Кровь земли (Бастард-5) - Александр Шавкунов

из отполированной чёрной бронзы, самого дорогого и таинственного металла в мире. Секрет производства дворфы держат в таком секрете, что даже Тени не смогли добыть. А они пытались... Сам Алаин нанимал семь раз, выплачивая огромные деньги. Настолько огромные, что за десятую часть можно праправнуков кормить всю жизнь.

— Они рад видеть тебя в добром здравии, старый друг. — Провозгласил Онд, улыбаясь, как каменная змея.

С такими друзьями и врагов не надо. Подумал Алаин, но открыто улыбнулся и почтительно поклонился. Дворф даже в седле значительно ниже, но даже латы неспособны скрыть чудовищную ширину плеч. Владетель вновь покосился на молот, и перед глазами мелькнула картинка. Чёрная бронза ударяет ему в затылок, кроша череп, как спелую дыню.

— Смотрю, вы решили не отсиживаться во дворце. А что это с вами?

Алаин указал на плетущиеся позади дворфов телеги с чем-то высоким и квадратным, накрытым плотной тканью. Онд оглянулся на них, и улыбка стала ещё шире и отвратнее.

— Это? Так, мои безделушки. На всякий случай.

В голосе, рокочущим, как горный обвал, проскочила жуткая нотка. Алаин поёжился и осознал, что даже не хочет знать.

— Настоятельно прошу, не подпускать к ним близко никого. — Добавил Онд и остро глянул на адъютанта. Молодой эльф торопливо отвёл взгляд, сгорбился... лицо застыло, а из прокушенной губы побежала струйка крови.

— Надеюсь, вы не за головой Ролана ди Креспо? — Спросил Алаин, стремясь увести разговор в сторону от жутких повозок.

— Нет-нет, она целиком ваша. Они готовы... кхм... хотят заполучить его сестру.

— Это чудовище? — Алаин, до которого дошли россказни выживших из отряда, отправленного к горному озеру. — Зачем?

— На каждую тварь найдётся ошейник. — Ответил Онд, пожимая плечами, вновь улыбнулся и добавил. — К тому же она женщина.

Владетелю стоило огромных усилий не скривиться. До какой степени нужно себя не уважать, чтобы возжелать человеческую женщину?!

Конные дворфы присоединились к кавалерии, часть унеслась далеко вперёд с разведчиками. Легион начал входить на лесную дорогу, вынужденно сужая ряды.

— Хочу уведомить, что их воины уже начали подготовку к штурму. — Невзначай обронил Онд.

***

В спальне темно и душно, Жизель лежит на ложе и смотрит в потолок. С распахнутого балкона веет ночной прохладой, а через колышущиеся шторы видно ночное небо. Женщина зажмурилась и прижала ладонь под горлом. Она справилась. Армия собрана и готова к бою! Вот только... дворфы устраивают набеги и скрываются в никуда. Каждую ночь с жизнью расстаются несколько десятков человек!

Более того, карлики пробираются в город. Вчера вырезали семью одного из поваров, стараются посеять панику... Губы степнячки изогнулись в кривом оскале. Дворфы недооценивают ненависть людей. Она прекрасно помнит гранитные колонны в степи, с именами убитых десять тысяч лет назад. Наизусть знает каждое имя родича на них!

Вчера видела, как рыдающий повар вместо кухонного ножа точит меч. А рядом лежали отполированные до зеркального блеска доспехи. Этот человек будет биться до последнего нелюдя или пока его порубят на кусочки.

Скрипнуло, женщина застыла, напрягая спину и вслушиваясь в ночь. Скрип повторился, часть стены сместилась внутрь и из глубокой тени вышла широкая фигура. Свет луны отразился на пластинах доспеха и чёрном топоре, зажатом в коротких руках. Дворф огляделся, заметил «спящую» Жизель и пошёл к ложу, занося оружие.

«Надо было спать в доспехах, а не в ночнушке!». Мелькнула озлобленная мысль, но тут же сгинула под волной ярости, ударившей в голову. Убийца прыгнул, нанося широкий удар в живот. Жизель вскинула ноги навстречу и что есть силы лягнула в грудь.

Дворфа отбросило к балкону, с грохотом ударило о каменный пол. Стопы заныли, будто она ударила по падающей скале. Женщина спрыгнула с кровати, схватила нож для вскрытия писем, проклиная себя. «Нужно было спать с оружием! Отец засмеёт!».

Убийца поднялся мотая головой, сгорбился отводя топор в сторону и как бы приглашая атаковать. Шлем не прикрывает рот и видно, как бороду рассекла ухмылка. Пусть женщина выше и не уступает в силе! Но куда тупому ножику против боевого топора из чёрной бронзы?

Жизель согнулась, выставил руку с оружием и полушагом пошла в сторону. Дворф покачал головой и двинулся на неё... Тени за спиной сгустились и чёрный стилет ударил в горло. Убийца дёрнулся, тело подняло в воздух рывком. Шея вытянулась, как у гуся, а голова повисла на клинке. Конечности обвисли мокрыми верёвками. Топор выскользнул из ослабевших пальцев.

Степнячка выпрямилась, недоумённо глядя на Тень, что оформилась в женщину с антрацитовыми волосами. Незнакомка брезгливо отбросила труп, тот грохнулся на пол с тяжёлым лязгом и остался лежать кучей мусора. Повернулась к спасённой и шутливо поклонилась, разводя руки.

— Рада познакомиться с самой Жизель Могучей, дочерью славного Галахада. — Проворковала Тень улыбаясь.

— Ты кто? — Рыкнула степнячка, стискивая нож.

Тень выпрямилась и с наигранной обидой постучала стилетом по уху.

— Разве не видно? Человек! Разве я могу позволить грязным нелюдям выиграть так просто? Ну нет! Это было бы совсем невесело!

Она повернулась к мертвецу, качнула головой и сказала, возвращая взор к Жизель:

— Думаю, этого можно считать за наглядную демонстрацию. Ну, мне пора, надеюсь, на долгое сотрудничество, дорогая.

Айла послала воздушный поцелуй и исчезла, слившись с тенями.

Глава 52

Стены столицы показались в разрыве чаще, Ролан пришпорил коня. Прижался к взмыленной шее. Скакун, чуя скорый отдых, вытянулся струной, стелясь над землёй. Копыта едва касаются земли, а на широких ноздрях закипает кровь. Отряд вырвался из леса на голую равнину, помчался вдоль горной гряды к разрастающимся стенам. Трава захлестала по сапогам, порой доходя коню до груди.

Сзади закричали, Ролан приподнял голову и заскрежетал зубами. Наперерез движется конный отряд дворфов в латах, на манер Железного Клана. На скаку опускают массивные копья.

— Откуда они тут?! — Выругался Ролан, оглянулся на измученных дорогой товарищей, на вымотанных скакунов. — А, в пекло это всё!

— Ты что удумал?! — Заорал Галахад, перекрывая вой встречного ветра.

Ролан зловеще захохотал и принялся настёгивать коня. Животное прибавило ход, выжимая последние капли сил из перегретых мышц. Дворфы вышли на лобовой удар, Ролан выхватил меч, перехватил обратным хватом. Оскалился по-волчьи и, наклонившись, завыл на ухо коню.

Подобрался, вперив взгляд в одного-единственного дворфа. Разглядел сияющие за забралом тёмные глаза, тонкие морщинки в уголках и собственное отражение на отполированном нагруднике. Холодный блеск наконечника копья, нацеленного в грудь... Ноги напряглись,