Кровавая осень - Брайан Макклеллан

Но где же Бо? Где Ка-Поэль? Таниэлем овладела паника. Тяжело дыша, он ухватился за пробегавшего мимо солдата:

– Где Бо?

Тот замотал головой.

– Где Избранный Борбадор?

– Не знаю, сэр.

Таниэль пошел дальше, то и дело натыкаясь на дымящиеся трупы, в беспорядке разбросанные по всему лагерю, словно его обстреливала вражеская артиллерия. Теперь ему все чаще попадались убитые кезанцы, и в конце концов он понял, что адроанские солдаты отчаянно сопротивлялись. В одном месте он нашел пятьдесят обугленных трупов, лежавших в ряд, и только по зажатым в руках ружьям Хруша можно было определить, что это адроанцы.

– Бо! Ка-Поэль!

Таниэль споткнулся и ушиб колено, даже не заметив, что перепачкал пеплом новый мундир. Он поднялся и похромал вперед, продолжая звать своего друга и возлюбленную. Откуда-то появились спасательные команды, проверявшие каждое присыпанное пеплом тело.

– Вы не видели Избранного Борбадора? Или дикарку-Всевидящую?

В ответ все лишь качали головами.

Потрясенный Таниэль брел пошатываясь по кромешному аду, в который превратился адроанский лагерь. Мимо взад-вперед носились солдаты; один зацепил его плечом и едва не сбил с ног. Наконец Таниэль наткнулся на своего отца, пытавшегося с помощью Третьей бригады навести хоть какой-то порядок.

– Скорее тушите пожар! – кричал Тамас. – Олем, мне нужны рапорты о потерях. Кровавая бездна, кто на нас напал? Сколько их было?

– Кезанцы, – ответил Таниэль. – Я видел их трупы. Повсюду остались следы магии. Здесь поработали несколько Избранных. Кто-то сказал мне, что их было больше десятка, и еще пять тысяч пехоты.

– У нас большие потери, – ответил Тамас. – Но все же не настолько. Бездна, я считал, что у кезанцев не осталось Избранных. Олем!

– Да, я здесь, сэр!

– Не могу найти Ка-Поэль, – сказал Таниэль.

Тамас резко развернулся:

– Олем, отправь десять человек искать Ка-Поэль. А где Бо?

– Его я тоже не нашел.

Таниэль пытался справиться с паникой. Его дыхание участилось, внутри все сжалось от страха. Пастельные следы магии все еще стояли перед глазами. Он вспомнил, как по настоянию Тамаса уезжал на переговоры. Бо игриво взъерошил волосы Ка-Поэль и сказал: «Я присмотрю за сестренкой. Ступай играться в политику».

Таниэлю никак не удавалось успокоить дыхание. Не считая Тамаса, Бо и Ка-Поэль были единственными дорогими для него людьми во всем мире. Потерять сразу обоих…

– Таниэль. – Тамас положил руку на его плечо, продолжая раздавать приказы. – Мы найдем ее.

– Если она погибла, то я… не знаю, что со мной будет. Я не смогу… Бо. Она должна быть вместе с Бо.

– Если она погибла, нас ждут большие неприятности, – спокойно ответил фельдмаршал. – Как только Кресимир освободится от ее чар, мы все станем покойниками.

Таниэль схватил Тамаса за отвороты мундира и подтянул к себе, так что лицо фельдмаршала оказалось всего в нескольких дюймах от его собственного.

– Жизнь Ка-Поэль важней этого проклятого бога!

Пораженный и немного раздосадованный отчаянием сына, Тамас хлестнул его по лицу:

– Возьми себя в руки, мальчишка!

Не помня себя от гнева, Таниэль шагнул вперед и занес руку для удара, но внезапно их с Тамасом отшвырнули друг от друга.

– Успокойтесь, оба! – крикнула ученица Бо, вставая между ними. – Ищите Ка-Поэль! Ищите Бо! Мы все по одну сторону. – Казалось, ее разгневанное лицо возвышается над ними, хотя девушка была на голову ниже и того и другого. – Сегодня и так пролилось достаточно крови.

– Убирайтесь… – гневно прорычал Тамас, но тут же умолк: Нила вытянула в его сторону указательный палец, и обе ее руки внезапно охватило пламя.

Наставив другой палец на Таниэля, девушка обратила на обоих хищный взгляд разъяренной львицы.

– Видит Кресимир, я подожгу ваши сапоги, если вы не успокоитесь, – пригрозила она.

– Сэр! – донесся из темноты чей-то голос. – Мы нашли Избранного Борбадора. Идемте скорей!

Ниле было некогда думать ни о том, что она встала между двумя самыми сильными пороховыми магами в мире, ни о своем гневе и охватившем ее руки пламени. Даже то, что следом за ней бегут другие люди, она улавливала только краем сознания.

Она думала лишь о Бо. Что, если его нашли уже мертвым?

Как только Тамаса и Таниэля удалось разнять, солдат повел их за собой сквозь темноту и дым, подняв факел над головой. Нила спотыкалась на бегу, ее руки отчаянно дрожали. Сожженная трава уступила место грязной, комковатой земле, замедлявшей и без того неуверенный бег. Клубы дыма причудливо извивались в свете факела, отбрасывая на землю гротескные тени.

Тамаса окликнули. Он велел остальным найти Бо, а сам умчался за посыльным.

Дым начал рассеиваться, в воздухе запахло влажной прелью, словно Нила спустилась в сырой холодный погреб. Они подбежали к огромным кучам земли. Казалось, кто-то вскопал поле лопатой величиной с целый дом. Нила не решилась открыть третий глаз, опасаясь, как бы ей опять не сделалось дурно. Но в этом и не было необходимости. Она и так чувствовала прошедшую по земле гигантским плугом мощную магию, и эта картина испугала Нилу до смерти.

Бо называл таких Избранных «земляными». Они могли управлять твердыми элементами и даже изменять ландшафт.

Мимо Нилы промчался Таниэль, оттолкнув девушку в сторону.

– Бо! Проклятье, да где же он? Бо!

Неужели он не чувствовал высвобожденной здесь силы? Ниле казалось, что это западня, готовая засыпать землей любого, кто по неосторожности попадет в нее. Тяжело дыша и дрожа от страха, она остановилась на вершине одной из куч.

– Бо!

Громкий выкрик Таниэля привел Нилу в чувство, и она заторопилась вперед, пока страх снова не остановит ее.

Бо лежал, полузасыпанный землей. Его окружал целый лес черных стержней, высотой в три-четыре фута и толщиной в руку человека, вероятно вонзившихся в грунт со страшной силой. От них так разило магией, что Нила с трудом заставила себя приблизиться. От стержней в холодный ночной воздух поднимался густой пар.

– Не трогайте их!

Отчаянный пронзительный крик Бо раздался слишком поздно. Незадачливый солдат ухватился за стержень обеими руками, но тут же взвыл от боли и отскочил назад с обожженными ладонями.

– Проклятье, на них очень крепкие чары, – произнес Бо слабым голосом. Он дрожал всем телом, пот заливал его лицо. – Огонь и земля, соединенные вместе, сохраняют их горячими. Не знаю, сколько это будет продолжаться, но меня уже изрядно поджарили.

Семь стержней плотно прижимались к Бо, не давая ему пошевелиться. Нила взяла факел у одного из солдат и поднесла ближе. Ее подозрения подтвердились. Руки Избранного были залиты кровью, а перчатки превратились в лохмотья.