Эра Волка - Анастасия Суворова

Надев на себя всё тёплое, что у него было, включая шерстяные носки связанные Хельмой, Денис вышел на улицу. Стрелка приколоченного на веранде термометра упала за отметку ниже нуля, голенькие берёзки, окружающие Хельмин дом, облачились в хрустальные коконы, сверкающие на солнце нестерпимо ярко, а небо было невероятно чистым, лазуревым. Денис зажмурился, такой красоты он давно не видел, день потрясал бликами, свежестью и ощущением волшебства. Ему даже на минуту показалось, что он в сказку попал. Но это чудесное переживание быстро развеялось, на него снова нахлынуло ощущение удушливого страха, безжалостно вытесняющего все прочие чувства. Он огляделся, словно хотел проверить, не пришёл ли тот откуда-то извне, и заметил, как за соседскими кустами шиповника кто-то прячется.

— У вас тут принято шпионить за приезжими что ли? — не выдержал он.

— Чё?

— Там в кустах кто-то есть, или мне кажется?

Зоя без колебаний подошла к соседнему участку и, пошуршав в шиповнике, сообщила, что Денис фантазирует.

— Стащил-таки у бабки Хельмы пару сушеных грибков, студент? — посмеялась она.

— Я совершенно точно видел там кого-то, — уверял её Денис.

— Кошку, наверное, — отмахнулась Зоя. — Пошли.

Денис скорее поверил бы в галлюциноз, чем в то, что это была кошка. Придавленный гнетущим страхом и чувством безысходности, он поплёлся за своей провожатой к одинокому дому.

Зоя вела его не той тропой, что он знал. Оказалось, в трёхстах метрах, за крутым изгибом реки, имелся мост, правда, проход запирался, но у адептки Кулакова имелся ключ. Только когда они переправились через реку, самообладание вернулось к Денису, и он, вздохнув полной грудью, вступил за ограду барыгинского дома.

Открыла им сама хозяйка, недобро уставившись на пришедших.

— Чего тебе? — обратилась она к Зое.

— Мне бы повидаться со Святославом Сергеевичем, — попросила она.

— Собрание через три дня, — напомнила ей Вера, обнаружив осведомлённость в делах племянника.

— Я знаю, но это очень важно, пожалуйста, — взмолилась Зоя, складывая ладошки на груди.

— Я спрошу его, — недовольно пробурчала Барыгина, — подождите здесь.

Хозяйка удалилась, хлопнув перед вошедшими массивной кованой решёткой.

Денис с Зоей прождали минут десять, после чего им снова отворили дверь и предложили пройти в гостиную. Там на большом кожаном диване, устроившись подле камина, и дожидался их Святослав Сергеевич.

— Учитель, — с подобострастием обратилась к нему Зоя, — прости, что я нарушаю все правила, но этому человеку нужна твоя помощь.

Куратор многозначительно посмотрел на гостей, покрутил ус, задержав взгляд на Денисе, а потом поинтересовался, поднимаясь с кресла и подходя к гостям:

— Давно ты знаешь его, Зоя?

— Нет, но он был так искренен в своем горе. Он хочет найти ответы на такие вопросы, которые понятны лишь тебе.

— Не сомневаюсь, — проговорил Кулаков, уставившись на Дениса с таким выражением, будто тот был полёвкой, предоставленной хищнику на обед.

— Не злись на меня, учитель, — проблеяла Зоя, — но ты ведь сам говорил, что не гоже оставлять пробуждающихся без поддержки.

— Всё верно, моя дорогая, — промурлыкал он, касаясь Зоиной щеки. — Ты всё правильно сделала.

Денис обратил внимание, как по телу женщины прошла судорога, а щёки залило пунцовым румянцем.

— Какие же вопросы вас мучают, молодой человек? — обратился куратор к Денису.

— О конце света, — не стал юлить Денис, — я нашел упоминания о нём во многих трактатах.

— Да, тема занятная, не спорю, — проговорил Кулаков, медленно обходя Дениса, — и что вы об этом знаете?

— Так, кое-что. Но знания мои разрозненны, я думал, вы смогли бы помочь мне привести их к некоему общему знаменателю.

— Хотите вступить в мою группу? — неожиданно спросил куратор, впечатывая в Дениса обжигающий взгляд.

— Очень! — выпалил тот.

— Ну что ж, это вполне возможно, — протянул он и, обратившись к Зое, добавил, — ступай, моя дорогая, нам с молодым человеком нужно потолковать с глазу на глаз.

Изображая поклоны, женщина попятилась к дверям, прощаясь взглядом с учителем.

Оставшись один на один с Кулаковым, Денис как-то немного сник, словно бы присутствие Зои служило для него своеобразным щитом, а теперь, когда она ушла, он предстал перед своим врагом, голым, ощипанным петухом. Куратор же с уходом своей адептки, сбросил лоск и паточную любезность, вбивая в съежившегося Дениса жёсткий металлический взгляд.

— Присаживайтесь, — прозвенел его голос будто издалека, и Денис проследил за направлением руки.

Куратор предлагал ему сесть в кресло, но парень, повинуясь инстинкту, плюхнулся на то место, где сидел сам хозяин, когда они с Зоей вошли.

— Вы действительно хотите вступить в нашу группу? — ещё раз спросил Святослав Сергеевич.

— Да, — твердо ответил Денис.

— А как вы о нас узнали?

— Одна знакомая рассказала, когда я делился с нею своими соображениями относительно конца света.

— Что за знакомая, как звать?

— Лена, — ляпнул Денис первое попавшееся имя.

— Просто Лена и всё? — усмехнулся куратор. — Как выглядит, где познакомились?

— Такая… среднего роста, светленькая… да ничего особенно, на работе пару раз пересекались. Это так важно?

— Нет, Денис, неважно, потому что среди моих учеников нет светловолосой Лены, — усмехнулся Кулаков, и усмешка эта была нехорошая.

— Ну, может, не Лена, может, Даша или там Маша, не помню я точно, — бормотал Денис, пытаясь припомнить, когда его успели представить хозяину.

— Вы со всеми малозапоминающимися барышнями конец света обсуждаете?

— Да нет, просто тогда как-то в тему пришлось, — сочинял Денис. — Мы по телику новостное сообщение увидели о мужчине, погибшем при странных обстоятельствах, ну и разговорились.

— Ясно.

Святослав Сергеевич чиркнул спичкой и закурил. Денис сейчас не мало бы отдал, чтобы сделать то же самое, но чувствовал — ситуация таких вольностей не позволяет. Он с жадностью втягивал сладкий дым «Captain Black», в надежде унять сердцебиение.

— Кого ещё из погибших вы обсуждали с той девушкой?

— Да больше никого.

— Но вы ведь в курсе, что были и другие жертвы, правда? — заговорщически прошипел куратор. — Одну из них вы даже видели после… Ну вы меня поняли, — улыбаясь, закончил Кулаков.

Он откинулся на спинку кресла и протяжно затянулся, гипнотизируя Дениса своими тёмными, жгучими глазами коршуна.

Это был тот самый момент, где Дениса ждало напророченное во сне фиаско. Он ощутил его так же остро, как и вонзавшийся в него взгляд куратора.