Переплетенные судьбы - Ада Николаева

* * *

По сигналу своего командира, всадники в черно-золотых мундирах окружили горсть ассасинов, понимая, что те беспомощны в открытом бою. Кружа вокруг них на лошадях, они клинками пытались поддеть храмовников, которые могли ответить им лишь отравленными иглами и короткими кинжалами.

Монахи группировались, прижимаясь спиной к спине, все ближе друг к другу. Они сумели подцепить нескольких солдат, но начали терять единоверцев быстрее, чем их яд подействовал на задетых противников. Дюжина ассасинов превратилась в пятерку, а затем их и вовсе не осталось.

Моргант и его люди со страхом наблюдали за тем, как Берг уничтожил многовековое наследие храма Одхан всего за несколько коротких мгновений.

— Теперь они, — генерал указал на распахнутые двери борделя, в которых толпились наемники.

Услышав его слова, мужчины начали забегать внутрь и прятаться. — Блудниц и саму мадам Адель не трогать! — добавил он приказным тоном. — Я обещал Вивьен, что никто из них не пострадает.

Солдаты спрыгнули со своих лошадей на землю, вытерли клинки о плащи и рукава, очистив сталь от свежей крови монахов, и направились внутрь заведения.

Там они не встретили никакого сопротивления, наоборот, наемники бежали как тараканы по углам и комнатам, ища спасения. Кто-то выбил окно, желая удрать с другой стороны здания, но беглецов встречали всадники, оставшиеся с Бергом снаружи, и безжалостно рубили трусам головы.

Лишь когда солдаты закололи несколько первых наемников в помещении, все остальные поняли, что некуда бежать и лучше принять бой, забрав с собой как можно больше противников. Наемники дрались с солдатами на мечах, сильно уступая им в мастерстве, а те, кто имел под рукой револьвер, стреляли в бойцов Ордена с лестницы второго этажа, снимая профессиональных воинов на безопасном расстоянии.

Наемники Морганта сумели забрать с собой почти половину солдат, прежде чем их всех перебили. После резни настала тишина: женщины осторожно вышли в залитый кровью зал, где среди трупов в лужах крови сидели победители в черно-золотых мундирах, отдыхая и зализывая свои раны. Вместе с блудницами, вышедшими из спален, в помещение вошел Берг, гордо осматривая поле боя.

— Майор Найман и его дружки сбежали, — сообщил помощник генерала, вошедший в здание вслед за своим командиром. — Их по два человека на одну лошадь, нагоним без проблем. Послать людей за ними?

— Пусть бегут, — улыбнулся Берг. — Позже приклонятся, как и главы всех остальных кланов.

— А если откажутся? Они были верны своему мертвому правителю и не примут вас.

— Посмотри в окно, мальчишка. На тех кораблях целая армия. Почти двадцать тысяч свежих лиц, не запятнавших себя на этом континенте. Народ примет их как своих новых защитников, а меня как нового императора. Люди устали и готовы на любые перемены, лишь бы закончились эти беспокойные времена Братства, допущенные Йораном. Я дам им эту безопасность и начну с того, что публично вывешу тела всех людей Морганта и его самого. А Бранду и Дею придется смириться и приклониться передо мной или же я уничтожу их кланы, а земли отдам более достойным подданным.

— Но так поступал Рейнер Каронэлл четыреста лет назад, — удивился помощник.

— Так он сумел объединить континент, — произнес генерал. — Создал могучую Империю и подчинил себе все кланы. У предков нужно учиться и ровняться на победителей.

— Но он был предком Йорана, которого вы казнили, — нахмурился помощник.

— По крови, но не по духу. А я смогу стать столь же великим, как первый император. И когда я сделаю Анант новой столицей, ее имя точно запомнят!

* * *

Люди Берга освободили Адель, выпустив ее из холодного подвала. Хозяйка была не в духе, будучи униженной подружкой Джека, которую она проклинала все время проведенное взаперти. Она приложила мокрую тряпку к своему разбитому лбу, чтобы остудить его, и вместе с генералом устроила обход по залу. Они наблюдали за тем, как солдаты Ордена выносят на улицу тела погибших и складывают их в общую крытую повозку.

— Отвезу их в столицу и вывешу у ворот города, — сообщил Берг.

— А как вы поступите с телом Йорана? — поинтересовалась Адель.

— Похороню его со всеми почестями, как благородный приемник, заодно сообщив всем главам кланов, кто прикончил этого глупца и почему. Люди позлятся, но в итоге увидят, что я уничтожил Братство и достойно похоронил недостойного человека. По нему никто не будет скучать.

— Не будут, — согласилась женщина. — Но валентийцы не любят захватчиков. Пусть народу и плевать на Йорана, но подобное самоуправство вызовет недовольство.

— Тогда применю силу.

— Им не понравится, если их новый император начнет поступать как Братство при правлении Йорана.

— Я покажу им, каким щедрым могу быть с верными мне людьми, и каким жестоким с несогласными. Тогда все захотят стать мне друзьями, а не врагами.

— Рискованная затея, — вздохнула Адель. — Но я целиком и полностью с вами.

— Еще бы, — подтвердил генерал. — Анант станет столицей, сюда стечется вся знать и блудницы начнут приносить вам совсем другую прибыль. Вы станете хозяйкой самого известного борделя во всей Империи.

Солдаты вынесли последние тела наружу. Адель посмотрела вокруг и увидела залитый кровью пол, сломанную и перепачканную мебель, изрезанные и заляпанные кишками стены.

— Ну и бардак, — произнесла она.

Хозяйка вышла на центр зала, предусмотрительности приподняв подол платья повыше, чтобы оно не тянулось по свежей крови. Встала лицом к лестнице и громко прокричала командным тоном:

— Девочки, все сюда! Нужно прибраться. Все взялись за тряпки и принесли из колодца воды. Чтобы к утру здесь было чисто.

Адель вернулась к Бергу и заговорила с ним совсем иным тоном:

— Передавайте «привет» моей дорогой Вивьен.

— Скоро вы сами ей это скажете, когда мы переберемся в Анант.

— И когда вас ждать в следующий раз?

— Когда здесь построят мой дворец, — Берг ехидно ухмыльнулся, слегка поклонился и ушел прочь из заведения.

— Доброй дороги, мой император! — игриво прокричала ему в след Адель.

«Напыщенный идиот, — подумала она про себя. — И что в нем нашла Вивьен?»

* * *

Девушки всполошились, принявшись рвать старую одежду на тряпки и искать ведра. Все боялись злить Адель, и чтобы угодить своей хозяйке, незамедлительно взялись за дело.

Айрис стояла у лестницы с приоткрытым ртом и слезами на глазах. Она не видела, как убили ее отца, но понимала, что это произошло. Она даже не смогла забрать его тело и попрощаться. Его забросили в провозку и увезли с остальными, чтобы повесить как преступника на воротах.

В ее голове и душе была только боль и темнота. Никаких идей и дальнейших действий, ничего.