Личная ведьма для инквизитора - Альма Либрем

Лежать в его объятиях теперь было ещё приятнее. Я наслаждалась тем, что этот мужчина — мой муж, что мы с ним любим друг друга, и ничто никогда не встанет между нами. Небеса ведь обещали!

— Людвиг, — тихо позвала я, прижимаясь к его обнаженной груди.

— М? — лениво отозвался он, обнимая в ответ ещё крепче, чем прежде.

— И что будет дальше?

Я не видела, конечно, но знала, что Людвиг сейчас улыбается. Не мог не улыбаться.

— Ну… Твоя бабушка уже пригласила мою мать к себе в гости, — протянул он. — Будут наверстывать упущенное. Возможно, найдут максимально похожее на покойного маркграфа кресло и станут швырять в него ножи. Или просто отдадут на расчленение детям…

Я расхохоталась так сильно, что даже откатилась в сторону и теперь смотрела в потолок. Удивительно, но я совершенно не чувствовала себя новой маркграфиней фон Ройсс. И даже той светлой тоски, которую следовало испытывать по девичеству, с которым я сегодня распрощалась, не было. Скорее наоборот, я чувствовала себя безгранично счастливой, что эта свадьба всё-таки состоялась и что мы с Людвигом наверняка будем вместе.

— А с Казиком?

— Ну, — фыркнул Людвиг. — Он не Казик, зовут его иначе… Знал, что ему точно не следует рассчитывать на хорошую должность, потому придумал себе новое имя, сделал фальшивые документы, создал иллюзию — надо же, а я и не догадывался, что верховный инквизитор тоже одаренный! — и успешно продолжил жить. Увы, его погубила жадность.

— Он решил, что имеет право получить наследство фон Ройсса?

— Да, — муж придвинулся ко мне поближе, сгребая в охапку, и я вздрогнула, чувствуя, как его руки скользят по моей обнаженной спине. — Подумал, что знает мои и твои слабые места, ведь меня он якобы воспитывал и обучал, а тебя чуть на костре не сжег, вот и совершил, так сказать, попытку… Ничего, посадят. За фальшивые документы, за самоуправство, в конце концов, за то, что такой фиктивный брак, шитый белыми нитками, развалить не смог.

Я усмехнулась. Да уж, инквизитору досталось довольно сильно. Когда наконец-то прибыли амьенские военные, которых по доброте душевной вызвал Людвиг, лже-Казик был неслабо так побит, поцарапан и мог похвастаться множеством ссадин на теле, но, к сожалению для себя, так никого и не смог в этом обвинить. Все гости, мы с Людвигом на правах жениха и невесты и даже герр Шварц, священнослужитель, утверждали, что герр Хогберг — точнее, мужчина, скрывавшийся под этим именем, — сам падал, сам вступил в драку с креслом и теперь сам должен отвечать за свои поступки.

Судя по тому, что кто-то из амьенцев узнал инквизитора, ему будет не слишком хорошо. Там эту братию не любят…

— А где, кстати, наши фамилиары? — поинтересовался вдруг Людвиг. — Когда ты пропала, я дергал Зигфрида, но он сказал мне, что ничего не знает. Оправдывался, что ты ему ни слова не сказала!

Что ж… Я и не могла ему ничего сказать, потому что когда этот паршивец был мне так нужен, его где-то носило!

— Они с Бертой вьют гнездо. Она ведь всё-таки уговорила герра Антваса их обвенчать. Конечно, тот пытался доказать, что фамилиарам не положено, но, кажется, у наших детей будет предостаточно фамилиаров. А если учитывать то, какие у Зигфрида масштабные планы, то и для внуков, и для правнуков хватит, — усмехнулась я. — Будут пополнять, так сказать, восстанавливать вид, который вот-вот должен был стать реликтовым.

— Воронофениксы — о да, вот уж мировые защитники природы обрадуются…

Людвиг вдруг умолк, всматриваясь в мое лицо с какой-то особенной, потрясающей нежностью, смешанной со страстью и желанием.

— А что, — протянул он, — будем делать мы?

— Ну как же? Ты же планировал заняться хозяйством, как и полагается настоящему маркграфу фон Ройссу, — предположила я. — Мы выгоним управляющего, который, если честно, уже так всех достал, что просто сил никаких нет. Потом… Потом займемся реорганизацией поселка. Мне бы хотелось немного подучиться боевой магии, да и тебе, наверное, не помешает немного разбавить инквизиторские навыки какими-то более практическими и… — я запнулась. — Ты чего так улыбаешься?

Людвиг покачал головой.

— Просто… Думаю, может быть, прежде чем мы будем так далеко заглядывать в светлое будущее, мы займемся какими-нибудь более… Своевременными делами?

Его ладонь вновь скользнула по внутренней стороне моего бедра, и я непроизвольно выгнулась навстречу мужчине, наслаждаясь его умелыми, разжигающими во мне страсть прикосновениями.

— Послушайте, герр инквизитор, — протянула я, — а не слишком ли вы обнаглели? Не кажется ли вам, что это немного слишком — то, что вы себе позволяете?

— Нет, — покачал головой, хитро щурясь, Людвиг. — Совершенно не кажется, фрау ведьма. Вы же так и не отплатили мне за то, что я спас вас тогда от коварного огня, не так ли?

Я хихикнула.

— И чего же, герр инквизитор, вы хотите?

— О, — он прищурился. — У меня было целых два года придумать для вас множество способов расплаты… Возможно, вы желаете услышать один из них?

Определенно, я таки желала. А ещё…

Проклятье, я в самом деле желала принадлежать этому наглому, мерзопакостному, гадскому…

Такому безгранично любимому своему инквизитору…

Ах, прошу прощения.

Молодому наследнику рода, маркграфу Людвигу фон Ройссу!

Конец