Спасти Драконова, или В отпуск по работе - Ольга Валентеева

Мне казалось, что я только попрощалась с Аделаидой Драконовой и заснула, как снова услышала стук в дверь и ее голос.

– Даночка, просыпайся. Я принесла тебе яблочный пирог. Завтракай и едем – наше дело не терпит отлагательства.

Простонав, поплелась открывать дверь. Мама легко определила мою слабость, и теперь в любое время дня и, что самое неприятное, ночи подкармливала меня плюшками, печеньем и пирогами. Разумеется, завтраком дело не обошлась. Мама принялась меня расспрашивать об отношениях с сыном. А я тут же покраснела, вспомнив ночные поцелуи и признания. До сих пор не могла поверить, что Драконов признался мне в чувствах и сделал предложение. В то же время понимала, как тяжело дались слова любви самоуверенному и надменному мужчине. Ведь он привык, что дамочки бегают за ним. Лорд лишь выбирал и обнюхивал, определяя, истинная это пара или нет. Думаю, решающую роль сыграла и афера Арбузовой с афрозвериаком. Ведь пахло от нее драконицей, и миллионер был готов сделать решительный шаг. Но его дракон обману не поддался. Словно чувствовал, что ему подсовывают подделку. Мне особенно были приятны слова Тима, что и он, и дракон – оба в меня влюблены.

Так хотелось верить в сказку, окунуться с головой в чувства и стать частью семьи, которой у меня практически не было. Моя мама умерла рано, и я нежно хранила детские воспоминания о ней. А отец, как только нам с сестрой исполнилось шестнадцать, готовил к выгодным бракам. Ведь метаморфов в стране мало, обернуться мы можем в любого зверя. И даже принести нужное потомство, если муж постарается. Правда, в нашем роду были только метаморфы. А вот кузины могли оборачиваться в тигров. Меня папа тоже хотел выгодно пристроить в семью жеребца, а фактически – продать. Было обидно, что самый близкий человек рассматривает дочь как племенную кобылу. Хотя жених мне понравился, пока я не застала его в кабинете с секретаршей-крысой. Для меня, восемнадцатилетней наивной и правильной девушки, это стало шоком. Я сразу же побежала к отцу – в слезах и с мольбой о разрыве помолвки. А что сделал мой дорогой папаша? Он разозлился, накричал на меня и сообщил, что свадьба состоится на следующий день. Этого я вынести не смогла и той же ночью сбежала, изменив фамилию отца – известного в узких кругах антиквара Хапанеску – на распространенную в Зверляндии Дмитреску. Так было легче затеряться.

Я сама поступила в полицейскую академию, благо та находилась не в столице, а в глубинке. Там поверили в потерю документов, точнее закрыли на это глаза. Ведь метаморфов было мало: всего двое на потоке. Каково же было удивление ректора и кураторов, когда после четырех лет учебы я выбрала работу не в столичном департаменте Полиции зверонравов и не в Федеральной службе оборотней в погонах, куда меня настойчиво приглашали, а в дальнем глухом поселении Крысиная нора. В столице меня могли узнать родственники и жених, который благополучно взял в жену мою сестру Лану. Это потом, спустя еще несколько лет, я прочитала интервью антиквара Хапанеску, где он говорит, что у него лишь одна-единственная дочь Лана. Оказывается, для моей настоящей семьи я уже много лет не существовала. И вот теперь, оказавшись в лучах любви драконовой мамы и Тима, я почувствовала себя желанной и любимой. Правда, иногда мама была слишком властной. Вот и сейчас она приказала:

– Даночка, поедем на твоей машине. Водителя я отпустила. Никто не должен знать, куда мы отправляемся!

– Вроде бы вы при журналистах сказали, что у нас шопинг, – заметила я, забирая сумку и нахлобучивая шляпу с полями.

– Так это версия для Тима и журналистов, а на самом деле мы едем к Парфюмерову, – хитро улыбнулась мама, но затем нахмурилась. – Хотя я уже не уверена, нужны ли нам эти чудо-капли. У вас с Тимошей и так все наладилось.

Я слышала, как сын сделал тебе предложение.

Я бы с радостью согласилась отменить поездку, но должна была проверить – чем промышляет этот Парфюмеров, из каких материалов делает афрозвериаки и, главное, почему его бизнес до сих пор не накрыли.

Поэтому подхватила маму под руку, направилась к двери и решительно произнесла:

– Конечно, Тим сделал предложение, но лучше закрепить результат духами.

– Да, ты права, – кивнула Аделаида Драконова. – Так быстрее пробудится его внутренний дракон, и вы уже в этом году принесете мне потомство.

Мы сели в розовый служебный авто, когда мама поинтересовалась:

– Кстати, ты так и не ответила на мой вопрос – что ты за зверь?

Отпираться было бесполезно. Да и операция «Спасти дракона» шла к завершению. А если не рассказать, то мама, чего доброго, начнет копать. Поэтому честно призналась:

– Я метаморф.

– Что ты говоришь?! Как чудесно-то все складывается, – захлопала в ладоши Драконова. – Странно, как же я тебя пропустила? Ведь я отслеживала всех змей, ящеров, крокодилов и метаморфов в стране, хоть их немного. Только вот Тим уперся рогом – истиной парой должна быть только драконица.

Я не стала рассказывать маме свою печальную историю несостоявшегося замужества, лишь пообещала, что чуть позже она обо мне все узнает. Я поведаю свою историю Тиму и маме, но потом – когда поймаем Водную охотницу и возьмем заказчика.

До столицы от «Драконьих далей» мы доехали за пару часов. Зеленые просторы с чистыми озерами и реками сменил городской пейзаж с жутко модными новостройками из стекла и бетона, пыльными дорогами и суетой широких улиц. На всякий случай я надела огромные очки, которые закрывали пол-лица, чуть подмахнула губы блеском «Рыбий зев», а широкополая шляпа прикрывала волосы. Не хочу, чтобы кто-то из моих родственников или коллег по академии, удачно устроившихся в столице, узнал меня и сорвал операцию.

Подъехав к роскошному двухэтажному особняку с витыми колоннами, мраморными ступенями и дверями из дорогих пород дерева, оставили машину у входа. Мама постучала миниатюрным молоточком по двери с вывеской вензелями «Элитный зверопарфюм. Эксклюзив. Дорого».

К нам вышел юркий юноша-тушкан:

– Чем могу помочь? Желаете посмотреть нашу новую коллекцию? Только привезли из зарубежья…

– Не утруждайся, милый. – Мама похлопала тушкана-оборотня по щеке. – Нам нужен владелец: мистер Парфюмеров. Скажи, что приехала Аделаида. Он в курсе.

– Да, конечно, одну минуту, проходите, – засуетился парнишка, открыл дверь и провел нас в просторный холл, заставленный стеклянными витринами с образцами.

В золотых флакончиках находились духи, туалетная вода, лосьоны на изысканный вкус ВИП-покупателей. Я взяла один и принюхалась: пахло дурманом. Аромат был каким-то синтетическим, ненатуральным. Я догадалась: владелец прикрывался официальным бизнесом по поставке элитных духов. Скорее всего, производил их где-нибудь в подвале, но формально афрозвериака в парфюме не было, поэтому не придерешься.

– О, вы нюхаете прекрасный образец. Желаете приобрести?

– Я же сказала, не утруждайся, – нахмурилась мама. – Эту ерунду продавайте тем, кто ничего не понимает в натуральных запахах. Мы же пришли за эксклюзивом. Нам назначена аудиенция.