Зачем вы, девочки, красивых любите, или ...Оно мне надо? - Юлия Славачевская

— Не волнуйся, скоро тебя не будет это беспокоить.

От взгляда её льдисто голубых глаз мне стало ещё холоднее, и холод потёк по моим венам, поднимаясь к сердцу. Достиг его, и оно оделось льдом. Холод, лёд и равнодушие встали рядом, сделавшись моими спутниками. Память хранила всё, но душа и сердце молчали.

«Как жаль, но нам уже не быть вдвоём,

Никто из нас, поверь, не виноват,

Что все ушло с осенним тем дождём

И что пришла на землю вновь зима.

Нас больше нет в стране любви и счастья.

Никто из нас не властен остановить рассвет.

Наш путь назад... Он заметен снегами

И разделён меж нами слезами на глазах.

Последний раз прошёл осенний дождь,

И загрустив, опал последний лист.

И лишь за ночь зима прогнала прочь

Последний крик, последней стаи птиц.

В который раз синица улетит

Из рук моих за стаей журавлей,

И если Бог и в этот раз простит,

То, может быть, я снова встречусь с ней.

Нас больше нет в стране любви и счастья.

Никто из нас не властен остановить рассвет.

Наш путь назад... Он заметен снегами

И разделён меж нами слезами на глазах.

Зачем тебе последние слова,

Когда уже у двери ты стоишь,

И плащ надет, и синие глаза

Уже не те, и ты теперь молчишь.

Молчат глаза, в которых я жила,

Как прежде в них уже не отражусь,

Но если так важны тебе слова,

То ты иди, а я их вслед скажу.

Нас больше нет в стране любви и счастья.

Никто из нас не властен остановить рассвет.

Наш путь назад... Он заметен снегами

И разделён меж нами слезами на глазах.

Все лишь мечта, и это все, что было.

Неведомые силы все сделали не так.

Тот, кто хранит любовь и наши грёзы

На небесах, на звёздах, поймёт и все простит.

Но нас больше нет в стране любви и счастья.

Никто из нас не властен остановить рассвет.

Наш путь назад... Он заметен снегами

И разделён меж нами слезами на глазах.

Как жаль, но мы никогда уже не будем рядом.

Нам никогда уже не вернуться туда,

Где мы были так счастливы».

Автор стихов: Татьяна Снежина

Прости меня, девочка моя. Прости за то, что причиняю тебе столько боли и страданий. За то, что отдала тебя этому миру. Но что значит одна жизнь, по сравнению с жизнями всех, живущих здесь, даже если это жизнь моей единственной дочери. Прости меня...

Я стоял на краю пропасти и думал: «Как просто: всего один шаг и всё. Всё пройдёт. Уйдут боль, вина, одиночество, тоска. Я безумно устал носить этот груз. Всего лишь один шаг к краю».

Этот кошмар начался с того момента, когда я очнулся в постели, а рядом была Лаурэлин, которая и поведала мне со счастливым видом как я обошёлся со своей женой. Ударил и прогнал любимою женщину. В голове гулко отдавались эти слова: «Ударил» и «Прогнал». Но как такое возможно? Я прекрасно помню, что это Лаурэлин заходила в спальню, пока я был с Юлей. Да, не сдержался, ярость накатила и затмила разум. Но это была Лаурэлин!!! Никогда и не под каким предлогом я бы не смог причинить боль любимой женщине. Женщине открывшей для меня новый сказочный мир чувств. Но никогда не говори никогда! Это случилось! Я это сделал!

Как безумный носился по замку в поисках и не находил. Что происходит? Где она? Мне нужно найти жену и вымолить у неё прощение! Куда она могла пойти? К детям? Скорей всего и я ушёл телепортом к дворфам, чтобы убедиться, что её и там нет. Вентилиан потребовал объяснить причины столь странного поведения и после долго и укоряюще смотрел на меня из-под густых бровей, прежде чем пренебрежительно бросить: «Дурак!». И возразить мне было нечего. Совсем. Потому что он был полностью во всем прав. Судьба дала мне ещё один шанс, и я его потерял. Видимо отчаяние слишком явно отразилось на моём лице и дворф, смягчившись, передал заботу о детях одной из женщин и ушёл со мной к эльфам, а от них к дракону. Зак был последней надеждой: драконы самые сильные среди магов. Но всё что он смог обнаружить были слабые следы колдовства, изменяющего внешность, и ослабляющего контроль. Причём сама магия была ему не знакома. Зак уверял, что из всех рас, ни одна не использует подобную. Тогда кто? Кто?!

Вернувшись домой, я приказал схватить Лаурэлин вместе со всей семьёй, а сам отправился проводить ритуал поиска по связям, который не дал абсолютно никакого результата. Юли нигде не было: она пропала, растворилась без следа или покинула этот мир. Она не могла по своей воле оставить детей! Я же знаю, что она до сих пор плачет от тоски по старшему сыну, оставшемуся в её мире, а здесь остались двое малышей! Как объяснить им? Что мне им сказать? Как посмотреть в детские глаза, ждущие маму?

Несколько дней я провёл в застенках, допрашивая семью Лаурэлин, но никто из них ничего не знал. Сама Лаурэлин твердила одно и то же: к ней пришла незнакомая дроу и передала моё приглашение. И эта дурочка естественно развесила уши и побежала. Я не мог сердиться на неё: она была такой же жертвой, как и я, поэтому лишь приказал её семье покинуть столицу и не появляться там, в течение сотни лет. Так же рекомендовал её отцу побыстрее выдать дочь замуж и избавить от вредных иллюзий. Мне никто и никогда не будет нужен кроме Юлии. Она моя единственная любовь до конца жизни.

Юлю искали все, все кто её любил, кто надеялся на её возвращение. Меня не упрекали, но я часто ловил на себе обвиняющие взгляды и понимал, о чём они думают, и что чувствуют. От молчания не становилось легче, наоборот лучше проклинали и ненавидели, чем молчали и думали. Проходили дни, складываясь в недели и месяцы. Дни, заполненные поисками и наполненные надеждой, которая таяла с каждым прожитым часом. Мы обыскали все места и ничего: ни следа, ни намёка...

Спустя несколько месяцев, ко мне ворвалась Сильван в ипостаси каргаала и стала драть меня когтями. Я не сопротивлялся. Зачем? Мне было понятно, что если всегда выдержанная кошка взбесилась, то произошло что-то ужасное. И, к сожалению не ошибся. Успокоившись Сильван сказала, где моя любимая. У льдиин. Ко мне пришло осознание того, что это конец: от них не возвращаются... никогда. И всё же я не сдавался, и искал способ вернуть Юлию, но не находил. Перерыл все библиотеки, обошёл всех магов и ... безрезультатно. Способа вернуть не было, Все в один голос твердили о невозможности возврата от льдиин.

Больше не могу... Не могу выдерживать этот груз вины...