Феникс. Возродиться из пепла - Бекки Чейз

— Какого дьявола? — в изумлении Данталион подается вперед, и я вижу в небе мельтешащих бесов.  

— О, Господи… неужели снова?

Они надвигаются как темное облако. Сталкиваются, мечутся из стороны в сторону, закрывая собой солнечный свет. Их нарастающие крики заглушают горн.

— Гарпии! — визжит кто-то во внутреннем дворике.

И в ту же секунду за окном мелькает когтистая тень. Не теряя времени Данталион пикирует вниз:

— Все в укрытие! 

Необращенные с воплями разлетаются с лужайки. Я устремляюсь за Данталионом и, лавируя между деревьями, делаю круг над садом:

— Спрячьтесь в беседках, если не успеваете добежать до замка!

Мимо проносится еще одна гарпия. Я уворачиваюсь, а она с громким шипением кидается к кустам. Оттуда в панике выскакивает Кэсси:

— Помогите!

Взмахнув крыльями, я хватаю ее за руку и тащу за собой:

— Ты цела?

— Да, но Ярон ранен, — сбивчиво рассказывает Кэсси, еле успевая за мной. — Мы  тренировались у реки, когда напали бесы. Целые полчища! Появились прямо из воды… и чуть не утащили нас на глубину!

А ведь Айри говорила, что когда-то у реки был проход сквозь лимб. Получается, низшие прорвались сквозь него! Но кто же его открыл?

Добравшись до ближайшего распахнутого окна, я чуть ли не силой заталкиваю в него Кэсси:

— Спрячься!

— А как же Ярон…

— И не высовывайся!

У золоченых ворот слышится звон оружия — охранники продолжают отбиваться, защищая замок. Со второй смотровой башни снова ревет горн. Черт! Похоже, нас атакуют со всех сторон.

Пролетая над внутренним двориком, я с ужасом замечаю гигантского червя, который выползает из зарослей — такой же сидел в клетке у врат первого круга. Распахнув пасть, он преследует визжащих новичков.

— Отвали от них! — спикировав с крыши, Айри бросает в шипящую глотку обломок статуи.

Необращенные убегают в замок, а тяжелый хвост чудовища сбивает замешкавшуюся Айри. Отлетев к стене, она впечатывается спиной в каменную кладку и со стоном оседает на траву. Я молюсь успеть к ней первой, но червь слишком близко. 

— Мефисто, нет! — в отчаянии кричу я, когда тот нависает над неподвижным телом.

Услышав свое имя, низший на миг замирает, и этого хватает Айри, чтобы прийти в себя. Она пытается улететь, но не может расправить поврежденное ударом крыло. Я выставляю перед собой трясущиеся ладони в надежде вызвать огонь. Пальцы дрожат; от напряжения я до крови закусываю губу, но усилия тщетны.

— Беги! — мой голос срывается.

С расширенными от страха глазами Айри замирает у стены. Я все еще нахожусь далеко от нее, когда над головой мелькает горящий всполох и, обдав жаром, врезается в массивную тушу червя. Следом черной стрелой проносится Данталион. От разъедающего кожу пламени чудовище бьется в агонии, а Данталион рывком поднимает Айри и уносит прочь.

Шум у ворот усиливается, и я поворачиваю к ним. У охранников есть оружие. Нужно попросить копье. Как я не подумала об этом раньше? Я ведь не зря тренировалась — пора проявить себя в деле. Наверняка остальные уже помогают оборонять замок.

Над золочеными створками клубится дымка. Она кажется подозрительной, но я понимаю это, только оказавшись в сумрачной мгле. Вязкой, холодящей… и опасной. По вечерам частенько бывает туман, но откуда ему взяться в середине дня? Еще ведь не стемнело.

Глаза застилает пелена. Наткнувшись на что-то мягкое, я вскрикиваю. В ту же секунду неведомая сила отбрасывает меня назад. От встречного потока воздуха я не могу раскрыть крылья, падаю и прокатываюсь по земле. Колени и локти царапаются о камни, перья пачкаются в пыли. Стиснув зубы, я делаю попытку подняться… и слышу шуршание за спиной.

Я оборачиваюсь — сумрак опустился вслед за мной и теперь приближается, покачиваясь в такт шагам. Дымка медленно рассеивается. Сначала сквозь нее проглядывают очертания фигуры, затянутой в корсет и кожаные брюки. Потом проступают крылья — черные, как у всех демонов. И, наконец, показывается лицо в обрамление угольных волос. Та же линия губ, те же алые глаза и надменная ухмылка — передо мной женская копия Люцифера. Она заметно старше, но сходство неоспоримо.

— Луциана? — ахаю я, уже зная ответ.

Оскалившись, демонесса наклоняется ко мне:

— А ты похожа на свою мать.