Барон - Вадим Крабов

Горнист играл отступление, но его, казалось, никто не слушал. В лагере все перемешались, кроме кавалеристов: они успели развернуться и ринуться в атаку на ворвавшуюся в лагерь сотню всадников. Со стороны недалеких скал.

Пеших топтали и свои и чужие. Чужие не приняли честный бой, а расстреляли половину Лавийской сотни своими проклятыми мощными и точными амулетами. Со второй половиной схлестнулись на саблях. Конца избиения граф не досмотрел. Он был почти насильно посажен на коня и окончательно пришел в себя только после окрика полковника ор'Буткоса:

— Господин генерал, у нас еще полторы сотни всадников и больше десятка магов! И пехота далеко не вся разбита, — вокруг командующего собрался почти весь командный состав и были они уже в полукилометре от замка.

— Вот и командуйте ими, выскочка! — почти фальцетом проорал граф и дал коню шпоры. За ним последовали трое телохранителей и… главный маг экспедиции. Ему во что бы то ни стало надо было донести весть о необычной магической мощи барона Комесского. Вернее, так он оправдывался перед собой.

— Трус, паркетный шаркун, — прошипел сквозь зубы новоявленный командир и закричал:

— Горнист, командуй общий сбор, да погромче!

— Барон, вы собрались брать замок? Вы сумасшедший? — прокричал возбужденный полковник Гранде пока горнист тянул мелодию.

— Я собираюсь спасти остатки корпуса от позорного плена.

Вскоре на зов прискакали все кавалеристы, бывшие в дозорах и конные маги, в том числе и жизнюк — наблюдатель с "привязанным" орлом, который спокойно парил в небесах.

— Как, демоны вас забери, вы прошляпили засаду конницы! — спросил у него барон ор'Буткос.

— Понятия не имею! Видимо ночью подошли в скалы, замаскировали ауры и укрылись кустарником. И лошадей ведь успокоили! Мой Черныш заметил их только перед атакой! Я заорал главному, но было поздно.

— Меня уверяли, что скрыть амулеты невозможно.

— Так и есть! Если они не древние, но по нам били из современных! Не знаю, как такое может быть, — маг действительно ничего не понимал.

— Об этом после. Где противник?

— Орудуют в нашем лагере, — после секундной задержки ответил маг, — требушет горит, наши солдаты сидят на земле. Похоже, плененные. Хромцев… двадцать конных и пятьдесят пеших. Все обвешаны амулетами, а магов… всего двое, на конях! Совсем не сильные маги.

— Какого уровня заклинаниями они воюют?

— Третий уровень максимум, но накопители кажутся бесконечными! — ответил другой маг.

— Совсем не бесконечные! Я сам видел, как их солдат откидывал один "арбалет" и хватал с плеча другой, — заметил жизнюк, — вот и сейчас, — после паузы продолжил он, — у охраны амулеты почти разряжены. Про магов судить не берусь.

— Ставлю задачу, — начал говорить новоявленный командир, — внезапным налетом из левого распадка, освобождаем пленных и уводим их в сторону гор. Через заставу нас теперь не пропустят. Поквитаемся с Комесцами, за убитых товарищей! Убивать всех! Маги и воины с хорошими амулетами — впереди. Галопом, марш!

— Господин барон, — спросил во время скачки любопытный маг, — а разве не Хромовцы нас разбили? Мне показалась, это их кавалерия была.

— А штандарты видели? Сплошь красного цвета, как на донжоне Комеса.

— Полностью красные? — переспросил маг, — как в сказках про эльфов.

Полковник не стал уточнять кто это такие, он в детстве другие сказки читал.

Поравнявшись с бывшим лагерем, распадок проходил метрах в ста от такого удобного для лагеря поля, чтоб демоны его разорвали, всадники замедлили ход, давая коням отдышаться.

— Докладывайте обстановку, — спросил полковник у жизнюка.

— Не изменилась. Хотя… маг заметил Черныша и что-то говорит товарищу.

— Сотня, за мной! — скомандовал барон и первым выскочил наверх.

На встречу более чем полутора сотням Лавийских кавалеристов, скакало менее двух десятков врагов и они успевали защитить своих пехотинцев, которые уже подняли свои "арбалеты". Молодой командир десятков что-то крикнул солдатам, и те опустили оружие.

"Что они делают?", мелькнула мысль у барона ор'Буткоса, а потом он удивился еще больше: всадники встали в одну шеренгу и вытянули вперед короткие жезлы. Дальше думать стало некогда: как только расстояние до противников сократилось до двух-трех десятков метров и маги, и те кавалеристы у кого были атакующие артефакты, начали стрелять по шеренге, кстати, без толку, с жезлов сорвался внезапный ветер ураганной силы. С ног сбило всех, кроме двух магов, у которых наготове были защиты по типу "стена", с упором в землю. От переломов упавших спасли защиты, включившиеся при ударе, впрочем, включились они не у всех. Барон спасся. Просто потерял сознание.

Полковник пришел в себя с отменным самочувствием. Рывком сел и огляделся. Все тоже поле. Рядом сидят незадачливые кавалеристы, все — без оружия и амулетов. Отдельной группой сидят десять Лавийских магов под усиленной охраной десятка наемников с "арбалетами" в руках и на безопасном расстоянии. Остальных всадников охраняют явные ополченцы с такими же артефактами в руках. Никто из пленных не связан. Барон попытался встать и тут же раздался окрик из уст пожилого охранника:

— Сидеть!

Полковник криво улыбнулся и сел.

"Вот он, позорный плен!", звенела в голове отупляющая мысль. Он совсем ни обратил внимание на вкусный запах, доносящийся от готовящейся "солдатской" каши, на пустых оседланных коней, на подводы с ранеными. Раздался стук копыт и к сидящим пленным подскакал молодой командир двух десятков. Единственное, что его старило это седые виски и проседь в бороде, не по возрасту густой.

— Солдаты, — начал он речь, — я барон Комесский. Сегодня вы проиграли, но не бросили в беде своих товарищей, это достойно уважения. Я не буду брать вас в плен, а более того, верну все оружие и лошадей, дам продовольствие и подводы для раненых. Езжайте домой.

— Это не потому, что я такой добрый или просто дурак! Вы все наверняка слышали о грядущей войне с чернокнижниками и я точно знаю — это не слухи. Она будет. Приблизительно месяца через два. Никому не удастся отсидеться, даже нам, практически в центре имперских земель. Думайте и готовьтесь. Вы свободны.

Развернулся и был таков.

— Кто командир? — спросил представительный наемник.

— Я, — ответил ошарашенный полковник и поднялся.

— Принимайте командование. Ваше оружие вон в той куче, разбирайте. Продовольствие и раненые на телегах, коней вы видите. Ваши пехотинцы топают сюда и скоро будут. Счастливо оставаться!

После этих слов вскочил на подведенного ему коня, и собрался было уехать, как его остановил полковник.

— Постойте! Как ваше имя, солдат?

— Командир наемников десятник Прунис.