Пламя Победы - Тимур Туров

– Спасибо, дружище!

Остатки курицы были уничтожены практически на ходу, после чего друзья отправились на «Водный стадион» покупать Кариму куртку.

– Слушай, а «Славу» еще не снесли разве? – нахмурился вдруг Карим, когда они ехали в автобусе.

– На территории что-то там посносили. Но нашим друзьям какая разница? Их это не коснулось.

Вдоль дороги потянулись торговые палатки. Автобус подъехал к станции метро.

– Вон рынок, – сказал Илья, соскочив с подножки. – Если устроит, то…

– Устроит, – кивнул Карим.

Торговые ряды частью ютились под одной общей крышей с табличкой «Модный стадион», частью – под открытым небом. Здесь же было и несколько магазинчиков: сумки, зонты, ремни, головные уборы… вот и первая палатка с куртками и дубленками.

– О, распродажа, – отметил Илья. – Только нам это на фиг не нужно, идем дальше…

– Ходить по магазинам для меня мука, – признался Карим, продвигаясь между рядами с одеждой.

– Не парься. Би хеппи.

Наконец они увидели нужный павильон – за прилавком стоял недружелюбного вида, как показалось Илье, дейвона, от которого неприятно попахивало серой.

«И кто только у него покупает», – с досадой подумал Скоробогатов, забывая о том, что простые смертные лишены «счастья» видеть и обонять истинный облик продавца.

К Кариму-то Илья привык, кроме того, тот имел гораздо более подходящий для человека вид.

Сатин же, напротив, заметив соплеменника, не раздумывая, устремился в его палатку.

Ветровок на плечиках висело много, но Карим взял первую попавшуюся. Даже не выбирал, что с недовольством отметил Илья. Более того, он собирался взять ее, не меряя и не торгуясь.

– А по-моему, у нее рукава короткие! – авторитетно заявил Скоробогатов.

– Ну, у меня же не такие длинные руки, как у тебя, – засмеялся Карим.

– Меряй, амиго, меряй! – прошипел Илья.

Карим не стал спорить. Продавец с готовностью снял ему куртку с вешалки, Сатин ступил в глубь палатки, сбросил одолженную ветровку на руки Скоробогатову и влез в новую.

Продавец заботливо поднял зеркало.

– Да нет, хорошо, смотри, – твердил Карим, поворачиваясь то правым, то левым боком.

– А вот тут пятно, – заявил Скоробогатов, тыча пальцем куда-то в область пуговицы на кармане. – Скинуть бы надо…

– Где пятно, слушай? – заволновался дейвона-продавец. – Нет там пятна.

– А вот тут шов расходится! – продолжал наступление Илья. – Вьетнамцы шили?

– Зачем вьетнамцы, слушай, дорогой? Какие вьетнамцы? Турция! Вчера привез.

– Из Китая привез-то? – ехидно поинтересовался Илья.

Карим не мешал их перепалке, рассудив, что без его участия она закончится быстрее. Он стоял, как манекен на витрине, и смотрел поверх нагнувшегося Ильи, пристально рассматривавшего замок молнии под аккомпанемент излияний продавца.

И вздрогнул, когда у дальнего ряда мелькнула знакомая серая куртка.

– Стоп. Сколько? – громко спросил Карим.

– Три пятьсот, дорогой…

– Да это грабеж! – возмутился Илья.

Карим же, не глядя, сунул продавцу деньги и бросился бежать туда, где увидел подозрительного типа.

– Куда ты? – окликнул его Скоробогатов, но Карим лишь прибавил ходу.

Быстро сообразив, в чем дело, Илья стряс с рогатого продавца сдачу и кинулся следом.

Маг в серой куртке, заметив погоню, метнулся, как заяц, в сторону светофора, побежал дальше вдоль Авангардной улицы и нырнул в ближайший двор. Карим и нагнавший его Илья повернули за ним, но того и след простыл.

Раздосадованные, они покрутились еще с полминуты по двору, как вдруг Скоробогатов заметил беглеца на противоположной стороне улицы, куда за столь короткое время тот попасть никак не мог.

– Вон он, гад! – воскликнул Илья, указывая в ту сторону.

– Иллюзионист хренов, – сплюнул Карим. – Только время потеряли. Пошли!

И решительными шагами двинулся назад к метро. Илья, все это время державший в руках свою ветровку, выудил из недр куртки, которая была на нем, скомканный пакет с надписью «Остров» и, швырнув ветровку туда, потащился следом.

– Какого рожна им от нас надо, интересно? – пробурчал Карим. – То нападают, то линяют, как зайцы…

– А что, он не один был? – спросил Илья.

– Не знаю. Я вообще говорю.

– Видимо, просто так на нас нападать им не нужно, – пожал плечами Илья. – Даны указания: помешать делать то-то и то-то. А если нет – просто следить.

Карим фыркнул, но ничего не сказал.

У входа в метро ему в глаза бросился цветочный магазин, и Сатин подумал, что надо будет не забыть наведаться за букетом.

– Как-то жутко в метро спускаться, – признался Карим.

– А меня как-то не трогает, – заявил Илья. – Ну, получил один раз по балде. Помру так помру. Все там будем.

– Хотелось бы попозже, – пробормотал Карим, проходя через турникет.

Эскалатор потащил их вниз, навстречу поплыли развешанные по стенам рекламные плакаты. У самого выхода с лестницы друзья услышали гул подходящего поезда. Как ни старался Илья сделать вид, что совершенно спокоен, он все же рефлекторно втянул голову в плечи, зорко вглядываясь в окна проезжавших вагонов.

И только не заметив ничего подозрительного, устремился на посадку.

Карим шагал следом.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – «Войковская», – объявил приятный женский голос.

Станции мелькали одна за другой: «Сокол», «Аэропорт», «Динамо»… Вот и «Белорусская».

– Переход на Кольцевую линию, – заботливо сообщил голос.

Илья вышел из вагона и широким шагом направился через зал к эскалатору.

– Слушай внимательно, – разъяснял он Кариму. – Ты там больше молчи и улыбайся. Лишнего ничего не вставляй. Часовщики эти, Наррхи, – они вообще «коричневых» не жалуют. Но один там, я тебя познакомлю, с нашей фирмой в хороших отношениях. Мы просто его здорово выручили однажды, отбили контору от рейдеров. Так что к нашим юристам он хорошо относится и меня знает.

– А дейвона они любят, интересно?

– Знаю, что не враждуют, – отозвался Илья.

Друзья вышли со станции, оставив за спиной Белорусский вокзал, и зашагали по улице. Центр Москвы выглядел уже совершенно по-весеннему: оживленно и как-то весело, как будто не было никаких взрывов месяц назад.

– Предлагаю проверить, нет ли хвоста, – тихо сказал Карим.

– Отличная мысль! А еще лучше – разделиться. На следующем повороте я заверну направо, пройду двором и вернусь, а ты иди дальше, пока завод не увидишь. Потом переходи на другую сторону.