Скорбный день - Ольга Герр

Макс выпрямился. Он больше не нависал над ней. Стало легче дышать, в голове прояснилось, и она пожалела, что призналась. Желая исправить положение, Ева принялась оправдываться:

− Это вышло случайно.

− Какая разница? – он дернул плечом. – Думаешь, от того, что ты сделала это ненамеренно, мне не так больно?

Она закусила нижнюю губу. Что тут ответишь?

В кухне было темно. Макс не включал люстру. Но лунного света было достаточно, чтобы заметить блеск в его глазах − он из последних сил сдерживал слезы.

− Кто это был? – поинтересовался Макс, но, не дождавшись ответа, догадался: − ах, ну да, разумеется, Алекс. Больше некому.

− Мне безумно жаль.

− И давно это у вас?

− Нет! − возмутилась Ева. – Он мне даже не нравится. Просто так совпало. И потом большей частью это была не я.

− А кто же?

− Тьма.

Ева сказала чистую правду. Тьма в тот злополучный день подавила ее волю. Она все чаще выходила из-под контроля. Именно Тьма была с Алексом. Сама Ева на такое никогда бы не пошла.

− Хочешь сказать, у тебя раздвоение личности? – усмехнулся Макс.

− Так и есть, − Ева уцепилась за эту идею, как тонущий за край лодки. – Когда Тьма берет верх, я не владею собой.

− Значит, ли это, что в следующий раз, когда Тьма проявит себя, ты снова окажешься в объятиях Алекса?

Ева открыла рот и тут же его закрыла. Что тут сказать? Яро протестовать, выкрикнуть с жаром: «Никогда и ни за что!»? Но тогда получается, что она в состоянии контролировать свои действия, а это в свою очередь значит… Ева тряхнула головой. Она окончательно запуталась. Словно бабочка, угодившая в паутину. Чем сильнее трепыхаешься, тем крепче увязаешь.

− Молчание означает согласие, − Макс отвернулся от нее. Плохой знак.

− Но я, я-то люблю тебя! – Ева обхватила лицо парня ладонями и заставила его посмотреть на себя. – Тебя одного.

− Что это меняет?

− Абсолютно все. На Земле Тьма слаба. Я сумею с ней справиться. Ради нас. Ради тебя. Дай мне шанс доказать это.

Макс убрал ее руки от лица, но не выпустил их, а сжал ее ладони в своих.

− Я был так счастлив, когда встретил тебя.

− Был? − переспросила Ева.

− Не перебивай, − попросил он и продолжил: − всю свою жизнь я был одинок. Вдруг появилась ты, и все изменилось. Наверное, я говорю банальные вещи, но я не представляю жизнь без тебя. И если ты все еще хочешь быть со мной, я буду этому рад.

− Ты прощаешь меня? – не поверила Ева.

− Ты сама сказала: всему виной Тьма. Мне не за что тебя прощать. Я люблю тебя, Ева. Тебя, не ее. Я без ума от девушки со светлыми волосами, зелеными глазами и нежной улыбкой, а не от черного порождения ада.

− Это черное порождение ада часть меня.

− Но хозяйка ты, − Макс обнял Еву за плечи, и она прижалась к его груди. – Мы покажем ей, кто здесь главный.

Ева запрокинула голову, подставляя губы для поцелуя. От охватившего ее облегчения, она обмякла. Жизнь, давшая трещину, снова приходила в норму. И поцелуй Макса был тому подтверждением.

И все же что-то изменилось. Что-то было не так, как прежде. Чего-то не хватало. В Максиме не чувствовалось огня. Даже когда он целовал Еву, он напоминал погасшую свечу. Жалкий огарок, в то время как ей хотелось жара костра.

Ева проснулась в объятиях Макса. Они уснули вместе на диване. Оставалось только диву даваться, как они уместились на нем вдвоем. Приятно было лежать, ощущая тяжесть обвивших ее рук, и Ева позволила себе немного понежиться в объятиях парня.

Стоило ей шевельнуться, и Макс открыл глаза.

− Как спалось? – она повернулась к нему.

− Не считая того, что все затекло, я спал отлично.

Ева рассмеялась. У нее ныла спина и шея, но она чувствовала себя превосходно. Ей хотелось мурлыкать, как пригревшейся на солнце кошке. Умываясь и готовя завтрак, она напевала.

− Вчера мне показалось, что у тебя есть план, − сказала Вика, заходя на кухню. – Ты и план – это удивительное сочетание, поэтому мне не терпится его услышать.

Ева перевернула блинчик на сковородке и ответила:

− Одержимый упомянул, что курфюрст в силах перетащить через границу миров что и кого угодно.

− Ты намерена попросить Самаэля отпустить Алекса? – Вика подобралась к тарелке с блинами и стянула один.

− Не трогай, − Ева переставила тарелку подальше от Вики. – Скоро будем завтракать все вместе. И, кстати, я имела в виду не Самаэля.

− Кого же тогда? – Вика облизнула жирные пальцы. – Прочие курфюрсты, конечно, ненавидят Самаэля, но не настолько, чтобы открыто вредить общему делу.

− Как насчет Асмодея? – Ева сняла последний блинчик со сковороды и выключила плиту.

− С чего ему нам помогать?

− Мы неплохо ладили, − подумав, Ева добавила: − раньше.

По правде говоря, Ева не была уверена, что Асмодей захочет им помогать. Особенно после того, как она ему нагрубила. Но попробовать стоило.

− Как ты планируешь с ним связаться?

− Связаться с кем? – в кухне появился Рома.

− С курфюрстом Асмодеем, − пояснила Ева. – Садись за стол. Завтрак готов.

Пока она накрывала на стол, из комнаты подтянулись остальные.

− Есть обряд вызова, − с набитым ртом проговорил Рома. – Как раз для демонов зенита. Он стандартный, но мы можем его немного доработать.

− Ты предлагаешь вызвать Асмодея? Сюда? На Землю? – уточнил Макс.

− Что в этом такого? Ева с ним в хороших отношениях. Вряд ли он начнет крушить все вокруг. Или я не прав?

Ева натянуто улыбнулась. Она сама толком не знала, что за отношения между ней и Деем. Не желая вдаваться в подробности, она приврала:

− Мы с ним друзья.

− Тогда никаких проблем, − сказал Рома. – Надо только купить кое-что для обряда. Вызовем демона, и он вернет Алекса.

− Так и сделаем, − кивнула Ева. От страха перед встречей с Асмодеем кусок не лез ей в горло.

Виталик первым встал из-за стола, что было на него совершенно не похоже. Обычно он ждал, когда всадники закончат кушать, и подъедал остатки.

− Ты куда? – спросила Ева.