереве в пятнадцати метрах от них, выпустила туман, который долетел до ближайшего Хессатуле и активировал на его коре новый символ.

— Они размножаются, гореть мне в пламени Гефеста, — сказала Менада.

— Мне страшно, — сказал Фаоландан.

— Нам всем страшно. Поторопимся. Будем поддерживать связь в чате. Как закончите, отправляйтесь к северному тотему. Это будет точка общего сбора.

Глава 9. Часть 4. «Туда, где умолкает солнце»

Сидящий Бык двигался назад в южную часть леса. Ноги то и дело его подводили. Он падал. Сухие хвойные ветки царапали его лицо и руки, но он находил в себе волю не останавливаться. Левая рука совсем отказала. Кожа почернела и сливалась с тьмой вокруг. Он миновал зыбучие топи, перелез через овраги и пересек реку, прыгая с камня на камень.

Правая нога подкосилась. Он упал, а когда вставал, то увидел странное пятно метрах в ста за деревом, которое сразу же исчезло. Сидящий Бык пригнулся, хотел достать лук и стрелу, но для выстрела ему требовались обе руки. Шел скрытно, подобно хищнику на охоте, прятался за кустами,