И.о. Бабы-яги - Анастасия Никитина

— Прости, брат, — повинился Ростислав, плюхнувшись обратно на корягу.

Я затаилась за большим выворотнем, подглядывая в узкую щель между корнями на поляну. Еще только не хватало, чтобы чешуйный витязь опознал во мне Ягу и просветил Илюшку, кто такая эта «его нечисть». Вот будет позорище.

— Эх… Спугнул… — услышала я, чувствуя, как горят от стыда щеки.

— Вернется. Наверное, — утешил Ростислав. — Ты же говорил, что она местная.

— Местная вроде, — согласился Илья.

— Но я среди местных таких не встречал, а почитай уже второй десяток лет на взморье живу.

— А ты всю местную нечисть в лицо знаешь?

— Да кто ж их в лицо знает? — хмыкнул витязь. — Они редко на глаза показываются.

— А говоришь «не встречал»… Может, просто не видал.

— Так я ж не про лицо. Местные недобрые. Кабы не наказ Яги, сжили бы нас со свету и косточек не оставили. С ними только Черномор управляться умел, да и то не со всеми. Хитрые они. Хуже давешней ведьмы. Коли тебя в болото толкают, вырваться можно, отбиться, еще как-нибудь спастись. А от хитрости щит не спасет. Заманят в болото, и поминай как звали.

— Меня она от болота манила, — покачал головой Илья. — Да я, дурак, не послушал.

С полянки донесся звонкий хлопок, заставивший меня покраснеть еще сильнее: Илья все еще воевал с комарами.

— Зато комаров натравила, — напомнил Ростислав.

— Обидел я ее, вот и натравила. Прощенья бы попросить, да не у кого.

— За языком бы кое-кому следить научиться, — проворчала я себе под нос. Ростислав тут же обернулся, вглядываясь в темные провалы между деревьями. Мне показалось, что его взгляд уперся прямо в меня, и я нервно сглотнула. «Вот же слух у мужика!»

— Пошли завтра со мной к Яге. Может, подсобит твоему горю, — проговорил витязь, все-таки отвернувшись.

— Да не хочет она со мной говорить. — Илья сердито отмахнулся то ли от слов собеседника, то ли от очередного комара. — Знаешь же, как в тот раз осерчала.

«Еще как осерчаю! — мысленно подтвердила я. — Только мне не хватало с тобой объясняться в присутствии Ростика. Тот уж точно меня на вранье поймает!»

— Так и будешь от комарья отбиваться?

— А куда я денусь? Сегодня приходила. Значит, еще придет.

«Ну уж нет!» — обозлилась, зевая с риском вывихнуть челюсть.

— Как скажешь, — кивнул Ростислав, поднимаясь. — А я все же спрошу. Все равно сегодня к ней пойду.

«Куда пойдешь?! — Я едва сдержалась, чтобы не заорать. — На часы посмотри, гость незваный!»

— И куда ты пойдешь в такой час? — озвучил мои мысли Илья. — Хочешь, чтобы она нас обоих чем-то похуже комаров прокляла?

— А я осторожно, — ухмыльнулся витязь. — Гляну, светится ли окошко. Если светится, значит, не спит, можно звать.

«А, может, я в темноте спать боюсь! — огрызнулась я, судорожно вспоминая, загасила ли магические свечи. — И того, кто меня разбудит, так прокляну, что…»

Как именно я прокляну того, кто нарушит мой воображаемый сон, я додумать не успела, потому что чрезмерно активный богатырь, распрощавшись с Ильей, уже шагнул на едва заметную в темноте тропу. Ту самую, которая вела к избушке на курьих ножках.

Выругавшись, я дала ему несколько секунд, чтобы отошел подальше, и снова выбралась на поляну.

— О! — поднялся Илья. — Вечер добрый, гостья лесная…

— Добрый, добрый, — невнимательно отозвалась я, нашаривая в складках повязанной на пояс шали яблоко. Как назло, под руку попадался только нос.

— Присядь, отдохни, — предложил между тем Илюшка.

— Недосуг. — Я все же нащупала яблоко и кинула ему. — На! Его Яга принести велела.

— О как! — заметно опешил парень, но яблоко все же поймал. — А где ты…

— Где взяла, там уже нет, — перебила я, поспешно отступая обратно в лес.

— Постой, гостья лесная! — воскликнул мне вслед Илья, но я даже не притормозила.

— Спасибо! — донеслось до моих ушей, когда я уже преодолела половину расстояния до частокола.

— Пожалуйста, — буркнула я себе под нос. — Еще громче покричи, а то не весь лес тебя услышал.

На мое счастье, калитка находилась аккурат с другой стороны частокола. Я как раз успела перемахнуть через забор и заметить, что окна избушки на курьих ножках мягко светятся приглушенным ставнями светом, когда услышала:

— Хозяйка! Я ведра твои принес!

«Ведра?! — скривилась я. — Они ж самоходные. Мог бы и получше предлог придумать!»

— Хозяйка! — снова позвал Ростислав, пока я судорожно прилаживала на место крючковатый нос.

— Чего надо?! — прошамкала я, справившись с задачей. Сгибаться в три погибели, правда, пришлось самостоятельно: развязать те узлы, которые затянула на шали, пока разыскивала яблоко, мне не удалось.

— Так ведра… — слегка опешил витязь.

— Сами бы пришли, — буркнула я. — Что-нибудь еще?

— Э… — замялся непривычный к такому холодному приему Ростислав.

— Вот и нечего тут шататься, — заявила я, пинком загнав ведра на двор. — Спать иди.

Калитка захлопнулась так же быстро, как и открылась. И я, искренне надеясь, что там, на поляне, витязь не успел рассмотреть не только лицо мнимой нечисти, но и ее одежду, пошаркала к избушке. Судя по тому, что оклика не последовало, витязь не успел. С облегчением переведя дух, я шагнула на предупредительно скользнувшее под ноги крыльцо и вошла в сени.

«Ну, все… Завтра разберусь с этой комариной глупостью, — сказала я своему отражению в бадейке с водой. — А сейчас спать…»

— Ну, здравствуй, гулена, — шевельнулась в дверях темная тень. — А мы уже с Васенькой заждались.

«Опять?!» — только и успела подумать я, прежде чем вокруг, вышибая слезы из глаз, вспыхнуло множество магических свечек.